Это аттестат зрелости гимназиста Володи Ульянова:
Указано "православное вероисповедание", документ подписан в том числе законоучителем, священником то есть. На первом месте Закон Божий и по этому предмету сразу две "пятёрки" - общая успеваемость и экзамен.
А учили в Симбирской классической гимназии на совесть.
В следующий класс переходила лишь половина учеников, прочие оставались на второй год. Чего стоят аж четыре языка, два древних и два современных: греческий, латинский, немецкий, французский.
Будущий вождь мирового пролетариата безусловно знал наизусть десять ветхозаветных заповедей, девять блаженств евангельских, Нагорную проповедь, Символ Веры, "Отче наш", "Богородице Дево", 33-й псалом, 50-й псалом, 90-й псалом и много чего ещё. Он исповедовался и причащался.
Потом голову русского гимназиста продуло западным ветром.
И вместо Христа он всем сердцем поверил в Карла Генриха Мордехая Маркса.
Но кое-какие церковные навыки остались. Когда в 1898 году молодого марксиста арестовали в Петербурге, он писал сестре из тюрьмы:
...с большим удовольствием и пользой занимался каждый день на сон грядущий гимнастикой. Разомнёшься, бывало, так, что согреешься даже в самые сильные холода, когда камера выстыла вся, и спишь после того куда лучше.
Могу порекомендовать довольно удобный гимнастический прием (хотя и смехотворный) - 50 земных поклонов.
Я себе как раз такой урок назначал - и не смущался тем, что надзиратель, подсматривая в окошечко, диву даётся, откуда это вдруг такая набожность в человеке, который ни разу не пожелал побывать в предварилкинской церкви.
Оказывается, сколь угодно мощный "интеллект" и "вера" не всегда дружат.
Можно знать кучу языков и читать Георга Гегеля в оригинале, а у этого философа предисловия по 200 страниц и даже Ленин называл его "архисложным". И при этом не верить вообще.
Безбожник может знать Закон Божий на "отлично".
Как говорил Иван Бунин про не христианина Льва Толстого:
Как это никто не видит, что Толстой переживает и всегда переживал ужасную трагедию, которая заключается прежде всего в том, что в нём сидит сто человек, совсем разных, и нет только одного: того, кто может верить в Бога.
В силу своего гения он хочет и должен верить, но органа, которым верят, ему не дано.
Ильич потерпел такую же духовную катастрофу.
----------------------------------------
"Великая Отечественная Спецоперация"
Автору важна обратная связь, комментарии приветствуются
----------------------------------------