24 марта 1999 года войска НАТО начали бомбардировки Югославии. Но речь сегодня пойдет не об этом трагичном эпизоде, а о событии, которое обтекаемо называют началом многовекторной внешней политики России. А в историю оно вошло как «разворот над Атлантикой» или более образно «петля Примакова».
Ставший премьер-министром России в сентябре 1998 года, Евгений Максимович Примаков на правительственном самолете направлялся в Вашингтон. В ходе официального визита он должен был договориться о кредите МВФ на сумму пять миллиардов долларов.
Борт уже находился над островом Ньюфаундленд, когда в нем раздался звонок защищенной связи. Это был вице-президент США Альберт Гор, который сообщил Примакову (в порядке информирования) об ударах НАТО по Югославии. Закончив разговор, премьер принял решение развернуть самолет и отменить визит — в знак протеста.
Но Примаков так поступил вовсе не под влиянием эмоций, как позднее потом писалось в прессе. Сначала он позвонил Борису Ельцину, подняв того среди ночи. И только получив его согласие и выяснив у экипажа, что топлива на обратный перелет хватит, премьер дал команду на разворот.
Поставил Примаков в известность и принимающую сторону. Как он потом вспоминал в мемуарах, вице-президент Гор принялся уговаривать все же добраться до Вашингтона и уже там подписать меморандум об откладывании визита. Но российский премьер был непоколебим.
И хоть поступок Евгения Максимовича получил всеобщее одобрение на родине, нашлись и те, кто упрекал его в горячности и необдуманности решения. Во-первых, премьер пренебрег интересами России, которая остро нуждалась в кредитах. А во-вторых, он мог озвучить свою позицию с трибуны Совбеза ООН и осудить НАТО за противоправные действия.
Но Примаков поступил так, как посчитал нужным именно в тот момент. И не прогадал. Так как этот его поступок наглядно показал всему миру, что с Россией нельзя не считаться, а тем более вести с ней переговоры с позиции силы.