Женщина рассматривала флаконы с духами. Чуточку брызгала на бумажную полоску, нюхала. И немножко улыбалась; совсем чуть-чуть. Хотя очень грустная была до этого. И женщина рассказала тихонько, что приходит в себя после личного тяжелого события. Вот, надо же, духи… И запах чувствую. Уже чувствую…
Это она выздоравливает. От горя тоже выздоравливают со временем.
Есть признак выздоровления от беды - хочется маленьких радостей.
Нельзя жить так, словно ничего не случилось, если случилось плохое. Это касается и личных событий, и общих.
Но нельзя вечно жить только тем, что случилось. Жить бедой и тревогой. Это закон выживания. Жить бедой - идти к гибели. Падать, потому что опора рухнула. И нужна хоть маленькая опора.
Одна женщина с телекомпании, где я работала, была на грани после серьезной операции. Думали, что всё…
Но однажды она попросила зеркало и соленый огурец. Прохрипела-прошептала. И пожилой профессор чуть не запрыгал от радости прямо в палате. Он сказал: «Вы, голубушка, выздоравливаете!», - хотя все было очень плохо ещё…
И в блокадных материалах, в дневниках и письмах, люди писали про личные отношения, про сомнения, про влюбленность. Жалели любимые туфли и костюмы, которые пришлось променять на хлеб… Пока была сила жить, были вот такие житейские записи. Между записями страшными.
И парикмахерская работала в Ленинграде. Даже в самое страшное время работала. А уж как радовались люди открытию парикмахерских потом! Как радовались вазочкам с цветами на столах в столовых. И радовались, когда вновь на улицах появились нарядные девушки. Худенькие, слабые еще, но нарядные - по тому времени.
И в театры ходили. И в кино. Когда жизнь начала возвращаться в спасенный наш город. Чтобы посмотреть на красивое. На возвышенное. Чтобы даже улыбнуться, отвлечься.
Человек должен радоваться и отвлекаться.
Должен выполнять долг. Должен нести тяготу.
Обязан участвовать в общем деле.
Должен бороться! И скорбеть после несчастья тоже должен.
Но и радоваться, и проживать самые обычные человеческие чувства тоже должен. Когда начинает оживать. Это и есть - сама жизнь. Её возвращение.
Не гнусные развлечения пресыщенных персонажей нужны человеку. А человечные, может, немножко мещанские. Волосы красиво уложить. Купить туфельки. Прочитать рассказ про любовь. Послать сердечко любимому человеку. Посмотреть спортивный матч и поболеть за любимую команду. Музыку хорошую послушать. Пирог испечь…
И когда спустя время после потрясения захочется пирога или в кино пойти - значит, оживает человек. Выздоравливает от беды.
Это тоже борьба за жизнь - простые радости, удовольствия, чувства, эмоции вне той горькой или опасной ситуации, в которой пострадал человек. Это опоры: зеркальце, соленый огурец, романтическая комедия, милая открытка, добрый рассказ…
Есть опоры мощные, духовные, а есть и эти, дополнительные, маленькие.
Но иногда удерживает и маленькая опора. Крошечная радость. Простое удовольствие живой жизни. И если появилось желание маленькой радости - исцеление близко. И спасение близко.
Это возвращение к такой обычной жизни. Выздоровление от беды.
Анна Кирьянова