Палеонтологи из Аргентины и Уругвая обнаружили на острове Сеймур у берегов Антарктиды концевые фаланги двух пальцев стопы, которые принадлежали стокилограммовой нелетающей птице из вымершего семейства фороракосов. Возраст находки составил около 50 миллионов лет, что соответствует раннему эоцену. Как отмечается в статье для журнала Palaeontologia Electronica, это древнейшие известные останки фороракоса — и первые, найденные в Антарктиде. Судя по всему, древняя птица охотилась на мелких и среднеразмерных млекопитающих и занимала в антарктических экосистемах того времени нишу верховного хищника.
На протяжении большей части кайнозоя Южная Америка находилась в изоляции от других континентов, из-за чего здесь долгое время отсутствовали плацентарные хищники. Их ниши здесь занимали представители других групп, например, родственные сумчатым спарассодонты (Sparassodonta), включая знаменитых тилакосмилов (Thylacosmilus), а также наземные крокодилы себекозухии (Sebecosuchia).
Однако наибольшего успеха среди южноамериканских хищников добились крупные нелетающие птицы фороракосы (Phorusrhacidae), родственные ныне живущим кариамам (Cariamidae). Эти пернатые появились не позднее среднего эоцена и дали начало по меньшей мере 18 видам, самые крупные из которых обладали черепами размером с лошадиный, достигали трехметровой высоты и весили до ста килограмм. Некоторые из них после образования Панамского перешейка даже расселились в Северную Америку. Тем не менее около двух миллионов лет назад фороракосы исчезли (по крайней мере крупные формы; мелкие же могли продержаться до конца плейстоцена).
Палеонтологи Каролина Акоста Оспиталече (Carolina Acosta Hospitaleche) из Музея Ла-Платы и Вашингтон Джонс (Washington Jones) из Национального музея естественной истории в Монтевидео обнаружили первые достоверные свидетельства, что помимо Южной и Северной Америк фороракосы могли населять еще один континент — Антарктиду. В центре внимание исследователей оказались изогнутые дистальные фаланги двух пальцев стопы, которые принадлежали крупной птице и были обнаружены на формации Ла-Месета на острове Сеймур у берегов Антарктического полуострова. Их возраст составил 56-47,8 миллиона лет.
Сравнив образцы с фалангами пальцев 15 современных и вымерших видов птиц, Акоста Оспиталече и Джонс пришли к выводу, что их владельцем был представитель отряда кариамообразных (Cariamiformes), с высокой вероятностью — фороракос двухметрового роста, весивший около ста килограмм. Поскольку от этого хищника остались всего два фрагмента костей, официального научного названия он пока не получил. Как и другие фороракосы, летать он не мог, вел наземный образ жизни и охотился на мелких и средних позвоночных, например, сумчатых, неполнозубых и южноамериканских копытных, а также поедал падаль. По мнению исследователей, эта птица была способна убивать даже жертв весом с себя. Вероятно, фороракос с острова Сеймур благодаря своим внушительным габаритам занимал в экосистемах эоценовой Антарктиды (которая тогда была покрыта влажными лесами из хвойных деревьев и южных буков) нишу верховного хищника. Конкуренцию ему могли составить только хищные млекопитающие средних размеров, например, спарассодонты (впрочем, в эоценовых отложениях Антарктиды и окружающих ее островов пока найдены лишь предполагаемые отпечатки лап таких животных).
Антарктический фороракос стал самым древним известным представителем своего семейства. Как подчеркивают авторы, их открытие проливает дополнительный свет на ранние этапы эволюции данной группы птиц. Например, ранее считалось, что фороракосы достигли гигантских размеров лишь в позднем олигоцене или раннем миоцене. Однако, похоже, что в Антарктиде, куда они пришли из Южной Америки по сухопутному мосту, это произошло намного раньше, уже в эоцене. Возможно, местные фороракосы увеличились в размерах в ответ на местный климат, который в те времена был довольно прохладным и напоминал современный новозеландский.
Несколько лет назад палеонтологи пришли к выводу, что вымерший гигантский марабу Leptoptilos robustus с острова Флорес, который долгое время считался нелетающим, в действительности умел летать. Кроме того, исследователи опровергли идею, что флоресские марабу приобрели выдающиеся размеры за счет островного гигантизма: более вероятно, что они унаследовали данную черту от предков с континента.