Достоевский сорок лет ждал путешествия за границу. Однако, проехав по многим городам Старого Света, писатель пришёл к выводу о том, что в Петербурге жизнь не хуже. Такие воспоминания Фёдор Михайлович оставил о туристах, встреченных им в европейских городах: «Бедненькие! И что за всегдашнее беспокойство, что за болезненная, тоскливая подвижность! Все они ходят с гидами и жадно бросаются в каждом городе смотреть редкости и, право, точно по обязанности, точно службу продолжают отечественную: не пропустят ни одного дворца о трёх окнах, если только он означен в гиде». Фёдор Михайлович, находясь в Италии со своей женой, спустя несколько лет писал: «Через три месяца — два года как мы за границей. По-моему, это хуже, чем ссылка в Сибирь. Я говорю серьёзно и без преувеличения. Я не понимаю русских за границей». Получать удовольствие от путешествия Достоевскому помешала тоска по родной стране, особенно сильно ощутимая у человека, придерживающегося славянофильских взглядов. Путешествуя по Европе,