Сколько верст отмахал по лесу Ярун, то было неведомо, но много. Остановился волкодлак лишь тогда, когда учуял смертных, работающих в поле. Крепкие мужики вручную засеивали некогда плодородную почву в надежде, что в эту весну взойдут на ней зеленые колосья пшеницы. Молодой волкодлак притаился за высокими елями и острым хищным взором глядел вдаль на небольшое поселение, расположившееся рядом с быстротечной глубокой рекой.
— Маклай, закругляться надобно. — Мужик средних лет, крепкий, будто какой богатырь, поправил красный пояс под животом, а затем смахнул со лба испарину. — В жаркий полдень сама Полудница в поля выходит хороводы водить, того и гляди заведет нас туда, откуда назад не возвращаются!
— А ты, поди, испугался, Кузей? — расхохотался Маклай, такой же огромный, что скала, селянин. Видать, главный из пяти работяг. — Негоже нам нежити бояться, когда жрать по зиме нечего будет! Али душа к Прасковье рвется? По молодой супружнице поди истосковался! — Раздался тут мужской гогот. Смешно мужикам было. Смеялись они и продолжали сеять, а Кузей почесывал затылок и глядел на своих соплеменников с некой обидой. А когда вспомнил свою красу ненаглядную, то тоже усмехнулся, хороша была молодуха, глаз не оторвать.
— И вправду истосковался, братцы, — прогудел Кузей. — Как представлю женские прелести, так и вовсе обо всем на свете забываю. — Упоминая о супружнице, Кузей не забыл и на себе показать, какими пышными достоинствами обладала его Прасковья, от этого мужики и вовсе смехом закатились. Ярун же наблюдал за ними и чуял — беда близко. — Так-то оно так, братцы, — успокоившись, продолжил Кузей. — Однако Полудница не любит, когда в самый полдень в поле работают. Если увидит нас, то не обрадуется.
— Чуток осталось, — отмахнулся Маклай. — Вот дойдем до границы с лесом, а там и домой скоро воротимся!
Хотел было Ярун выскочить к мужикам, да сказать, чтоб убирались с поля подобру-поздорову, но не успел. Сгустились над ними темные тучи. Грянул гром. Рассекла небо пополам яркая молния, а ветер поднялся такой, что закружил в воздухе прошлогодним сеном, пылью и опалыми ветками из леса. Это вышла она — Полудница — хозяйка полей, что станом лебедушку напоминала, а ликом была ужасна, будто сама смерть. Бледная, посеревшая кожа мало напоминала человеческую. На голове венок из полевых колосьев, а во впадинах-очах — навья бездна. Узкие уста искажались злобой, а острые зубы, будто наконечники копий, клацали в такт ее игривому танцу. В полдень не должно быть в поле смертных, поскольку этот час, час Полудницы.
— Эх, зря вы, мужики, Кузея не послушали, — вымолвил вслух Ярун, обернувшись смертным. Достал свое орудие из сумы и бросился на помощь.
Мужики от буйства природы окончательно ослепли. Колючая пыль больно впивалась в их лица и очи. Они сильно жмурились и пытались устоять на ногах. А Полудница ликовала. Она крутила вокруг селян свой смертельный хоровод одной рукой взмахивая по воздуху серпом, тем самым еще больше закручивая воронку из пыли и веток, а второй держала подол длинного красного сарафана, расшитого сакральными руническими знаками. Белая сорочка на рукавах свисала рваными тряпками, открывая сморщенную кожу плеч. Страшна была Полудница не только ликом, но и темной сущностью. Она явно решила позабавиться с мужиками, а заодно полакомиться свечением их душ. Пришлось Яруну снова в волчий облик оборачиваться, чтобы спасти безумцев от страшной погибели. Рванул волкодлак в самую гущу событий, да тут же встретился с самой разбушевавшейся нежитью. Бросился волхв в атаку и получил удар серпом. Больно полоснула его Полудница по хищной плоти, оставив глубокую кровоточащую рану. Взвыл волкодлак от боли, но сдаваться не собирался. В мгновенье обернулся человеком и ловко достал волшебный топорик, уворачиваясь от очередной нападки Полудницы. Стукнул три раза о землю и в его крепких руках оказалось длинное копье. Ярун взмахнул им несколько раз и нанес теперь раны самой нежити. Та завопила так, что уши заложило, а вскоре она и вовсе исчезла в кружившемся вихре.
— Я боевой волхв Ярун! Оставь этих смертных, Полудница, иначе я истреблю тебя! — угрожал волкодлак. — Как с вашим братом сражаться — научен с самого малу!
— Да ты никак угрожать мне вздумал, волкодлак? — прошипела Полудница. — А коли так не терпится спасти этих смертных, значит, придется и плоды пожинать, да узнать все их гостеприимство! Аха-ха! — Разразилась громким хохотом нежить и через миг снова исчезла, как и не было ее вовсе. Вместе с ней утихомирилась буря. Разошлись темные тучи, открывая ясное солнце. Поморгал Ярун, потер темные очи кулаками, а когда огляделся, то понял, что стоит окруженный пятью крепкими мужиками, которые на него так грозно пялились, будто не Полудница их погубить хотела, а сам волкодлак.
— Эй, вы чего, братцы, так уставились, словно я нежить какая? — ухмыльнулся Ярун, нападать на смертных ему вовсе не хотелось, ведь он только спас их никчемные жизни от прислужницы темной Нави.
— Схватить волкодлака! — громко приказал Маклай и взмахнул рукой. — Это он нас извести хотел, нежить проклятущая!
— Нет, я… — не успел Ярун и слова молвить, как получил удар ногой сзади. Повалили его на землю пятеро громил, да связали заговоренными веревками. Кляп в рот засунули и даже слушать не стали никаких оправданий. Дернулся молодой волхв и понял, что пленен. Сила его чародейская теперь потеряла свою магию, а значит, превратиться в волка теперь не получится.
— Веди его, Кузей, в поселение, — скомандовал главарь. — Пусть с ним старейшины разбираются, да допросят его хорошенько. Вдруг этот навий сын не один пришел, а с полчищем волкодлаков.
— Может, мы его того… туточки?.. — Провел Кузей большим пальцем по своему толстому горлу, мол, порешим в поле и дело с концом. — Зачем смерть в поселение тащить?
— Тебе лишь бы всех неугодных порешить! — отмахнулся Маклай. — Поведем к старейшинам, сказал! Это уже не наше дело!
— Дык как же не наше, когда вон в соседних селениях малые чада прямо из-под носа мамок исчезают? А может, их волкодлаки и жрут! — Сильно дернул за веревку Кузей и рванул на себя пленника так резко, что тот еле на ногах устоял.
— Сказано было, что кикиморы лютуют. Волкодлаки тут не при чем, — вмешался в разговор еще один из работников поля.
— Вот я и говорю, — молвил Маклай. — Старейшины мудрее нас, пусть и разбираются!
Спорить долго не стали и повели плененного волхва в поселение на суд к старожилам. Ярун сопротивляться не стал и решил следовать за мужиками, а заодно и узнать, кто детей малых похищает, да смертным жизни не дает. А еще можно было время потянуть, чтобы выждать определенного момента и сбежать.
ОТРЫВОК.
"Пустошь Забвения" Юлия Ковальчук
В процессе бесплатно, приглашаю: https://prodaman.ru/Kovalchuk-Yuliya/books/Pustosh-Zabveniya
#тёмное фэнтези
#славянское фэнтези
#сильные герои
#хороший финал, возможно с кислинкой.