Как-то не так. Ч.3
Вот где мурашки, так мурашки. Слонопотамы отдыхают. Это у драга Стоуна голос такой. Плюс моя на него неоднозначная реакция. С первой секунды как увидела – как ушибленая. Хотя, я первая его ушибла. Подносом. Да. Незабываемо. Один в один мой сегодняшний танец.
– А наказание? – возмутилась Синяя Дама. Она любит наказывать.
– Сейчас последует, – рыкнул дракон, цапнул за плечо и уволок в круг танцующих.
Рука каменным обручем легла на талию, вторая до хруста прижала пальцы. Не о таком приглашении потанцевать мне мечталось накануне.
– Что ты творишь? – сквозь зубы прошипел Стоун.
Вот это поворот. Голова кругом.
Его восхитительные глаза цвета гречишного меда потемнели, но что-то во мне сломалось, что-то хрупкое. Я задыхалась, в груди кололо, возможно, это были осколки моего разбитого сердца, а возможно, драг Стоун взял слишком быстрый темп, отсюда все эти неуместные ощущения и глупые метафоры.
– Что творю?
Это мой голос? Если бы мне так ответили, отвесила бы оплеуху. И Аркейну наверняка хотелось, вон как его красивое лицо перекосило, зрачки вытянулись в вертикаль и желваки ходят, на щеках даже рисунок чешуи проступил. Выбесить дракона до желания перекинуться это уметь надо. Но мне – раз плюнуть, я ходячее воплощение хаоса. Это мой дар. Ура мне.
– Что творю… Делаю то, для чего вы меня сюда отправили, драг Стоун. И собираюсь творить дальше. Собираюсь с отличием закончить Академию и феерично выйти замуж. Как вам такой план?
– Прекрасно.
– Прекрасно.
– Вы наступили мне на ногу.
– Это не смертельно. И я обижена.
– Это не смертельно. Что с вашим лицом?
– Косяк.
– Там хоть кто-то уцелел? – язвительная улыбка искривила губы, которые мне хотелось прижаться своими. Как в тот злополучный день отъезда из замка Айскасл, северных ворот Рубежа. Тогда глаза, что сейчас напротив моих, так же темнели, только причина была другой. Что для него мимолетный поцелуй на прощание? Сколько у него таких, как я, было за всю его жизнь и еще будет? Ненавижу. Заочно. Всех этих девиц. За то, что они могут его целовать, а я…
– Не смейте рыдать. Достаточно того безобразия, что я уже имел неудовольствие лицезреть.
– И не надейтесь.
– Я все же понадеюсь, что не станете. Вы здесь не только себя позорите, но и меня, как вашего назначенного опекуна, тоже.
– Скоро у вас появится возможность избавиться и от меня, и от позора. Как только драг Сибэй пришлет вам, как назначенному опекуну, договор. Поставите подпись и вот долгожданная свобода от обязательств.
– Прекрасно.
– Прекрасно. Что же вы замерли, драг Стоун? Боитесь, что я снова на ногу вам наступлю?
– Бояться? Вас? Это смешно, – презрительно бросил он. – Танец завершен, мади Вейтор.
У него глаза цвета темного меда, волосы, как молочная карамель и губы, которые умеют быть нежными, и вот так – тоже умеют.
– Конец. Это конец, Ирена. Отпустите же мою руку.
Золото. Вот что я вижу, когда смотрю на него. Золотые брызги. Целый вихрь золотых брызг, запредельный холод Рубежа и того, что за ним. Мои пальцы в его руке сейчас так же холодны, поэтому мне больно от его огня и вырваться – никак.
– Разве это я вас держу, Аркейн?
– Вы. Держите.
Он наконец отпустил и моя рука надломленной веткой упала вниз.
Короткий поклон, никаких целований руки, мы ведь вроде как родственники, значит это не обязательно. Я уйду первой. Я смогу. У меня получится. Шаг назад, изящный поворот, движения отработаны до автоматизма. И тут словно удар в спину:
– Рени…
• • • • • • • • • • • • •
Начало ЗДЕСЬ