Реставратор графики Ольга Новикова закончила работу над двумя очень сложными предметами.
«Это, конечно, великий подвиг нашего реставратора», — так оценивает работу Ольги Павловны хранитель коллекции графики музея им. Врубеля Галина Севостьянова.
Обе гравюры — одна конца XVIII, другая начала XIX века — привезли в музей в плачевном состоянии в 1993 году. На них были многочисленные разрывы, заломы и даже частичные утраты бумаги на краях. Гравюра с видом на мавзолей Шер Шах Сури была создана Томасом Морисом по рисунку Уильяма Ходжеса. Ходжес был известным английским художником-путешественником. Он участвовал во второй экспедиции Джеймса Кука, затем в конце XVIII века совершил поездку в Индию. Ходжес делал зарисовки и писал маслом, но многие его работы были утрачены и до наших дней дошли именно сделанные с них гравюры. Интересно, что точно такой же вид мавзолея Шер Шах Сури есть в Эрмитаже.
«На фотографии, сделанной с подсветкой снизу, видно, что лист был разорван на две части. Когда это случилось, неизвестно. Кто-то подклеил с оборотной стороны полоски бумаги — по краям и по центру. Края были очень сильно повреждены — были разрывы, потёртости, утраты. В таком состоянии лист поступил в музей. Мы удалили следы предыдущего ремонта — отделили бумагу, удалили клей. Использовали специальную химическую промывку в энзимах — это достаточно сложная процедура. И этот способ в данном случае дал очень хороший результат. Для восполнения утрат была подобрана специальная бумага, близкая по толщине к основе. Из неё были вырезаны так называемые заплаты и прикреплены с помощью специального реставрационного клея», — поделилась Ольга Новикова.
Клей, к слову, музейщики делают сами из специально очищенного пшеничного крахмала. Изготавливают клей маленькими порциями и хранят в холодильнике, так как он без консервантов и срок годности у него небольшой.
Сейчас, если не знаешь, где на гравюре был разрыв, его практически невозможно увидеть. Произведение готово к выставке.
На второй работе изображено аббатство Мон-Сен-Мишель. Это небольшой скалистый остров, превращённый в крепость, который находится на северо-западном побережье Франции.
Пока сотрудники музея им. Врубеля не нашли других гравюр из этой серии. Возможно, это единственный сохранившийся экземпляр из тиража. И над ним пришлось очень серьёзно поработать. Загрязнения и пыль убирали с помощью резиновой крошки, которая изготавливается из белых стирательных резинок, натёртых на тёрке.
«Тут были многочисленные очень большие разрывы, многочисленные утраты бумаги по краям, многочисленные изломы. Также на листе были следы предыдущих попыток реставрации, так сказать. Но кто и когда пытался склеить этот лист — неизвестно. Ремонт был не очень профессиональный. Изображение здесь напечатано на супертонком листе, который был наклеен на более плотный лист. Разрывы были с неровными краями. Невозможно было свести стык, если не расклеить эти листы. Отделяли их всухую скальпелем, долго и кропотливо. Многочисленные отделившиеся фрагменты нужно было тоже вернуть на место, словно собрать пазл. Те фрагменты, которые отсутствовали, я доливала на вакуумном столе бумажной массой, которая была подобрана и приготовлена специально», — пояснила Ольга Новикова.
«Автор этой композиции и литограф — Фердинанд-Виктор Перро. Эта литография была абсолютно разрушена. Наши реставраторы дали ей вторую жизнь. Я нашла похожие композиции этого же автора, но детали там другие — лодочки нет, не так изображены волны. Именно такого вида я нигде не встречала пока», — отмечает Галина Севостьянова.
Посетители смогут увидеть обе эти гравюры на юбилейной выставке, посвящённой 100-летию музея им. Врубеля. Тем временем в мастерской реставрации графики работа не останавливается.
Далее на очереди целый альбом гравюр, созданных по итогам путешествия по России.
Листы нужно очистить от загрязнений, разгладить, восполнить утраты там, где они есть. Работа предстоит долгая и непростая. Но результат благодаря мастерству Ольги Новиковой и её коллег, мы уверены, порадует и музейный совет, и зрителей.
Текст и фото: Наталья Семенова.