Когда я была маленькой, мои родители постоянно бегали за бабушкой и отбирали у нее тяпки, грабли, лопаты, ведра, тряпки…
Родители бегали, я бегала, все родственники… Но бабушка не унималась. Ей обязательно надо было чего-нибудь делать, а нам всем — не давать ей напрягаться: возраст, давление, воспитание.
Результат — никакая работа до конца не доведена, все задолбались, у бабушки давление и жалобы.
Потом мы много раз обсуждали с мамой этот сюр и она тысячи раз зарекалась, что такого не будет — хватило в молодости, урок усвоен.
Ага.
Тимофей, блины, мед. Мама сидит в кресле и жалуется на боли в пальцах, упадок сил, давление, тошноту и далее по списку.
Тимофей пачкается медом, мама подскакивает с кресла, чтобы протереть его салфеткой. Я подскакиваю с дивана, в полете одной рукой возвращаю маму в кресло, другой хватаю салфетку и привожу ребенка в надлежащий вид.
Через 5 минут сопли. Мама подскакивает с кресла, я в полете повторяю махинацию.
Еще 5 минут и падает ложка. Мама с кресла, я — с дивана, лечу за новой ложкой, по дороге подбираю старую, усаживаю маму, грожу пальцем Тимофею.
После ложки мед летит на стол, блин на пол, все вместе на майку, руки, лицо… и так до бесконечности. Каждый раз мама подскакивает, а я бросаюсь наперерез. Через час ей все еще нехорошо, а мне нехорошо уже. Я задолбалась.
Объясняю маме, что не надо бросаться к Тимофею по каждой мелочи — он все это может сделать самостоятельно. Напоминаю про лопаты, бабушку и бесполезную суету.
— Не сравнивай. Это — другое, — заявляет мама.
Удивительная все таки сила у зеркальных нейронов и паттернов поведения. Но это, конечно, не психология и глубинные установки. Это — другое.
