Я ушел в декрет вместе с женой и понял: так было суждено

Сейчас, спустя три года, я осознаю в полной мере правильность своего решения. Жена благодарит меня и считает, что могла бы сойти с ума, если бы меня не было рядом.

Я не планировал сидеть без работы так долго. С шестнадцати лет я привык сам себя обеспечивать. То листовки раздавал, то машины мыл, то брал заказы на доставку клиентам.

После получения специальности я пошел работать наи завод. Отпахал там добрые шесть лет, но понял, что дальше так не могу. Я не видел себя в роли инженера.

Мне хотелось связать свою жизнь с программированием, но для этого я должен переквалифицироваться, пройти курсы и практикумы. В общем, дело это небыстрое. А моя невеста была на пятом месяце беременности.

Когда Галина была на восьмом, я написал заявление по собственному желанию и уволился с постылой работы. Стал больше времени проводить с любимой, помогал ей с уборкой по дому.

У меня есть квартира, доставшаяся от отца. И я ее сдавал в аренду. Плюс еще невеста получала пособия. Я брал подработку на выходные, чтобы мы могли позволить себе больше.

В то время я осознал, насколько был не прав раньше. Я никогда не задумывался, как беременные женщины, страдающие от нытья спины, токсикоза, изжоги и прочих неприятностей могут регулярно намывать квартиру и готовить еду, от которой их воротит в буквальном смысле?

Я не был беременным, но после увольнения я стал внимательнее к своей невесте. Глаза открылись на такие бытовые вещи, которые другие женщины выполняют ежедневно и без жалоб.

Могу смело заявить: лишь малый процент мужчин смогли бы делать то, от чего им становится плохо. Мы бы никогда добровольно не подписались на такие жертвы, даже ради любимого человека.

Родился сын. Мне казалось, что нам достался самый неспокойный и буйный ребенок на свете. Он не отлипал от жены ни на минуту. От меня-то молоком не пахнет, так что особого интереса Матвейка ко мне не проявлял.

В то время, пока Галя пыталась изо всех сил уложить сына. Я прибирал последствия маленького разбойника. Пока жена возилась с малышом, я готовил, стирал и убирал.

Потом мы менялись ролями. И я поняла: морально легче отпахать две смены на заводе, нежели заниматься младенцем. Если он заплачет, то голова болит весь день.

Без колик мы не обошлись. Это была самая настоящая пытка для наших нервов. Чтобы хоть как-то разгружаться, мы договорились с женой быть с сыном по очереди.

Таким образом, Галя имела возможность освежаться во время прогулок с подругами и менять обстановку, а я научился справляться с маленьким сыном без нее.

Ближе к году стало немного легче. Мы отучили Матвейку от груди, и он стал более активным и любопытным малышом. С ним стало интересно гулять, капризы стали отступать.

В моменты совместных прогулок с ребенком я понял: такая тесная связь со своей кровинкой стоила мне работы. Но я рад, что поступил так.