Весь первый год ребенок продолжал кричать. Предсонные истерики увеличились до 2 часов. Бабушка отказывалась проводить время с внучкой на едине, потому что не могла успокоить внученьку.
Целый год мы ходили по врачам, чтобы выяснить причину аномального плача и резко возникающего возбуждения. И везде твердили одно: "Вы тревожная мама, успокойтесь и ребеночек успокоится". Так и хотелось сказать: "Спасибо, КЭП". До рождения ребенка я проходила терапию, сразу после рождения вернулась к ней, то есть я прекрасно понимала, что я никакая не тревожная мамочка, а с ребенком реально что-то не так. Настолько не так, что соседи угрожали вызвать опеку и один раз в ночи, вызвали на наш адрес скорую, пришлось экстренно отменять.
В год прошли комиссию, меня поздравили и сняли дочь с учета у невролога. Далее следовал офтальмолог. В очереди сидели больше часа, хотела уже пойти ругаться, все равно к этому врачу попадем не скоро. Тут судьба громко рассмеялась надо мной...Не пошла ругаться, там нас ждал первый диагноз дочери "гиперметропия высокой степени, амблиопия средней степени". Именно проблемы с глазами сыграли злую шутку, все странности в поведении начали списывать на то, что ребенок очень плохо видит (на грани инвалидности).
Второй год прошел под девизом "Крылатые качели летят, летят, летят". В эмоциональном плане дочь начало колбасить. И к сонным истерикам добавились качели. То ребенок хохочет и возбужденно ведет себя, то вялый и капризный. И так как это первый наш ребенок, считали это нормой. Тем временем ребенок в интеллектуальном плане развивался стремительно опережал сверстников. В год очень полюбила рисовать, могла рисовать час-полтора. Только словарный запас до 2,5 лет состоял из 10 слов. Но в 2,5 года дочь пошла в садик и резко заговорила предложениями.