Эта леди была совершенно не похожа на «типаж» лорда Байрона: мальчишеская фигура, эксцентричная привычка носить костюм пажа, неумение скрывать свои эмоции. В мае 1812 года Байрон шокированно понял: ему страстно хотелось завоевать эту игнорировавшую его женщину. И к чёрту, что она была замужем!
Кто была эта леди?
Леди Кэролайн Понсонби Лэм была дочерью графа Бессборо и Генриетты Понсонби, а также племянницей герцогини Девонширской. В детстве она была сорванцом, дух безрассудства и презрения к условностям никогда не покидал её. Она не получила формального образования и не умела читать до позднего подросткового возраста. Но она была умна и остроумна; взрослой она писала стихи и прозу и рисовала портреты.
Ей выпала печальная участь узнать байроновскую трактовку любви — безумную, страстную одержимость, от которой отказываются, как только удовлетворяют любопытство и желание.
Безумный, плохой и опасный
Удивительно, как быстр на самом деле был их роман: всего лишь с марта по августа 1812 года. Ему было 24 года, а ей — 26. Кэролайн была замужем за сэром Уильямом Лэмом, младшим сыном друзей Байрона, лорда и леди Мельбурн. Именно леди Мельбурн Байрон адресовал некоторые из своих самых личных и скандальных писем; она была одним из его главных доверенных лиц и сторонников.
Семья жила в Мельбурн-Хаусе на Уайтхолле и принимала у себя множество модных и оживленных собраний. Они также были кузенами леди Анны Изабеллы (Аннабеллы) Милбэнк, впоследствии ставшей женой Байрона. Кэролайн и Уильям поженились, когда ей было 17 лет, и их союз считался достаточно счастливым. Но смерть одного ребенка и проблемы со здоровьем другого, а также растущий интерес Уильяма к политической карьере привели к небольшому охлаждению между супругами.
Первая встреча Леди Лэм и Лорда Байрона состоялась на светском приёме: Кэролайн отвергла внимание молодого поэта и отказалась с ним танцевать. Впрочем, она явно заинтересовалась им, решив поиграть с потенциальным возлюбленным. Своей подруге она охарактеризовала Байрона так: «безумный, плохой и опасный». Все те качества, которых ей не хватало в собственном муже. Впоследствии эта фраза стала эпитафией на могиле поэта.
Вскоре, начитавшись его стихов, она отправила Лорду Байрону первое письмо. По сути, сейчас бы это назвали «написала в директ кумиру», потому что уж очень её текст напоминал фанатские письма:
«Вы заслуживаете быть счастливым, и вы им будете…»
Только с одним нюансом: в XIX веке невозможно было игнорировать поклонников такого высокого социального статуса, как Леди Лэм.
При этом сам поэт был разочарован знакомством: Кэролайн не походила на его представление о женской красоте. Она была высокой и очень худой, с короткими вьющимися светлыми волосами и ореховыми глазами. При этом одевалась женщина эксцентрично, и в ней не было ни капли той скромности, которая потом привлечёт его к будущей жене Анабелле Милбэнк. Впрочем, Байрон решил продолжить знакомство— как мы знаем, ему нравилось мутить с чужими женами и добиваться их. В ответном письме он написал, что уже видит её своей любовницей.
Жаркий, но быстро остывший
Роман был коротким, но страстным. Они стали любовниками и шокировали Лондон своим романом на протяжении двух месяцев. Байрон долгое время считал, что женщины действительно не способны понять мужские мысли и желания. С Кэролайн он был вынужден отказаться от этого мнения. Они вместе читали, обсуждали поэзию — и яростно спорили. Большую часть ссор вызывали его предполагаемый флирт с другими женщинами и её открытая привязанность к мужу и другим поклонникам.
Особенно Байрон ревновал, когда она танцевала с другими мужчинами. А поскольку сам поэт не мог танцевать со своей косолапой ногой, Кэролайн отсиживалась вместе с ним в бальных комнатах. Постепенно она начала сходить с ума от любви к поэту и соглашалась на всё, что он предлагал. Когда её не приглашали на приём или раут, который он посещал, она ехала в карете и ждала его на улице. Если ему нужны были деньги, она предлагала ему заложить её драгоценности.
Но такая страсть никогда не длится долго. Байрон стал жертвой собственной противоречивой личности — он любил преследовать женщин, но, добившись своего, жаждал их бросить. Как только Кэролайн капитулировала, он стал скучать и раздражаться на нее.
По предложению Байрона в мае 1812 года она решила уйти от мужа. Вероятно, поэт просто проверял её решимость, вряд ли он собирался бежать из Англии вместе с ней. Ему нужно было знать, что она любит его больше всего на свете. Его друзья, особенно благоразумный Джон Хобхауз, уже были шокированы этим открытым романом. В конце концов, Байрона уговорили покинуть Лондон.
Истеричный и безразличный
Кэролайн завалила его письмами. Байрон не отвечал, но 13 июня вернулся в Лондон. После этого началась долгая, медленная смерть их страстного романа. Он избегал её, но его по-прежнему тянуло к ней. Хобхауз, всё ещё опасавшийся возможного побега, снова уговорил его уехать, на этот раз в Хэрроу. Они должны были выехать в среду 29 июля, поскольку Кэролайн угрожала, что в этот день приедет к нему одна. Такой визит был бы губителен для них обоих. Ни одна дама не могла появиться одна в доме мужчины без последствий для своей репутации.
Как бы то ни было, Кэролайн было уже не до благоразумия. Она приехала к нему домой, на Сент-Джеймс-стрит, около полудня, как раз когда он и Хобхауз готовились к отъезду. Хобхауз записал это событие в своем дневнике:
«Среда, 29 июля. Пошел к Байрону, рассчитывая поехать в Хэрроу, на что он решился, чтобы избежать угрожающего визита одной дамы — в 12 часов, когда мы уже собирались, раздалось несколько громовых ударов в дверь, и мы увидели толпу, собравшуюся у двери и напротив нее — тут же по лестнице поднялся человек в самом странном одеянии — это оказалась дама.... Я подумал, что оставить моего друга в таком положении, когда в доме все слуги и все знали о переодетой особе, и не попытаться предотвратить катастрофу побега, который казался неизбежным, было бы неоправданно — соответственно, я остался в гостиной, в то время как леди была в спальне, снимая свою маскировку — под которой у нее было платье пажа.... Наконец ее уговорили надеть халат, чепец и туфли, принадлежавшие служанке дома, и после долгих уговоров она вышла в гостиную».
Хобхауз велел ей уйти, но Кэролайн отказалась. Не слушая уговоры, она схватила нож и попыталась порезать себе вены. Байрон удерживал её, пока она не успокоилась. Впрочем, маловероятно, что у неё были суицидальные намерения. Сам Байрон называл это театральным представлением в духе Макбета: «Леди Кэролайн исполнила сцену с кинжалом».
Конец любви
Одержимость леди Кэролайн Байроном определит большую часть ее дальнейшей жизни, а также повлияет на творчество как её, так и Байрона. Они писали стихи в стиле друг друга друг о друге и даже вставляли туда открытые послания. После неудачного визита в дом Байрона леди Кэролайн написала «Помни меня!» на форзаце одной из книг Байрона. Он ответил на это стихотворением с душком ненависти, которое можно перевести примерно так:
Помнить тебя! Помни о себе! Пока не угаснет жизни горючий поток; Раскаянье и стыд будут цепляться за тебя, И преследовать тебя, как лихорадочный сон! Помни о себе! Не сомневайся. Твой муж тоже будет думать о тебе! Ни один из нас не забудет тебя, ты лжива для него, ты изверг для меня!
После разрыва они редко встречались, старая по максимуму избегать болезненных встреч. Леди Кэролайн ещё несколько раз встрянет в неудачные любовные романы, покинет своего мужа, который, несмотря на все оскорбления, всё же приедет провести с ней последние часы жизни. Когда-то бойкая леди-сорванец умрет в тяжелейших мучениях.
Спасибо, что подписываетесь на канал и ставите лайки. Это помогает мне искать другие интересные для вас истории 🖤