Начиная с 1211 года по общепринятому летосчислению, Чингисхан лично предпринимал походы на Золотую династию, сделав основным объектом завоевания ее столицу город Зунду, трижды нападал на нее, в конце концов в пятом месяце 1215 года занял город Зунду и той же осенью вернулся в Большой дворец на берегу Керулена. Хотя и вернулся в свои тылы, Чингисхан не оставил мысли о Золотой династии и в восьмом месяце 1217 года дело завоевания Золотой династии поручил Мухули ноену, а сам осуществлял общее руководство. О причинах возвращения Чингисхана в свои тылы еще до окончательного покорения Золотой династии мы говорили в седьмой главе. На этот раз, вернувшись из Золотой династии, до 1219 года в основном занимался следующими большими делами. Во-первых, подавлял восстание туматов и других лесных народов, киргисов. Во-вторых, ликвидировал остатки меркитов во главе с Ходо, Чулуном. В-третьих, ликвидировал остатки найманов во главе с Кучулугом, подавил Хара Кидан. В-четвертых, присоединил киданскую национальность, ликвидировал бежавших, установил первые взаимоотношения с Латунным государством. В-пятых, четвертый раз предпринял поход на Тангутское государство. В данной главе должны будем отмечать поход Чингисхана на Запад. Речь идет в сущности о том, как Чингисхан лично воевал в Средней Азии и ликвидировал Хорезмское государство. Это было начало войны Ханского Монгольского государства в Средней Азии и против Запада. После Чингисхана были еще две большие войны. Один раз в 1235 году был поход на Запад во времена Угэдэй хана. На этот раз с боями шли второй сын Джучи (в некоторых материалах ошибочно называют старшим сыном) - Батый, старший сын Чагадая - Бидар, внук Бури, старший сын Угэдэйя - Гуюк, старший сын Тулуйя - Мункэ. Каждый вел большие войска. В боях на Запад главнокомандующим был Батый. Историки это называют «завоеваниями старших сыновей на Запад». В результате этого было создано Кипчакское ханство. В другой раз в 1252 году поход был во времена Мункэ хана. На этот раз младший брат Мункэ хана Улэгу руководил походом на Западную Азию, было создано Ханство Ил. В данной книге речь пойдет о первом походе Ханской Монголии на Запад и личном завоевании Чингисханом Хорезмского государства.
ВЗАИМООТНОШЕНИЯ МЕЖДУ ХОРЕЗМОМ И МОНГОЛИЕЙ
Предполагается, что название Хорезм - персидское. Оно возникло от ханства Корэсмия. Монголы называют «сартул». Коренное слово «сарта» на санскритском языке обозначает «купец». Монголы оставили это название. В некоторых китайских летописях называют Хуве Шиюн. Мы, придерживаясь принципа «называть, как произносят хозяева», основное название оставили «Хорезм», соблюдая привычную монгольскую традицию, параллельно оставили и «сартул». Народ хорезм - древний народ, занимавший нижнее течение среднеазиатской реки Аму (современная Амударья). Столица когда-то была в Ургэнчи (узбекский город Горганачи). По преданию, еще в VII веке до нашей эры Хорезм перешел к рабовладельческому строю. До и после семисотого года нашей эры его заняли арабы. Между XI и XIII веками господствовали селжукские тюрки, территория их все больше расширялась, от реки Шихун (современная Сырдарья) доходила до Персидского залива, от реки Шин (современный Инд) охватывала Ирак, Араб, Азербайджан, Персию, Афганистан и было большое государство. Иначе говоря, охватывало всю среднеазиатскую территорию Советского Союза, Иран и Афганистан. Поскольку Хорезм находился на стыке путей от Китая до Средиземного моря, от Индии до южной России, служил центром торговли между западом и востоком, севером и югом, занимал важные позиции в тогдашних международных отношениях. В середине XII века был захвачен Хара Киданом, созданном киданским Елуй Таши, и второй правитель Хорезма Азис обязался платить ежегодно три тумена золотых монет, потом согласился быть подданным. Это было большое многонациональное государство, исповедующее ислам, «половина населения проживала в палатках, были кочевниками, у них не было никаких богатств, кроме скотины» («История монголов Доссона»), в целом был полукочевым, полуоседлым народом. Здесь рождались знаменитые на весь мир хорошие кони. Еще славилось изюмом и пшеницей, золотыми, серебряными изделиями, стекольным производством. В то время Хорезм имел сорок туменов войск (Ли Зе Пен находит, что это число сильно преувеличено, на самом деле не достигало и десяти туменов), население в основном состояло из туркменов и ханлинов. Правитель Хорезма начала XIII века Алауд-Дин Мухаммад есть тот самый Султан хан, который упомянут в «Сокровенном сказании». Он является потомком раба Мелик Султана, хана Селжук тюрков. Имя того раба - Нашитикин. После того как ханская Монголия присоединила к себе такие народности как уйгуры, харлуги, особенно после подавления Хара Кидана, стала непосредственно граничить с Хорезмом. В последний период правления Чингисхана в окружающем мире воцарились спокойствие и мир. Всюду шло развитие и расцвет, на дорогах не было опасностей и тревог, волнения и смута прекратились. Поскольку страна стала краем, где можно найти доход и выгоду, из ближних и дальних мест туда стали спешить разные торговцы и купцы» («История завоевателей мира», китайское издание, том 1, стр. 90). Так писал персидский историк Зувэйни. Это свидетельствует о внешних сношениях Монголии. И взаимоотношения между Хорезмом и Монголией тоже были такими. Особенно западные монгольские аймаки, такие, как кереиты, найманы, онгуты с давних времен вели с ним торговлю. Об этом можно было узнать из истории сартульского купца Асана, про которого упомянуто в «Сокровенном сказании». Поэтому и Чингисхан достаточно с давних пор знал про Хорезм.
ПРИЧИНА ВОЙНЫ МЕЖДУ МОНГОЛИЕЙ И ХОРЕЗМОМ
О подлинной причине завоевания Чингисханом Хорезма авторы последнего времени высказываются по-разному и критически. Если говорить вкратце, то мнение одного порядка заключается в том, что называют ее «грабительской войной». К примеру: «Рабовладельческий класс Монголии во главе с Чингисханом исповедовал философию: если хочешь стать богатым, уважаемым, надо грабить. Если хочешь господствовать и хозяйничать, надо завоевывать чужие страны. Это и есть причина непрерывных внешних завоеваний Чингисхана и его наследников. Война на Запад, которую вели Чингисхан и его наследники, есть война между национальностями внутри страны, которую вели до ликвидации найманского Кучулуга, до уничтожения Хара Кидана. В 1219 году Чингисхан сам вел войска и напал на Хорезм. С этого началась захватническая война, вытесняющая чужие государства», - пишет Чиу Шу Шен («Суждения об истории Юаньской династии», третья глава). Но это мнение впервые высказал не гражданин Китая, а историк армянского происхождения Доссон. Он писал: «Государство Чингисхана граничило с государством Мухамада Султан хана. Получившее развитие богатое соседство не могло не задеть жадности всех кочевых аймаков татарской страны. Не прошло много времени, как монгольские вытеснители, нашли причину и напали» («История монголов Доссона», том 1, гл. 5). «История Монгольской Народной Республики» (три тома, ниже мы сокращенно назовем «Историей Монголии») констатирует: «Завоеванием Хорезма Чингисхан хотел расширить свою территорию и добыть трофеи в больших размерах, это была главная его цель. Кроме того, хотел захватить большой торговый путь между Востоком и Западом, который проходил по Средней Азии. Надо отметить эту его двоякую цель» (том 1, часть 2, раздел 1, гл. 3). Другого рода мнение сводилось к тому, что все у него определялось «потребностями военной политики». Это мнение высказал в двадцатых годах ХХ века китайский историк Ян Ен Пей. Он в частности сказал: «С тех пор, как хан объединил север и юг Большого Гоби, силы свои бросил на юг, на завоевание Золотой династии и Тангутии. Но окончательно не закончив войну на юго-восток, открыл второе поле боевых действий на Западном фронте. Наличие такой силы и отваги действительно потрясло и тогдашний, и нынешний мир. Но хан не был безумным игроком, бряцающим оружием. Его поход на Запад не был делом внезапного, неожиданного решения, а созрел из потребностей военной политики. После занятия города Зунду он не стал тут же нападать на город Биянлиян, как советовали многие полководцы. Решимости в применении войск у него хватало. В видении и разгадывании врага он обладал гениальной прозорливостью, потому знал, что у Золотой династии еще есть силы, которые нельзя недооценивать. Так, хан спрашивал у Гуве Боу Иоя относительно того, какую страну более подходяще завоевывать: Серединную или Западную? На это Гуве Боу Иой ответил, что «у Серединной страны силы большие, трудно ее завоевать. Можно раньше завоевать многие народы Западной страны, потом ее умелые и отважные военные силы применить в завоевании Золотой династии». Эти слова Гуве Боу Иоя совпадали с думами хана, потому он решился раньше воевать на Запад. То, что потом многие полководцы Западной страны участвовали в завоевании Серединной страны и показали заслуги, подтвердило правоту Гуве Боу И о я .» («Критический трактат о Чингисхане», гл. 6). Если сконцентрировать в общих чертах это мнение, поход Чингисхана на запад был продиктован потребностью военной политики подавляющей войны с Золотой династией. Третьего рода мнение отрицает «грабительскую войну». Оно утверждает, что требование «взыскивать за преступления» - это только лицевая сторона, а подлинная причина объясняется двусторонней потребностью. Первая потребность - это «расширение территории». К примеру: «Чтобы разрешить конфликт между сыновьями, решил выделить доли. Результатом этого решения стала война в Западной стране с целью расширения территории. Другая потребность - это «окружение Золотой династии». К примеру: «Завоевания на запад являются важнейшей составной частью плана окружить Золотую династию. Затем, сконцентрировав силы, уничтожить е е . Война Чингисхана в Западной стране, нападение на юг, на Золотую династию, поход Хажики на восток, на Латунное государство, установление связей на юге с Сунской династией - все это в конечном итоге окружение с четырех сторон Золотой династии и составило состояние военной политики». Это сегодняшнее мнение вице-профессора Педагогического университета Внутренней Монголии Баяра. (Журнал «Педагогический институт Внутренней Монголии», китайское издание, № 3 за 1981 год). Мнение четвертого порядка называется «взысканием за преступление» или «запрещающим» ударом. В этом отношении «Сокровенное сказание», «История Юаньской династии», а также историк Ханства Ил Зувэйни, знаменитый итальянский путешественник Марко Поло и другие источники в основном высказываются одинаково. В последнее время и знаменитый историк Китая профессор Хан Жу Лин тоже так стал считать. Он отмечает: «... После объединения Мухамадом Средней Азии, после объединения Чингисханом Монгольской возвышенност, ясно, что аристократия двух соседних стран предпринимала грабительские набеги наружу. Но до уничтожения Тангутии и Золотой династии, если бы Хорезм не нападал на Монголию, то трудно представить, что Чингисхан направил бы свое оружие на Запад. Но позорящее оскорбление со стороны Хорезма, если говорить о монгольской аристократии, считающей отмщение делом чести и собравшей непобедимую силу, было актом, который действительно невозможно было терпеть. Поэтому решение Чингисхана вести войну отмщения увеличивало их решимость и отвагу» (журнал «Исследование истории», № 3 за 1962 год). И те ученые, которые объясняли первыми причинами, не могли не признавать эту другую причину, но они ее рассматривают как «непосредственную причину», как «лицевую причину». С научной точки зрения приводить различные сравнения и примеры, конечно, допустимо. Но, если мы рассматриваем разные явления, основываясь на исторических записях и связывая с тогдашним положением дел, утверждать, что это четвертое упоминание - не главная причина, нам кажется, нет достаточного основания. Я лично тоже считаю, что это и есть главная причина. Возникновение войны Чингисхана на Запад, с Хорезмом, на самом деле прошло через какую-то путаницу. «В 1214 году, когда Чингисхан под Пекином принял мир со стороны Золотой династии султан Хорезмского государства из Средней Азии послал для встречи с Чингисханом посла Бухатин Раши в окрестности Пекина с целью разведать силы монголов» (вышеназванная статья Хан Жу Лина). Потом, после занятия монгольскими войсками столицы Золотой династии города Зунду, осенью того же года Чингисхан вернулся в Большой дворец на берегу Керулена, лично решил все внутренние проблемы государства. Предположительно весной-летом 1216 года послал на Запад Субудэйя для подавления остатков меркитов, Зэбэ - для подавления найманских остатков Кучулуга. Так Ханское Монгольское государство установило прямые взаимоотношения с Хорезмским государством. Примерно в это время с целью ведения торговли и установления дружественных отношений с крупным исламским государством Средней Азии Хорезмом Чингисхан послал находящегося в его государстве хорезмского купца Махамада, исповедовавшего исламскую веру, бухарского купца Али-Хоза, татарского купца Юсуфа в качестве своих послов к Мухамаду султан хану. Эти послы доехали туда и вернулись, достигнув первой договоренности о развертывании торговли между двумя странами. Затем, что бы утвердить безопасность купцов Западной страны, на всех основных дорогах Монголии поставил караульных. Так открыл путь для выгодной торговли купцов всех земель. В это время Ахмад хорезмского города Хозенд сын Ими ноена Хусейна и Ахмад Бэлкиг привезли в Монголию товары, вначале запросили большую цену за свой товар, встретили неодобрение Чингисхана, но вскоре нашли доверие хана и были приняты, как дорогие гости. Ко времени возвращения этих трех купцов по повелению Чингисхана из подданных многих ванов, ноенов и полководцев собрали четыреста пятьдесят мусульман, нагрузили товары, золото и серебро на пятьсот верблюдов и с посланниками отправили в Хорезм для ведения торговли. Эта торговая миссия со специальным заданием установления торговых взаимоотношений в конце 1216 или в начале 1217 года приехала в город Отрар, относящийся к Хорезмскому государству. Управляющий городом ноен Иналзог позарился на их товары, бросил им обвинение - «разведка Чингисхана», всех задержал, послал оповещение Султан хану Мухамаду. По его приказу товары отняли, всех убили. Из четырехсот пятидесяти человек чудом спасся один, в восьмом месяце 1217 года сообщил Чингисхану о случившейся беде. Чингисхан поручил дело завоевания Золотой династии Мухули ноену, назначил главнокомандующим. Сам решил разрешить дело в Западной стране. Сначала Чингисхан думал, что убийство купцов было делом рук управляющего городом Отрар Иналзога, хотел наказать и отомстить только этому преступнику, не думал дело взаимоотношений двух государств доводить до состояния войны. В 1218 году отправил султану Хорезмского государства Мухамаду полномочного посла Бахара, заместителей посла двух монголов, чтобы они взяли преступника Иналзога, ограбившего и убившего монгольских купцов в Отраре. Но страдающий слабоумием одураченный Мухамад не только не наказал по закону дерзкого преступника, убившего и ограбившего мирных купцов, выполнявших высокую миссию открытия пути для хозяйственных, культурных взаимоотношений между двумя государствами, но и взял его под защиту. Сам совершил не меньшее преступление, убил государственного посла, назначенного Чингисханом, двум его заместителям сбрил усы, подверг их унижению и отправил обратно. Это был дикий поступок, немыслимый и раньше, и сейчас в отношении полномочного посла суверенного государства. Услышав об этом унизительном оскорблении и дикой расправе над послом, Чингисхан невольно пролил слезы, гнев его вскипел до небес. По обычаю шаманской веры, он взывал к «силе вечного неба», решаясь воевать с Сартульским государством (Хорезмом), чтобы отомстить за то, что сартулы прервали золотую нить (254 параграф «Сокровенного сказания») и кровавая война между Монголией и Хорезмом стала неизбежной.
ПОДГОТОВКА ВОЙНЫ НА ЗАПАД
Как решил Чингисхан в 1218 году наказать Хорезм военной силой и заставить его соблюдать запрет, так до самого лета 1219 года, когда он тронулся с войсками, все свое внимание уделял подготовке к войне. Этот поход Чингисхана на Запад открывал второй театр военных действий, которые вела Ханская Монголия, или Западный фронт. Поэтому прежде всего важно было приспособить свои военные силы к этим обстоятельствам. Так, два тумена из трех тысяч конных войск из таких монгольских аймаков, как онгуты, горлосы, орогуты, мангуты, хонгираты, ихирэсы, залаиры, салжигуты, соединившись с зурчинскими, киданскими, китайскими войсками, сдавшимися монголам под общим командованием ноена тумена левой руки Мухули, должны были продолжить военные действия на южном фронте против Золотой династии. Сам Чингисхан стал готовиться к войне с Хорезмом на Западе. Эта подготовка началась с курултая Золотого рода, многих ноенов и сановников, который состоялся в 1218 году. «Этот курултай, как пишет Владимирцов, был созван не для того, чтобы Золотой род и аристократы одобрили его план, а для того, чтобы разработать какой-нибудь великий план самым успешным способом и, вместе с тем, лично обучить руководителей будущих сражений». Безусловно, в ходе боев с Золотой династией на южном фронте Чингисхан узнал, как важно сохранить спокойствие тыла государства во время войны. Поэтому этот вопрос тоже стал одним из основных предметов данного курултая. Управлять государственными делами доверили ханской дочери Алга беки и брату хана Отчигин ноену, соответственно возложив на них ответственность за дела в краях южнее и севернее Гоби. В пятой главе данной книги мы говорили о «печати повелевающей государством принцессы, главнокомандующего севернее реки, посла указов». Как раз в это время севернее реки Хадун, южнее большого Гоби государственными делами управляла Алга беки, для нее была сделана печать. Это исторический факт, подтвержденный археологией. Поэтому, хотя Чингисхан уехал в дальний поход, у него были люди, замещающие его в общегосударственных делах. Когда отправляешься в боевой поход, особенно в дальний, могут случиться самые неожиданные вещи. Так, продолжателем большого наследия Чингисхана был определен третий сын хана Угэдэйя. Это предложение поступило от татарской хатун Чингисхана - Есуй, когда он «выезжал воевать с сартулами», о чем подтверждает «Сокровенное сказание» (параграф 254). Хотя точно не указано, когда она предложила, но уместнее было решать вопрос именно на данном курултае. Как известно, этот факт имел важное значение в укреплении и развитии государственной власти Монголии, являющейся опорой в грядущем углублении процессов, происходящих в монгольском обществе. Несомненно то, что на данном курултае речь по-настоящему шла о войне. В походе по завоеванию Западной страны, которым руководил лично Чингисхан, была задействована основная часть вооруженных сил Ханской Монголии. К примеру, в походе участвовали все четыре сына хана, чиновники, сановники, являющиеся опорой государства, такие, как Богурчу, Шикихутуху, Елуй Ахай, Елуй Цусэй, такие полководцы, как Зэбэ и Субэдэй, также все боеспособные вооруженные силы. Из хатунш его сопровождала Хулан хатун. Кроме того, потребовалась внешняя помощь. Потому прежде всего назначил посла в Тангутию, чтобы присоединяли силы. Но тангутские войска не только не помогли, тангутский чиновник Аила Гомбо своим высокомерным словом оскорбил Чингисхана. Поэтому весной 1218 года Чингисхан предпринял четвертый поход в Тангутию. Хотя Чингисхан не получил помощи от Тангутии, за ним на запад последовали харлугский Арслан хан, уйгурский Итугуд Барзог Арт Тикид и алимарский предводитель Суйхэнэр Тикид, каждый со своими войсками. Итак, все войска, которые пошли на Хорезм, составили двадцать туменов. Большое войско под водительством Зэбэ и Субудэйя, покорившее Хара Кидан на западном фронте, шло в авангарде. В этой войне Чингисхан использовал полезный опыт, острое оружие, приобретенные в Золотой династии и Китае, и от этого боеспособность войск намного повысилась. По этому поводу в книге Ли Че Фен отмечается: «Сдавшийся Чингисхану полководец Золотой династии Ян Жун из Ч инж еу. руководя войсковыми плотниками, за ханом поехал на запад, изготовлял лодки и плоты, ставил мосты и переправы . Некто Садархай после того, как сдался Чингису, стал юваншуваем войск воды и больших орудий метателей; следуя за ханом, ходил на Хорезм и участвовал в войне по покорению Тангутии». Отмечено, что «стихотворный друг Елуй Цусэй Забашу юваншувай, кажется, есть Задарахон, который упомянут в «Истории Юаньской династии». Задарахон был киданцем из Жизеу, много лет прожившим среди китайцев. Когда воевал с Золотой династией, Чингисхан привлекал в войска людей, умеющих обращаться с большим орудием, командующим ими поставил Задарахона. Когда воевали на запад с Хорезмом, он командовал подчиненными ему войсками с большим орудием и киданскими, зурчинскими, китайскими войсками. Когда нападал за Чингисхана на Отрар, с подчиненными ему войсками прорвал оборону города, раньше всех проник туда. За это ему был пожалован титул юваншувайя. Эти заметки документированы. Кроме этого, один из первых русских ученых-монголистов, переводчик «Сборника летописей» Березин давал подробные сведения: «Иностранные специалисты, лекари, производственные мастера служили в специальных войсках. Они довели боевое мастерство войск до самого высокого уровня». «В войне на этот раз за конницей шла часть войска с бычьим орудием с большим «треножьим механизмом» (это войска под командованием упомянутого выше Задарахона). Под бычьим орудием имеется в виду приспособление, издали стреляющее камнями и железом. В походе они разбирали бычье орудие на несколько частей, нагружали на быков или верблюдов. В этой части с бычьим орудием на несколько веков раньше применения пороха в орудиях европейцем Бертуртом применяли разрушающее города «огненное орудие». Стреляя из них, сжигали деревянные укрепления противника, на голову обороняющегося противника сыпали камни и железо, сея большую панику». «Поскольку монгольскую конницу сопровождали китайские специалисты строительной профессии, они выполняли роль современных строительных войск. Например, ставили мосты (при преодолении реки Сырдарья войска Цагадайя поставили восемнадцать мостов), перебрасывали воды реки на города. Подготовительную работу к каждому сражению войска вели более тщательно, чем прежде: «Каждый воин вел трех или четырех ведомых лошадей, имел двоякого рода вооружение для дальнего и ближнего боя. Каждый воин имел лук, два колчана стрел, один колчан был на виду, другой был спрятан в водонепроницаемый чехол. Имел и аркан для ловли противника, которым монголы владеют безукоризненно умело». Также каждый воин имел все необходимые вещи, к примеру, иголку и нитки, брусок для точки наконечника стрел. Каждый воин, отправлявшийся на войну, должен иметь шелковую рубашку, так постановили. На соответствующем расстоянии шелк защищает от стрелы. Если, завернувшись в наконечник, он войдет в тело, то китайские лекари могут легко вытащить наконечник». «В воинском соединении назначается изготовитель оружия и сбруи, специальный военный следователь. Если узнавали о порче оружия и сбруи, судили не только виновного воина, но и его непосредственного начальника. Специальный чиновник военного снаряжения двигался вместе с передовым отрядом, устанавливал походную казарму для войсковых соединений, другие после перекочевки войск на другое место подбирали оставленные на месте походного перевала вещи и возвращали хозяевам. Они также следили за справедливым распределением военных трофеев». Так, перед походом большого войска начали подготовительную работу для обеспечения похода. Если заглянуть в «Записи шествия на Запад», за ремонт дорог на Алтае, строительные работы отвечал третий сын - Угэдэй. За ремонт высокогорных дорог, установление мостов отвечал второй сын - Цагадай. Работа двух сыновей по ремонту дорог в основном шла параллельно, и была выполнена до походного движения большого войска с помощью того же строительного отряда. Чингисхан весьма высоко ценил строительные войска и отряд с крупными орудиями. Когда воевал против Золотой династии, из Китая он вывез очень много плотников и мастеров и потому в это время строительные войска и части с крупными орудиями были многочисленными. Поэтому строительные работы на этот раз были успешно проведены в больших объемах («Новая биография Чингисхана»). Кроме организации своих собственных сил, знание положения дел у противника непременное условие для предводителя войны. В этом отношении Чингисхан тоже работал успешно. Надежным источником получения необходимых военных сведений на этот раз стали сведения, поступившие изнутри сартульского государства. Среди старых друзей Чингисхана было несколько хорезмских людей и за последнее время немало стало торговцев, прибывающих из Средней Азии в Монголию. Сведения, полученные от них, носили политический, хозяйственный, военный характер и касались внутреннего положения Хорезма и состояния местных дел. Затем шли сведения, полученные от уйгуров, харлугов, особенно Хара Кидана, национальностей, граничащих с Хорезмом и имевших с ним связи и взаимоотношения. В-третьих, Зэбэ и Субудэй, мобилизовав войска, поехали на Запад для ликвидации найманских и меркитских остатков. Если говорить обобщенно, Чингисхан подготовку войны на Запад проводил на основе войны с Тангутией и Золотой династией, потому имел возможность учесть опыт и итоги ведения войны на дальние расстояния, вести дело тщательнее, серьезнее и успешнее, чем когда-либо раньше. Это не вызывает сомнения.
Все части книги: