ВАЖНОСТЬ ДОКТРИНЫ И ОПЫТА СВЯТОСТИ ДЛЯ ДУХОВНЫХ ЛИДЕРОВ
Только сильный человек может вдохновить и научить других быть сильными. Мы часто удивляемся и восклицаем по поводу победы Давида над Голиафом и забываем, что Давид был наследником расы бесстрашных, непобедимых воинов и убийц великанов. Если бы мы в этом свете прочитали и запомнили историю о сильных учителях Давида, это было бы для нас весьма поучительно. Моисей вдохновил племя трусливых, бездушных трудяг и рабов поднять головы, выпрямить спины и сбросить ярмо; он повел их вперед с победными песнями и торжествующими криками, прочь от жезла фараона и его безнадежного рабства. Он зажег их национальным духом, объединил и организовал в крепкий самостоятельный народ, который мог с непреодолимой силой броситься на обнесенные стенами города и обученных воинов Ханаана.
В чем же был секрет Давида и Моисея? Откуда превосходство этих людей? Давид был всего лишь юным пастухом, когда увековечил себя в истории. В чем был его секрет? Безусловно в том, что «научен был Моисей всей мудрости Египетской» (Деяния 7:22) и, несомненно, был обучен всем гражданским, военным и научным знаниям своего времени; но он был настолько слаб сам по себе, что испугался и побежал при первых же словах сомнения и пренебрежения, которые он услышал (Исход 2:14), и провел следующие сорок лет, пася овец для другого человека в суровой пустыне Синая. В чем же тогда был его секрет? Несомненно, Давид и Моисей были людьми, созданными по более царственному образцу, чем большинство людей; но их тайна заключалась не в них самих.
Джозеф Паркер заявил, что великие жизни строятся на великих обещаниях; и это так. Эти люди настолько смирили себя, что нашли Бога. Они приблизились к Нему, и Он говорил с ними. Он дал им обетования. Он открыл им Свой путь и истину, и, доверяя Ему, веря Его обещаниям и строя свою жизнь в соответствии с Его истиной, Его учением, они смогли увидеть, как за этим последовало и все остальное. Они стали «соработниками Бога», героями веры, лидерами человечества, строителями империи, учителями народов и, в самом важном смысле, спасителями человечества.
Их тайна раскрыта; это секрет каждого по-настоящему успешного духовного лидера с тех пор и до сих пор, и нет другого пути к успеху в духовном лидерстве.
1. У них был опыт. Они знали Бога.
2. Этот опыт, это знакомство с Богом сохранялось, углублялось и расширялось в соответствии с учением, истиной и доктриной Бога.
3. Они терпеливо, но настойчиво учили других тому, чему научились сами, и возвещали, насколько они это видели, всю волю Божью.
Они были в курсе глубочайших переживаний и полнейших откровений, которые Бог когда-либо давал людям. Они были лидерами, а не отстающими. Они не были в хвосте процессии Божьих воинов и святых; они были в авангарде.
Здесь мы обнаруживаем важность учения и опыта святости через крещение Святым Духом для лидеров Армии Спасения. Мы должны познавать Бога, прославлять Его и открывать Его людям. Мы должны завершить дело Иисуса и «восполнить недостаток в плоти своей скорбей Христовых» (Колоссянам 1:24). Мы должны спасти рабов греха, создать народ, превратить его в святую нацию, вдохновить и повести его вперед, чтобы спасти мир. Как мы можем это сделать? Только находясь в авангарде духовного воинства Божьего; не только в званиях и титулах, но и в действительности; будучи радостными обладателями глубочайших переживаний, которые Бог дает, и полнейших откровений, которые Он дарует людям.
Наша брань гораздо более сложная и отчаянная, чем война между народами, ее проблемы бесконечно более масштабны, и мы должны подготовиться к ней; ничто так не важно для нашего дела, как владение доктриной и уверенное и радостное обладание пятидесятническим опытом святости через обитающего в нас Духа.
I. Учение. Каково учение Слова Божьего о святости?
1. Если мы внимательно изучим Божье слово, мы обнаружим желание Бога, чтобы Его народ был святым, а создание святого народа по образцу Иисуса является венцом всех дел Святого Духа. Он повелевает нам очищать «себя от всякой скверны плоти и духа, совершая святыню в страхе Божием» (2 Коринфянам 7:1). Павел в молитве верит, что Господь нас «исполнит и преисполнит любовью друг к другу и ко всем, какою мы исполнены к вам, чтобы утвердить сердца ваши непорочными во святыне пред Богом» (1 Фессалоникийцам 3:12-13). Бог говорит: «По примеру призвавшего вас Святого, и сами будьте святы во всех поступках. Ибо написано: «будьте святы, потому что Я свят»» (1 Петра 1:15-16). И самым искренним образом нас увещевают: «Старайтесь иметь мир со всеми и святость, без которой никто не увидит Господа» (Евреям 12:14).
2. Продолжая изучать Слово, мы обнаруживаем, что святость – это нечто большее, чем просто свобода от осуждения за проступки. Беспомощный инвалид, лежащий на своей постели и неспособный сделать что-либо дурное, может быть свободен от осуждения за действительный проступок; однако в его сердце может быть желание творить любое зло. Святость, с одной стороны — это состояние чистоты сердца; это чистота всего сердца – чистота мыслей, характера и нрава, чистота намерений, целей и желаний; это состояние свободы от всякого греха, как внутреннего, так и внешнего (Римлянам 6:18). Другая сторона святости — это состояние соединения с Богом во Христе, в котором весь человек становится храмом Божиим и исполняется плода Духа, который есть «любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание» (Галатам 5: 22-23). Это нравственное и духовное сочувствие и гармония с Богом в святости Его природы.
Однако мы не должны путать чистоту со зрелостью. Чистота есть дело сердца и обеспечивается мгновенным действием Святого Духа; зрелость во многом зависит от головы и является результатом роста знаний и опыта. С одной стороны, сердце очищается и наполняется любовью; с другой — голова постепенно исправляется и наполняется светом, а сердце расширяется и укрепляется в вере; следовательно, опыт углубляется и становится сильнее и крепче во всех отношениях. Именно по этой причине нам нужны учителя после того, как мы освящены, и с этой целью нас призывают к смирению ума.
С сердцем, полным сочувствия и любви к отцу, мой маленький сын может добровольно пойти на огород пропалывать овощи; но, будучи еще невежественным, лишенным света в голове, он вырывает нашу сладкую кукурузу вместе с травой и сорняками. Его маленькое сердечко пылает радостью и гордостью при мысли, что он «помогает папе», а между тем он делает именно то, чего я не хочу от него. Но если я мудрый и терпеливый отец, я буду доволен; ибо что такое потеря немногих стеблей кукурузы по сравнению с практикой воспитанием любви и преданности в сердце ребенка? И я похвалю его за любовь и верную цель его маленького сердца, одновременно приступая к кропотливой работе по просвещению его мыслей. Сердце его чисто по отношению к отцу, но он еще не созрел. В этом вопросе света и зрелости святые люди часто сильно расходятся, и это вызывает много недоумения и ненужной и неразумной тревоги. В четырнадцатой главе послания к Римлянам Павел обсуждает и иллюстрирует принцип, лежащий в основе различия между чистотой и зрелостью.
3. Продолжая изучать слово под откровением Духа, Которому дано вести нас ко всей истине, мы далее узнаем, что святость — это не то состояние, которое возможно достичь в момент обращения. Апостолы были обращены, они оставили все, чтобы следовать за Иисусом (Матфея 19:27-29), их имена были написаны на небесах (Луки 10:20), и все же они не были святы. Они сомневались и боялись, и снова и снова их упрекали за медлительность и маловерие. Они были фанатичны и хотели, чтобы огонь с небес пожрал тех, кто не приняли Иисуса (Луки 9:51-56); они часто спорили между собой о том, кто из них больше, и когда пришло наивысшее испытание, все они оставили Его и бежали. Не только тьма наполняла их головы, но, что гораздо хуже, повеления плоти наполняли их сердце; они принадлежали Христу, и они были Ему очень дороги, но они не были святы, они еще были нечисты сердцем.
Павел очень ясно выражает это в своем послании к Коринфянам. Он прямо говорит им, что они были всего лишь младенцами во Христе, потому что были плотскими и сварливыми (1 Коринфянам 3:1). Они были во Христе, они были обращены, но они не были святы.
Очень важно хорошо помнить истину о том, что люди могут быть по-настоящему обращены, могут быть младенцами во Христе, но при этом не быть чистыми сердцем; тогда мы более полно сможем сочувствовать им и яснее видеть, как помочь им и направить их ноги на путь святости и мира.
Те, кто считает, что мы полностью освящаемся в момент обращения, столкнутся со многим, что собьет их с толку в поведении новообращенных, и поэтому они не смогут разумно благословить и помочь маленьким детям Божьим.
4. Постоянное изучение Божьей доктрины по этому вопросу ясно откроет нам, что чистота сердца достигается после нашего обращения. Петр конкретно говорит об этом в своей речи к собору в Иерусалиме, где он рассказывает об излиянии Святого Духа на Корнилия и его домашних. После упоминания дара Святого Духа он добавляет, что Господь «не положил никакого различия между нами и ими, верою очистив сердца их» (Деяния 15:9). Среди прочего, крещение Святым Духом очищает сердце; но ученики обратились до того, как получили этот пятидесятнический опыт, поэтому мы видим, что чистота сердца, или святость — это работа, совершаемая в нас после обращения.
Опять же, мы замечаем, что Петр говорит: «верою очистив сердца их». Если верой, то не ростом, не делами, не смертью, не чистилищем после смерти. Это Божья работа. Он очищает сердце, и делает это для тех и только для тех, кто, посвятив Ему все свое имущество и силы, ищет Его с простой, молитвенной, послушной, ожидающей, непоколебимой верой через Его Сына, нашего Спасителя.
Если мы не усвоим эти истины и не удержим их твердо, мы не сможем правильно проповедовать слово истины, и вряд ли станем неукоризненными и достойными Бога делателями (2 Тимофею 2:15). Кто-то написал, что «искатель науки знает, что если он споткнется в своей гипотезе, если он позволит себе предаться предубеждениям или неоправданной склонности к любимой теории или чему-то еще, кроме абсолютной прямоты ума, вся его работа станет пустой и бессмысленной и он потерпит позорную неудачу. Чтобы добиться чего-либо в науке, он должен следовать истине с абсолютной точностью».
И разве не существует науки спасения, святости, вечной жизни, которая требует такой же абсолютной преданности Духу истины? Насколько же бесконечно важно, чтобы мы знали, что такое эта истина, чтобы мы могли понять и придерживаться этого учения.
Один мой друг, который с радостью завершил свое течение и некоторое время назад был призван в присутствие Господа, чтобы получить венец из Его рук, указывал на некоторые ошибки, которых нам следует тщательно избегать.
Большая ошибка — заменять покаяние освящением. Люди, которых Павел призывал к полному освящению, были теми, кто отвернулся от своих идолов, чтобы служить живому и истинному Богу и ждать Сына Его, ниспосланного с Небес (1 Фессалоникийцам 1:9-10; 3:10-13; 5:23) Только люди, являющиеся гражданами Его Царства, могут претендовать на Его освящающую силу. Те, у кого еще есть идолы, от которых нужно отречься, могут быть кандидатами на обращение, но никак не на крещение Святым Духом и огнем.
Также ошибка — предполагать, что в момент освящения человек может принести что-то свое. Мы не свои, но мы куплены дорогой ценой, и освящение — это удаление наших рук от Божьей собственности. Умышленно утаивать что-либо от Бога — значит быть грабителем Бога.
Ошибкой является и то, что мы даем простое умственное согласие на право Бога обладать всем, что мы имеем, но отказываемся при этом от полной преданности Ему. Это теоретическое освящение есть скала, о которую, как мы опасаемся, разобьются массы людей. Освящение, которое не подразумевает распятие себя и похороны всех ложных амбиций, не принесет святого огня. Освящение несовершенно, если оно не охватывает способность говорить (язык), способность верить (сердце), воображение и все силы ума, души и тела. Это отдача себя во всей полноте, абсолютно и навсегда в руки Иисуса и полная глухота к любому голосу противника.
Совершил ли ты такое посвящение? Оно должно охватывать все вышеперечисленное, иначе оно окажется зыбучим песком, в котором утонет ваша душа, вместо того, чтобы воспарить на воздушном шаре, который благополучно унесет вас над туманом, болезнями и суматохой мира. Тогда вы сможете спеть победный гимн:
Над грешным миром и над павшею землей
Я поднимаюсь и парю под облаками.
Внутри меня Христос, я чистый и святой,
Одежды белые на мне веками.
Ошибкой является учить ищущих «только верить», не отдаваясь полностью Богу в каждом вопросе, поскольку они не могут этого сделать, как корабль, стоящий на якоре, не может плыть. Было бы ошибкой заменять послушное доверие простым словесным согласием. «Только верь» — фатальная ловушка для всех, кто попадает в эти сети.
Ошибочно также полагать, что жертвенник освящает дар, не будучи уверенным, что абсолютно все находится на этом жертвеннике. Если даже кончик вашего языка, один цент ваших денег, капля ложных амбиций или духа диктата, или одна унция вашей репутации, воли или силы веры не будут положены на алтарь, вы не сможете верить больше, чем птица без крыльев может летать.
«Только верь» предназначено лишь для тех искателей святости, которые действительно обращены, полностью посвящены и распяты для всего, кроме воли Божией. Учителя, которые применяют это к людям, еще не достигшим этой стадии, сами нуждаются в обучении. Все, кто достиг ее, могут верить, и, если они верят, то могут посмотреть Богу в лицо и торжествующе спеть: Кровь, Кровь — это вся моя мольба, Аллилуйя, ибо она очищает меня.
II. Опыт.
Нам как лидерам недостаточно просто владеть доктриной. Мы можем быть столь же ортодоксальными, как сам апостол Павел, и все же быть лишь «медью звенящей или кимвалом звучащим», если только мы не укоренены в благословенном опыте святости. Если мы хотим спасти себя и тех, кто следует за нами, мы должны не только знать и проповедовать истину, но и быть живыми примерами спасающей и освящающей силы истины. Мы должны быть «письмом, написанным в сердцах наших, узнаваемым и читаемым всеми человеками» (2 Коринфянам 3:2); мы должны быть в состоянии сказать вместе с Павлом: «Будьте подражателями мне, как я Христу» (1 Коринфянам 11:1), и «чему вы научились, что приняли и слышали и видели во мне, то исполняйте, — и Бог мира будет с вами» (Филиппийцам 4:9).
Мы не должны забывать, что:
1. Мы сами — простые христиане, отдельные души, борющиеся за вечную жизнь и свободу; мы должны во что бы то ни стало спасти себя. Для этого мы должны быть святыми, иначе мы, наконец, испытаем ужасное горе тех, кто, проповедуя другим, сам оказался отверженным.
2. Мы — лидеры, от которых зависят массы. Быть лидером — радость и честь, но это также и серьезная ответственность. Иаков говорит: «Мы подвергнемся большему осуждению» (Иакова 3:1). Каким невыразимым будет наше блаженство и какой огромной будет наша награда, если, мудрые в учении, богатые, сильные и чистые в опыте святости, мы приведем наш народ к его полному наследию в Иисусе! Но каким страшным будет наше осуждение, какой великой будет наша потеря, если в духовной лености и неверии мы сами остановимся перед этим опытом и оставим других погибать без источников вод, без небесной пищи и божественного руководства, которые мы должны были им принести! Нам нужен этот опыт для себя, и он нужен нам для нашей работы и наших людей.
Учение для нашей системы истины является тем же, чем крыша для дома. Она завершает его. Что хорошее и крепкое здоровье для нашего тела, то опыт для нашей души. Он делает нас целостными и пригодными для выполнения любых обязанностей. Отбросьте доктрину, и опыт вскоре будет утерян. Утратьте опыт, и доктрина наверняка будет проигнорирована, либо ее подвергнут нападкам и отрицанию. Ни у одного человека не хватит сердца, даже если у него есть голова, проповедовать учение полностью, верно и постоянно, если у него нет опыта.
Духовные вещи можно распознать духовно, и поскольку эта доктрина имеет дело с глубочайшими вещами Духа, ее ясно понимают и лучше всего рекомендуют, объясняют, защищают и укрепляют только те, кто имеет опыт.
Без опыта изложение учения будет ошибочным, холодным и безжизненным, или слабым и колеблющимся, или резким, грубым и суровым. С опытом проповедь учения будет радостной и уверенной; она будет сильной и проницательной, но в то же время мягкой, деликатной и убедительной.
Я никогда не забуду шок, смешанный с удивлением, весельем и горем, с которыми я услышал, как капитан громко объявил на одном из моих собраний много лет назад, что он «собирается проповедовать святость сейчас», даже если ему придется «заталкивать ее им в глотку». Бедняга! Сам он не обладал этим опытом; он никогда не стремился к этому и вскоре оставил свой народ.
Человек, ясно переживающий благословение, никогда не подумает «таранить» им людей; но с помощью тайных молитв, постоянных размышлений и изучения, терпеливых наставлений, верных предостережений, любящего убеждения и горящего, радостного свидетельства он будет стремиться привести их к тому полному и радостному посвящению, к той полноте веры, которая никогда не перестанет давать благословение.
Повторюсь: самое точное и полное знание доктрины и самое полное владение опытом в конце концов потерпят неудачу, если мы не будем тщательно охранять себя в некоторых моментах, бодрствовать и молиться.
3. Мы должны судить о себе не столько по своим чувствам, сколько по силе воли. Бог смотрит не на мои чувства, а на цель моего сердца, на позицию моей воли, и это то, на что я должен смотреть. «Если сердце наше не осуждает нас, то мы имеем дерзновение к Богу» (1 Иоанна 3:21). Один мой друг, который твердо усвоил эту мысль и постоянно ходил с Богом, обычно свидетельствовал: «Мне так же хорошо, когда мне плохо, как и когда мне хорошо». Другой сильный муж Божий сказал, что все чувство, необходимое ему для того, чтобы довериться Богу — это сознание того, что он полностью подчинился всей известной воле Божией.
Мы не должны забывать, что дьявол является «клеветником братий наших» (Откровение 12:10) и что он стремится отвратить наши взоры от Иисуса, нашего Поручителя и Защитника, на нас самих, на наши чувства, немощи и неудачи. Если ему это удастся, то мрак наполнит нас, в нас возникнут сомнения и страхи, и мы вскоре потерпим неудачу и падем. Мы должны быть мудрыми, как змеи; мы должны строить свое гнездо в расщелине Скалы веков. Аллилуйя!
4. Мы не должны отделять поведение от характера или дела от веры. Наша жизнь должна соответствовать нашему учению. Мы должны жить так, как проповедуем. Мы не должны полагать, что вера в Иисуса освобождает нас от терпеливого, верного и кропотливого служения. Мы должны жить «всяким словом, исходящим из уст Божиих» (Матфея 4:4); то есть мы должны строить свою жизнь, поведение, разговоры согласно принципам, изложенным в Его Слове, помня Его испытующие слова: «Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Матфея 7:21).
Эту тему веры и дел очень подробно обсуждает Иаков (2:14-26). Павел очень ясно высказывается в своем учении о том, что, хотя Бог спасает нас не по делам нашим, а по милости Своей через веру, «мы — Его творение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять» (Ефесянам 2:8-10).
Вера должна «действовать любовью», эмоция должна переходить в действие, радость должна вести к работе, а любовь — к верному, самоотверженному служению, иначе они превращаются в своего рода приятное и приемлемое, но тем не менее смертоносное бесчинство.
5. Каким бы благословенным и удовлетворительным ни был наш нынешний опыт, мы не должны на нем останавливаться; мы должны помнить, что нашему Господу еще многое предстоит сказать нам, поскольку мы способны это принять. Мы должны возбудить дар Божий, который в нас, и сказать вместе с Павлом: «Забывая заднее и простираясь вперед, стремлюсь к цели, к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе» (Филиппийцам 3:13-14). Именно в этот момент многие терпят неудачу. Они ищут Господа, плачут, борются, молятся, а затем верят; вместо того, чтобы продолжать, они садятся наслаждаться благословением, а благословения нет! Дети Израиля должны были следовать за столпом облачным и огненным. Не имело значения, когда они двигались: днем или ночью они следовали за ними; и когда придет Утешитель, мы должны следовать за Ним, если хотим пребывать в Нем и исполняться всей полнотой Божией. О, радость следования за Ним!
Наконец, если у нас будет благословение — не суровая, узкая, застывшая исключительность, которая часто называет себя сладким, небесным термином святости, а энергичный, мужественный, самоотверженный, нежный пятидесятнический опыт совершенной любви — мы обретем двойное благословение: спасем себя и просветим мир; наши новообращенные будут сильными, наши кандидаты на работу будут умножаться и иметь способности смелых мужчин и женщин, и наш народ станет подобен братьям Гедеона, которые «имели вид сынов царских» (Судей 8:18).