Интервью с одним из лучших легионеров Зенита.
Португалец Мигель Данни — легенда Зенита. В 2008 году петербуржцы заплатили за него Динамо рекордные 30 миллионов долларов. Но эти деньги он “отбил” буквально в первом же матче: благодаря его голу в ворота Манчестер Юнайтед Зенит выиграл Суперкубок УЕФА.
Сейчас Данни завершил карьеру и живёт на небольшом португальском острове Мадейре.
Колос сгонял в гости к Данни и поговорил с ним о жизни в России.
- Ты помнишь свой первый день в России?
Данни: Мой первый день… Да. Мы прилетели из Антальи. Когда я переходил в Динамо, я прилетел сразу в Турцию на сборы. Когда прилетели в Москву сразу пошёл к Кремлю. Отель был рядом. Совершенно другая страна. Было холодно. Вокруг много патриотов. Но потом стал потихоньку понимать культуру, людей… И полюбил Россию. Я люблю Россию, я люблю русских людей. У меня много друзей там, с которыми мы постоянно общаемся. Россия стала для меня вторым домом. Это прекрасное место. Может мои сыновья когда-нибудь будут играть в России.
- Что тебя больше всего удивило в твой первый год в России?
- Наверное, всё! Культура. Знаешь, в Европе все очень дружелюбные. Менталитет другой. Все более открытые. В России, когда я только приехал, было сложно. Люди были, как бы лучше сказать: настоящие патриоты. И иностранцу непросто в таких условиях. Даже футболистам. Постоянно ловишь на себе эти взгляды: “Я лучше тебя”. Поэтому сначала мы держались в стороне. Но со временем удалось приспособиться и изменить ситуацию.
Но я приехал в Москву в 2005 году. Сейчас ситуация совершенно другая. Москва и Петербург сильно изменились. Они стали более европейскими. И сейчас для меня Петербург — лучший город для жизни. Я его люблю. И моя семья тоже. Если спросишь у них, они тебе то же самое скажут.
Но вначале было сложно. Мне было 20, моей жене 17. У нас двое маленьких детей. Было очень трудно.
- Динамо, в которое ты приехал, было португальским. Это помогло тебе адаптироваться?
- Да, я, Дерлей, Жорже Рибейро, Луиш Лорейру. И Тьягу Силва, который из Челси. Кажется, все. А уже в августе приехало больше парней из Португалии. Было сложно. Потому что вокруг все говорили на португальском. Нам не хотелось понимать русский. Плюс у нас был переводчик. В такой ситуации было сложно изучить русский менталитет, чтобы понимать русских игроков. Но мне хотелось остаться в команде, я хотел расти как профессионал, хотел приносить пользу команде. Хотел построить успешную карьеру. Так что стал умнее. Начал больше общаться с русскими. В общем, становился лучше с каждым днём.
- И из всех португальцев ты остался в России дольше всего.
- Двенадцать с половиной лет. Это слишком много! Но это было прекрасное время.
- Не жалеешь?
- А почему должен? У меня была возможность уйти после четырех лет в Зените. Меня ждали в Испании. Но я остался. Моей семьей было комфортно. Мои сыновья играли в академии. Было идеально для меня.
- Когда ты только приехал в Россию, мог представить, что проведёшь там столько времени?
- Нееет. Никогда. Когда я только переходил в Динамо, я сказал своему агенту Жорже Мендешу: почему Россия? Я ничего не знаю об этом чемпионате, я даже команд не знаю. Но со временем, когда я стал играть, когда стал всё понимать, могу сказать, что это было правильное решение. Россия открыла для меня двери. Я стал играть на высоком уровне, выступать в Лиге чемпионов. Было прекрасно.
- Ты сказал, что русские люди холодные, патриоты, не любят иностранцев…
- Я не сказал, что не любят иностранцев. Просто в свое время русские люди серьезно пострадали во время войны. Поэтому они не любят плохих парней. Они патриоты. И хотят быть лучше остальных. Но это нормально.
- Когда я говорил с Нико Ломбертсом и Маурисио, я спросил у них — Россия вас изменила? Они оба ответили одно и то же: в России мы стали более холодными.
- О чём я и говорю! Приведу пример. Допустим, мы проиграли. Я злой возвращаюсь домой. Не хочу ни с кем разговаривать. Думаю: почему мы проиграли, что не так? А у русских игроков — ноль эмоций. Окей, проиграли. Ничего страшного. Но это было в первые мои годы в России. Со временем ваши футболисты стали более эмоциональными. Взять тот же Зенит. Если проиграли важную игру, русские футболисты… окей, плакать не будут, но будут очень расстроены. А в 2005-м — ну проиграли и проиграли, выиграли и выиграли.
***
- Твой трансфер из Динамо в Зенит. Я слышал историю, что ты хотел остаться в Динамо. Но Зенит предложил столько, что президент Динамо тебе позвонил и сказал: собирай чемоданы, ты летишь в Петербург. Правда?
- Нет. Зенит предложил отступные, которые были прописаны. И от меня уже зависело, состоится переход или нет. И тогда президент Динамо Иванов позвонил мне и сказал: Данни, мы не хотим тебя продавать в Зенит. Но всё зависит только от твоего решения. Мне предложили даже больше денег, чем предлагал Зенит. Но я хотел играть в Европе, в Лиге чемпионов, выиграть чемпионат России. И Зенит в этом плане был лучше. Они играли в Европе. Мне хотелось перемен. Плюс Дик Адвокат говорил, что хочет видеть меня в команде. И у меня был стимул выигрывать трофеи. За три с половиной года в Динамо я проделал хорошую работу. Всегда отдавал себя всегда в играх. Не так давно я был в Москве и ходил на матч Динамо, кажется, с Краснодаром. Болельщики подходили ко мне и говорили приятные вещи. Они меня уважают за то, что я сделал в Динамо. Но Зенит заплатил 30 миллионов.
- Ты вообще мог представить, что в то время за тебя могут столько заплатить?
- Нет. Конечно, я всегда пытаелся стать лучше, чтобы оказаться в лучшей команде. Но я никогда не думал, что за меня могут заплатить 30 миллионов. Но это было здорово. Ведь у меня появилась возможность играть в Лиге чемпионов. Так что для меня это был шаг вперёд.
- Суперкубок. Твой первый матч. Нервничал?
Данни: Конечно. Потому что все в эти дни только и говорили, что о 30 миллионах. Что за меня переплатили. Что Газпром забрал деньги у людей и купил меня. Было сложно. Но Дик Адвокат поддержал меня, поставил в старт. Потом я забил победный гол. Игра сложилась отлично. И разговоры прекратились.
- После этого все поняли.
Данни: Да, поняли, зачем заплатили 30 миллионов.