Ну начать наверное нужно с того, что мне с детства не давал покоя портрет моего деда Емельяна. В провинциальном далеком Иркутске такого нельзя было увидеть. А еще я думала над словом "дед". Это же история. Такая далекая и такая красивая. И я этого деда никогда не видела. Он вроде был, но как воспоминание. Когда я повзрослела, я спросила, а почему. Почему мой папа не носит папаху, и у него нет кинжала? Хотя кинжал у папы был. Он его прятал в шкафу в полотенце, чтобы никто не видел, что он хранит холодное оружие. И тогда папа мне рассказал, что мой дед, кубанский казак, и всю жизнь прожил на Кубани. Это река такая. Если бы у меня тогда было побольше мозгов, я бы спросила побольше. Но нет. Поэтому я теперь знаю только то, что папа рассказал добровольно. Донской казак Емельян Черненко жил в станице Пашковской, родил троих детей, один из которых мой папа. Во время великого голода остались живы только Емельян и его сын Гриня. Но потерялись в той страшной истории. И дальше Гриня пошел своим