Канарис был, вероятно, самым трудным партнером на переговорах, с каким я когда-либо встречался. Интеллект буквально струился у него из глаз, но понять его до конца было невозможно… Ни одного «да», ни одного «нет», ни черного, ни белого — только одни нюансы. В конечном счете он ни с чем не согласился, и при этом, вероятно, добился чего хотел.
(Отто Скорценни)
Вероятно, ни о какой другой известной личности времен Второй мировой войны не говорилось и не писалось так много противоречивого и неверного, как о главе военной разведки германского вермахта адмирале Вильгельме Канарисе.
Фридрих Вильгельм Канарис родился в семье директора рурского металлургического завода. В 1905 Канарис поступает в Кильское императорское кадетское училище. В 1940 г. Адольф Гитлер произвел Канариса в адмиралы военно—морского флота.
Канарису было 48 лет, когда он возглавил разведку. Внешне, несмотря на свежесть лица, он выглядел старше, потому что его волосы были уже совершенно белыми. Вскоре среди тех, кто с ним имел дело, за Канарисом закрепились клички «Седой старец».
Отдел разведки, когда Канарис принял его под свое руководство, был довольно «мелкой лавочкой». В последующие годы он непрерывно расширялся. Канарис гордился своей разведкой. Он был глубоко к ней привязан, но также понимал ответственность, которую взял на себя, создавая этот инструмент. Пожалуй, именно чувство ответственности заставляло его оставаться на своем посту еще долгое время после того, как он не только убедился в поражении и в предстоящем уничтожении Германии, но уже и не верил больше в возможность того, что до наступления этой катастрофы Германия будет освобождена от бича гитлеровской системы.
Ян Колвин считает, что Канарис именно в силу этого стал двойным агентом. Т.е. поддерживал тайные связи с британской разведкой.
Кaнaрис и его соратники хотели предотвратить нападение на Чехословакию и убрать Гитлера. Гитлер не напал бы на страну, если бы за нее вступилась Англия. Но Англия воевать не хотела. Хотя генерал фон Клейст инкогнито летал в Англию и говорил с Черчиллем, тот не согласился.
Канарис передал через него доказательства того, что военная мощь Германии перед этим нападением невысока: «он дал оценку боевой мощи Гермaнии: нежелaние генерaлов вести войну, слaбость грaждaнской aдминистрaции, колебaние Брaухичa, зaмешaтельство и стрaх среди немецкого нaродa, неподготовленность вооруженных сил, прогрaммa перевооружения которых будет полностью осуществленa лишь к 1943 году. Англия должнa зaнять в этом вопросе твердую позицию и открыто зaявить об ответственности Гитлерa зa его действия. И тогдa можно нaдеяться, что генерaлы aрестуют фюрерa, если он будет упорствовaть в проведении своей военной политики, и положaт, тaким обрaзом, конец нaцистскому режиму».
А 7 сентября лондонскaя гaзетa «Тaймс» удивилa читaтелей своей передовицей. В ней впервые открыто говорилось, что Чехословaкия окaжется в лучшем положении, если онa пойдет нa территориaльные уступки Гитлеру. Это еще больше подхлестнуло Гитлера.
Итак, накануне захвата Чехословакии, германские офицеры были готовы арестовать Гитлера и осуществить переворот. Во главе этого заговора, стоял Канарис. Казалось, что помешать заговорщикам просто некому.
Гитлер к тому времени сделал главное - он порвал с Версальским миром, вернул под юрисдикцию Германии Саар, ввёл войска в Рейнскую демилитаризованную зону, аннексировал Австрию. У Германии вновь появились свои армия, военно-морской и военно-воздушный флоты. Она перестала кому бы то ни было платить репарации. На этом миссия Гитлера была исчерпана, германской военной аристократии он больше был не нужен. Его планы по дальнейшим захватам воспринимались дворянско-офицерской кастой как безумие, которое приведёт Германию к полному краху. Поэтому в 1938 году, они вполне были готовы от Гитлера избавиться и с этой целью вступили в сговор с англичанами.
И вдруг оказалось, что как раз англичанам - это не нужно.
Вместо того чтобы дать добро заговорщикам на их действия, англичане, совершенно неожиданно для Канариса - подарили Гитлеру Чехословакию. И даже более того - принудили эту страну капитулировать. Тем самым - дав Гитлеру зелёный свет на дальнейшие аннексии и завоевания.
Даллес (был американским разведчиком в то время) так объяснил эту ситуацию позже: «После падения Франции в 1940 году Англия в одиночестве противостояла Германии,– сказал Даллес. – Черчилль знал, что, если Германия сконцентрирует свои силы на борьбе с Англией, последняя будет разбита. Все, что ему оставалось, – это затягивать время, искать союзников и создавать второй фронт. Он хотел, чтобы его союзниками стали две страны – Соединенные Штаты и Советы. Но для Советов, которые сотрудничали тогда с Германией, было бы слишком опасно идти на риск войны с Гитлером. Вот почему Черчилль оказался перед необходимостью сделать так, чтобы Гитлер сам объявил войну Советам... Британская разведка в Берлине установила контакт с Рудольфом Гессом и с его помощью нашла выход на самого Гитлера. Гессу было сказано, что, если Германия объявит войну Советам, Англия прекратит военные действия. Гесс убедил Гитлера, что всему этому можно верить» (Красная звезда» от 26 ноября 2008 года).
Становится также понятно, почему Черчилль до июня 1944 года противился высадке англо-американских войск в Северной Франции. Боевые действия против вермахта англичане вели довольно пассивно, во всяком случае до лета 1943 года Гитлер имел шанс без особых помех с Запада нанести поражение СССР.
Адмирал Канарис совсем не был уверен в победе над СССР. Вот что пишет Вальтер Шелленберг: «Чем напряженнее становилась обстановка в ожидании войны с Россией, тем нервознее и рассеяннее становился Канарис. В разговорах со мной он беспорядочно затрагивал одну проблему за другой, перескакивал с обсуждения американского авиационного производства на политические события на Балканах, неминуемо, в конце концов, приходя к вопросу о России». В конце 1939 г. адмирал утверждал: «Войну мы уже проиграли».
В противоположность немецкому источнику, Андрей Саввин пишет: «Канарис… укреплял фюрера в мысли, что со Сталиным нельзя договориться и война с ним неизбежна. Это отвечало планам англичан переключить внимание нацистской Германии на СССР и стравить две сильнейшие континентальные державы в новой войне на взаимное истребление, так что Канарис, видимо, со скрытым удовольствием докладывал Гитлеру о намерении Кремля «перейти к военной политике наступательных действий». Связанный с англичанами адмирал в течение 1940-го – первой половины 1941 года целенаправленно внушал нацистскому лидеру мысль о военной слабости СССР».
Рудольф Пехель в книге «Немецкое Сопротивление» подчеркивает значение Канариса как противника Гитлера:
«Ввод германских войск в Рейнскую демилитаризованную зону в 1936 году и аншлюс Австрии в 1938-м убедили Канариса и его единомышленников в том, что Гитлер перешел к политике военного авантюризма, которая приведет страну к самоубийству. Своей главной целью эти люди ставят предотвращение войны Германии с западными странами, сближение с ними и совместные военные действия против Советского Союза.
Они пытались противодействовать планам фюрера различными способами – вплоть до попыток подкупить его личного астролога с целью отговорить главу Третьего рейха от военных действий на Западе якобы из-за неблагоприятного расположения звезд».
Крайне скептически Канарис и его единомышленники отнеслись к «мюнхенскому сговору» 1938 года, понимая, что это очередной удар по Версальской системе, открывающий Гитлеру путь к войне на западе. Накануне Мюнхенской конференции, на которой решалась судьба Чехословакии, Эрих Кордт направил секретное послание британскому министру иностранных дел лорду Галифаксу, где убеждал проявить твердость на переговорах с Гитлером – что, однако, не повлияло на сторонников политики «умиротворения Германии».
Члены группы Канариса в 1939 году также направили англичанам секретные сведения о гитлеровских планах в отношении Польши, требуя хотя бы в этом вопросе занять жесткую позицию, но результата не добились. В начале 1940 года Остер встречался в Берлине с военным атташе Нидерландов майором Сасом, которому передал сверхсекретную информацию о готовящемся нападении вермахта на Голландию и Бельгию, а позднее и на Францию. Оппозиционеры надеялись: эти государства предпримут необходимые контрмеры, о которых разведка доложит Гитлеру, и он откажется от похода на Запад, переключив внимание на Восток. Но и тут они просчитались, а фюрер добился очередной победы.
Однако Канарис не разделил охватившие многих триумфаторские настроения. Как раз с лета 1940 года началась разработка плана «Барбаросса», в которой шеф абвера принимал активное участие. Перед Германией опять вставала перспектива войны на два фронта, и мог повториться гибельный сценарий Первой мировой.
Выход из грядущего апокалипсиса, по мнению Канариса, был только один: союз с Англией и совместная борьба с «большевистской угрозой». Поэтому необходимо было предотвратить вступление в войну Испании, способное поставить Британию на грань поражения. Ведь если отнять у англичан Гибралтар, то на сближении с ними надо будет поставить жирный крест. Кроме того, Канарис был убежден, что в этом случае США придут на помощь англичанам и со всей своей мощью вступят в мировой конфликт…
В июле и августе 1940 года Канарис дважды посетил Мадрид и встретился с самим Франко. Вопреки полученному заданию он доказывал каудильо, как опасно для Испании вступление в мировой конфликт на стороне Германии. Понимая, что Франко опасается немецкого вторжения в страну в случае отказа от сотрудничества, Канарис сообщил ему сверхсекретную информацию о готовящем нападении Гитлера на Советский Союз.
По этой причине Германия не сможет выделить войска ни для атаки на Испанию, ни для ее защиты в случае вторжения на Пиренеи противников Гитлера. Франко потом вспоминал, «как его поразила убежденность Канариса в неизбежном проигрыше войны Германией, несмотря на небывалый победоносный марш нацистов по Европе».
И Франко принимает решение сохранить нейтралитет. 8 августа 1940 года он представляет германскому послу в Мадриде Штореру свои условия вступления в войну: передача Испании помимо Гибралтара французской Каталонии, Алжира, французского Марокко и расширение испанских колоний в Африке. Причем стать воюющей стороной каудильо соглашался лишь после высадки немецких войск на английском побережье. Эти требования, заведомо невыполнимые, означали фактический отказ Франко вступить в мировой конфликт.
Гитлер вновь направляет Канариса в Испанию с заданием заставить Франко изменить его «возмутительные условия». Но и на повторной встрече с генералиссимусом Канарис доказывает, что гитлеровские планы обречены на поражение. Вернувшись в Берлин, шеф абвера представил фюреру доклад, в котором утверждал, что Франко не вступит в войну, пока не будет покончено с Британией, «поскольку он боится ее могущества».
И тогда Гитлер решает лично встретиться с каудильо и принудить его изменить свою выжидательную политику. Встреча была назначена на 23 октября 1940 года на железнодорожной станции Эндай на франко-испанской границе. Это была первая и единственная встреча двух диктаторов.
Франко, понимая, что на него будет оказываться мощное давление, специально опоздал более чем час на встречу с фюрером, приказав сделать незапланированную остановку своего поезда. Сопровождавшим его генералам, привыкшим к педантичности каудильо, он так объяснил свой поступок: «Я должен прибегнуть ко всяким ухищрениям… Если я заставлю Гитлера ждать, он будет психологически подготовлен с самого начала».
И все это время Гитлер и Риббентроп нетерпеливо ходили по платформе. А во время переговоров Франко долго говорил о невозможности вступить в войну, ссылаясь на бедственное состояние испанской экономики, нехватку современных вооружений, моральную усталость населения после гражданской войны.
Кроме того, каудильо страшно возмутил Гитлера, выразив сомнение по поводу победы Германии в войне. Дескать, Соединенные Штаты никогда не согласятся с потерей британского контроля над Атлантикой и явно склоняются к вступлению в конфликт. Поэтому переговоры завершились лишь соглашением о сотрудничестве в области экономики.
Взбешенный фюрер вскоре после этой встречи сказал Муссолини: «Я бы предпочел выдернуть три-четыре зуба, чем еще раз пройти через это». Если бы Гитлеру было известно, что его начальник разведки адмирал Канарис был вдохновителем неисправимого поведения Франко, то Канарис поплатился бы за это жизнью немедленно, а не спустя четыре года.
Однако фюрер все же узнал о предательстве своего соратника. По основной версии, информация пришла от испанского генерала Грандеса, командира «голубой дивизии», которую Франко в 1941 году направил на советско-германский фронт. Этот генерал на одном из банкетов с немецкими офицерами, похоже, расслабившись, рассказал, что именно Канарис убедил каудильо не участвовать в войне. Присутствовавший на банкете высокопоставленный офицер СС сразу же подал рапорт Гиммлеру. Но Гиммлер по каким-то причинам не дал ему хода. Однако эта информация всплыла уже в конце войны, когда Канарис был арестован по подозрению в причастности к заговору против Гитлера 20 июля 1944 года.
Это, вероятнее всего, и стало главной причиной вынесения Канарису смертного приговора, поскольку прямых улик его участия в покушении на фюрера у гестапо не было. 9 апреля 1945 года адмирал Канарис был повешен в концлагере Флоссенбюрг в Баварии. Через две недели лагерь был освобожден американцами, через 22 дня покончил с собой Гитлер, а через месяц закончилась война.
Таким образом, с одной стороны, Канарис – нацист, люто ненавидевший СССР как оплот большевизма, а с другой – видный деятель немецкого Сопротивления, участник нескольких заговоров с целью свержения Гитлера, покровитель борцов с режимом. Но для нашей страны он, прежде всего, враг. Сначала он хотел убрать Гитлера, а потом вместе с западными союзниками продолжить войну с СССР.
Он был предан идее Великой Германии и служил ей и при кайзере, и при Веймарской республике, и при Гитлере, сначала командуя подлодками и крейсерами, затем работая над тайным перевооружением армии, а потом и руководя разведкой. Но еще до начала Второй мировой войны ему стало очевидно, что с Гитлером Великую Германию не построишь. И Канарис встал на путь заговорщика.
Канарис принадлежал к той высшей аристократической касте немцев, которая презирала выскочку-ефрейтора Гитлера. Из всех представителей этой касты он продержался дольше других: заняв пост начальника абвера в 1935 году, Канарис лишился должности только в 1944 году. Это тем более впечатляющее достижение, что большую часть указанного времени он плел заговоры против режима.