«Август — месяц зноя и безумных ливней». Отрывок из романа Габриэля Гарсиа Маркеса, опубликованного после его смерти
На прилавках книжных магазинов 6 марта появится роман Габриэля Гарсиа Маркеса «Увидимся в августе». Это последняя работа автора, изданная спустя десять лет после смерти великого колумбийца. «Увидимся в августе» рассказывает историю сорокашестилетней Анны Магдалены Бах, которая каждый год в один и тот же летний день приезжает на небольшой остров в Карибском море почтить память похороненной здесь матери. И каждый год ровно на эту ночь Анна Магдалена Бах, благонравная супруга своего мужа, заводит на острове нового любовника.
Сам Гарсиа Маркес заявлял, будучи тяжело больным, что черновик романа нужно уничтожить, потому что книга «ни на что не годится» — об этом читатель узнает из честного предисловия, написанного сыновьями писателя. С этой авторецензией спорят и они сами, и редактор романа, и литературные критики. По их мнению, это небольшая, но цельная история. Маркес написал о любви в немолодом возрасте, о всегда непростых отношениях детей и родителей и о смерти. Работа над романом шла с конца девяностых годов и до смерти автора в 2014-м. Маркес испытывал сложности с композицией текста из-за слабой памяти, однако и стиль, и фактура его текста узнаваема. Находится место и метафорам, и играм с циклическим временем.
«Увидимся в августе» вышел на русском языке одновременно с релизом книги по всему миру, в день рождения писателя 6 марта, что по нынешним временам кажется невероятным. «Фонтанка» публикует отрывок, в котором читатель знакомится с Анной Магдаленой Бах, узнаёт о ее семье и о ее собственной традиции покупать гладиолусы, чтобы оставлять их на могильной плите матери.
«Ее звали Анна Магдалена Бах, ей было сорок шесть лет от роду, и двадцать семь из них она провела в отлично налаженном браке с мужчиной, которого любила, который любил ее и был первым ее ухажером — она вышла за него девственницей, не закончив искусствоведческий факультет. Ее мать была всеми уважаемой учительницей в монтессорианской начальной школе и, несмотря на многочисленные заслуги, до последнего вздоха отказывалась от всяческого повышения. Анна Магдалена унаследовала от нее ослепительные золотистые глаза, дельное немногословие и ум, чтобы верховенствовать над перепадами собственного характера.
В ее семье были одни музыканты. Отец преподавал фортепиано и сорок лет руководил местной консерваторией. Муж, дирижер, тоже происходивший из музыкальной династии, сменил его, своего учителя, на этом посту. Образцовый сын стал первой виолончелью в Национальном симфоническом оркестре в двадцать два, и сам Мстислав Леопольдович Ростропович рукоплескал ему на частном концерте. Дочка же, которой было восемнадцать, обладала почти гениальной способностью со слуха выучиваться игре на любом инструменте, но ценила в себе этот дар лишь как предлог не ночевать дома. Она крутила веселый роман с превосходным джазовым трубачом, но собиралась, вопреки воле родителей, принять постриг в ордене Босоногих кармелиток.
Мать изъявила желание быть похороненной на острове за три года до смерти. Анна Магдалена хотела поехать на похороны, но все посчитали это неразумным, да и ей самой казалось, что она не выдержит такой скорби. Отец отвез ее на остров в первую годовщину смерти, чтобы положить беломраморную плиту, которую они давно задолжали материнской могиле. Ее напугал путь на каноэ с подвесным мотором: они плыли почти четыре часа, и море за это время не успокоилось ни на единую секунду. Ее восхитили усыпанные золотистой мукой пляжи у самого края девственной сельвы, птичий гомон и призрачный полет цапель над заводями лагуны. Ее огорчила нищета деревни, где им пришлось заночевать под открытым небом, в гамаках, подвешенных между двумя кокосовыми пальмами, хотя это было родное селение знаменитого поэта, а также языкастого сенатора, чуть не ставшего президентом. Ее поразило количество темнокожих рыбаков, лишившихся руки вследствие неудачного подрыва динамитной шашки. Но самое главное — она поняла волю матери, увидев великолепие мира с вершины кладбищенского холма. Это было единственное уединенное место на свете, где ей не было одиноко. Тогда-то Анна Магдалена решила оставить ее там, где она лежала, и каждый год привозить на могилу букет гладиолусов.
Август — месяц зноя и безумных ливней, но она воспринимала это как обязательное условие покаянного паломничества, которое должна была свершать не отлынивая и непременно в одиночестве».
Габриэль Гарсиа Маркес. Увидимся в августе. АСТ: Neoclassic, 2024. Перевод с испанского Дарьи Синицыной.