В российском прокате идет «Первая дуэль» — французская костюмная драма о закрытом мире дуэлей, куда женщинам хода нет. Рассказываем о том, как это зрелищное кино пытается задавать важные вопросы, но, оробев, к финалу всё же не достигает желаемого.
Париж, 1887 год. Дуэли, которые являются самым крайним способом для мужчины отстоять свою поруганную репутацию, по закону находятся под запретом. Однако это не значит, что поединки не происходят практически каждый день, и, к слову, не только между мужчинами. Хотя последние стыдятся даже подумать о том, чтобы сразиться с женщиной, — засмеют.
Клеман Лаказ (Рошди Зем) — магистр оружия, непревзойденный мастер клинка, который тренирует тех, кто собирается сражаться на шпагах. Сам же он из-за своего высокого статуса не имеет права участвовать в дуэлях. Когда его пылкого племянника, который ввязался в ссору со знатным полковником куда опытнее него (его играет сам Венсан Перес), смертельно ранят в легкое, Лаказ неожиданно просит занять его место в поединке дерзкую суфражистку Мари-Роз Асти де Вальсэр (Дория Тилье). Ее честь задел один из журналистов-мизогинов, близкий друг того самого полковника. Коротко поразмыслив, героиня, весьма умелая фехтовальщица, принимает предложение Лаказа наказать виновных за них обоих.
Премьера «Первой дуэли» — или «Дела чести», как звучит оригинальное, более органичное происходящему на экране название картины, — прошла в основном конкурсе фестиваля в Карловых Варах в июле прошлого года. Актер и режиссер Венсан Перес написал сценарий к своему четвертому полному метру вместе с женой, актрисой Карин Силла. За музыку к картине отвечают Евгений и Саша Гальперины, французские композиторы российского происхождения, работавшие над проектами Андрея Звягинцева, Асгара Фархади, Люка Бессона и других постановщиков мирового уровня. А одним из главных достоинств «Первой дуэли» являются воссозданные экстерьеры эпохи и костюмы, над которыми трудилась Мадлин Фонтен, также работавшая над художественной частью в фильмах «Амели» Жан-Пьера Жёне и «Джеки» Пабло Ларраина. Перес собрал команду сильных профессионалов, чтобы вместе с ними перенестись в Париж прошлого и поговорить о том, что актуально во все времена, — человеческом достоинстве и его отсутствии.
Нужно отдать фильму должное, создатели серьезно подошли к технической стороне картины — фехтованию и его обширной истории. Сцены дуэлей и усердных тренировок перед сражениями — действительно лучшее, что есть в кадре. Однако смысловые конфликты, которые не решить на шпагах, выглядят сырыми даже на сценарном уровне. Кроме главной темы, потерянного достоинства и переобретения его перед лицом смерти, Перес с напарницей хотят поговорить о феминизме, показать сильную и смелую героиню, которая с полным правом и высоко поднятой головой встанет рядом с мужчиной. У Мари-Роз Асти есть реальный прототип. В интервью Перес признавался, что благодаря своим тщательным исследованиям темы он открыл для себя журналистку, в конце XIX века участвовавшую в дуэлях и создавшую первую женскую лигу фехтования. Но несмотря на благие намерения, женщины в этом фильме показаны исключительно как светские скандалистки, которые готовы наградить пощечиной за лишнее слово, в свободное время музицируют и веселятся на званых вечерах и, кажется, не заняты ничем другим. Глубже и интереснее режиссер характеры своих героинь не раскрывает — словно Мари-Роз нужна ему только для того, чтобы стать карающим мечом главного героя-мужчины.
Еще одна потенциально любопытная линия фильма — конечно, романтическая. Между Лаказом и Мари-Роз Асти проклевывается чувство: после того как персонажи познакомились и начали готовиться к схватке с ненавистным журналистом, они стали проводить много времени вместе. Но и тут едва начавшийся роман ничем не заканчивается — сюжет обрывается, как будто создатели резко утратили интерес к теме.
Перед финальными титрами нам глубокомысленно сообщат: «Дуэли существовали во Франции более тысячи лет и как традиция возвращения поруганной чести окончательно исчезли только после Второй мировой войны». «Первая дуэль» могла бы стать чем-то серьезным — кажется, у нее были для этого все предпосылки. Однако на деле зрителю придется довольствоваться чередой эффектных сцен сражений и не пытаться, перефразируя Наполеона, просить фильм дать больше того, что в нем есть.
Текст: Ксения Ильина
Ещё больше материалов читайте в нашем блоге.