Всё, баста! – Иван рубанул ребром ладони, рассекая надвое застойный опостылевший быт. – Хватит бездельничать! Шингаркин и в шестьдесят послужит России.
Крепкие руки колясочника легко справились бы с крупнокалиберным пулемётом, да вот беда, ноги пошли в отказ, выпросили отставку, дезертировали, бросив хозяина одного в поле жизни, с пенсией по инвалидности, но с крылатым воображением и щедрым сердцем.
Вдоль бровки голого предзимнего перелеска тянулся наспех вырытый неглубокий окоп. Не успевшая промерзнуть земля была скупо присыпана снежной крупкой. Бой местного значения затих. Нападавшие отошли на позиции, противник отступил на вторую линию обороны. Тишину нарушал лишь свист винтов квадрокоптера с синей изолентой на брюхе. Двигаясь тем же курсом, белокрылый ангел бесшумно скользил вдоль черной борозды окопа.
Это было первое боевое крещение бойца. Превозмогая нервную лихорадку и страх, он отчаянно старался применить скудные навыки. Вслед за сержантом, тертым калачом и суровым малым, несколько раз коротко нажал на курок автомата, но вспомнил, что не снял с предохранителя. Снял, и тут же, выпустил длинную очередь по верхушкам молодого осинника. Безумно хотелось снять каску, скинуть разгрузку с БК, бронежилет. Смыть с лица липкий пот и, проснуться дома.
Очнулся боец в полном одиночестве, раненный в лодыжку. Над окопом зловеще висела чужая «птичка». Зоркая, жадная до крови, стервятина зовущая смерть. Смерть уговаривать не пришлось. Ломая хрупкие тельца осинок, многотонная громада на гусеничном ходу устремилась к легкой добыче. Боец запаниковал. Беспомощный, с автоматом и осколочной гранатой против танка…
– Это твой час! – прозвучало уверенно и спокойно. Белый ангел распростер над ним сияющие крыла. Вспомнилось солнечное утро, далекое беззаботное детство. Отчий дом. Ласковые мамины руки. «Хочешь туда вернуться? Но, кем, трусом или героем?»
Опираясь на подставленное крыло, боец встал во весь рост, сорвал с гранаты чеку и, крепко сжимая автомат, сделал трудный шаг вперед. «Ты мой герой!» – услышал он тихий и родной голос. Мама ждала у порога.
Иван долго не открывал глаза. Голова немного кружилась от скорости и высоты, саднило плечо. Сильные пальцы бойца крепко сжали крыло. Крыло ангела – Ивана Шингаркина.
10.11.2022