Имя Анны Павловой в России и Европе ассоциируется в первую очередь с образом лебедя и не без основания: в этой танцевальной миниатюре на музыку Сен-Санса она была необыкновенно хороша. В Индии же Анну Павлову ценят совсем за другие заслуги.
Когда Павлова впервые приехала в Индию, она страстно желала увидеть храмовый классический индийский танец. Неизменный ответ, который получала балерина – храмовый танец больше в Индии не существует.
Индия произвела на Анну Павлову такое сильное впечатление, что, возвратившись в Лондон из своего первого индийского турне в 1922 году, она решила отразить индийскую тему в своем репертуаре. По ее поручению хореограф Иван Кластин создал балет «Фрески Аджанты». Однако он не имел ничего общего с индийскими танцевальными традициями.
Лондонский еженедельник «Saturday Review» писал о спектакле:
«…скучное зрелище, скопированное с чрезмерной точностью с унылого буддийского искусства Индии».
Анна Павлова решила более серьезно подойти к созданию следующего балета на индийсую тему и поручила Харкорту Алджераноффу, ведущему танцору в ее труппе, изучить книги и видеоматериалы об индийских свадебных церемониях.
Затем начались поиски композитора. Как раз в это время в Лондоне давала концерты индианка Комм-Алата Баннерджи. Она написала музыку для балета, получившего незамысловатое название «Индуистская свадьба».
Но Баннерджи внесла больший вклад, чем только написание музыки. Она порекомендовала Павловой молодого индийского студента, который в Лондоне изучал живопись в Королевском колледже искусств. Студента звали Удай Шанкар, он вырос, наблюдая за придворными танцовщицами во дворце раджи Джалавара, у которого работал его отец. Его пригласили на встречу с Анной Павловой, и эта встреча изменила жизнь молодого человека. Он бросил занятия искусством, стал соавтором хореографии и партнером Павловой в балетных постановках в индийском стиле.
Удай Шанкар (1900-1977) стал ведущей фигурой в возрождении индийского танца, основав школу в Калькутте.
В 1928 году Анна Павлова снова приехала в Индию и дала несколько выступлений в Мумбаи. На каждое ее выступление приходили доктор Джордж Арундейл и его жена Рукмини Деви (урожденная Нилаканта Шастри). Впоследствии они оказались на одном корабле, плывшем в Австралию.
Балерина распознала в молодой индианке родственную душу и попросила одну из своих прим, Клео Норди, преподавать Рукмини Деви азы балета. Позже она вспоминала:
«Было трудно найти хорошего учителя традиционного индуистского танца. У танцоров не было статуса и признания. Они были бедны, и никто особенно не поощрял их».
В конце концов ей удалось убедить знаменитого маэстро танца Минакши Сундарама Пиллаи стать ее гуру. В декабре 1935 г. Рукмини Деви дала свое первое публичное выступление на съезде Теософского общества. Ей аплодировали стоя 2000 человек.
Так возродился самый древний исторически задокументированный храмовый танец Бхаратанатьям. Его возраст более 5000 лет. Русская балерина Анна Павлова побудила Удая Шанкара и Рукмини Деви Арундейл вернуться к корням классического танца Южной Индии.