Тотальная милитаризация не решит проблем, а создаст новые

Программная статья Александра Дугина «России нужна тотальная милитаризация» выражает точку зрения не столь уж и малочисленных сторонников «перевода общества на военные рельсы». Она обрисовывает ряд мер, которые многим кажутся естественными, даже необходимыми – но каждая из них связана с тяжелыми побочными эффектами, которые могут сильно превысить предполагаемую пользу.

Александр Гельевич призывает, в частности, к перетряске элит государства: «Милитаризация требует смены элит. Элиты, сложившиеся в обществе с 1980-1990-х годов, в массе своей являются носителями духа поражения, цинизма, эгоизма, коррупции, насилия, лжи и тех качеств, которые выносят на поверхность донный мусор общества в эпоху всеобщего вырождения и развала».

Он требует милитаризации всего – культуры, быта, демографии и т. д., а также подчинения всего «новой идеологии державного патриотизма». При этом предполагается «многократно усилить бдительность спецслужб», так что «пора возрождать СМЕРШ». Людей часто привлекает образ решительной, воинственной суровости – одних разогнать, других посадить, третьих заставить работать из-под палки. Многим из-за этого нравился Евгений Пригожин, создававший именно такой образ. Но реальные проблемы так не решаются. Они так создаются.

Консервативный подход хорошо передается старым программистским анекдотом – «работает – не трогай». Как хорошо знают те же программисты, приложение очень легко поломать, пытаясь улучшить, а потом долго мучаться, пытаясь исправить результаты «улучшений».

Впрочем, в случае с приложением это нельзя назвать великой катастрофой – максимум компания разорится, люди пойдут искать работу где-то еще. В случае со страной, как показывает опыт ХХ века, радикальные перемены могут привести к непредсказуемо разрушительным последствиям.

Сейчас сдержанный подход, избранный властями страны, работает – экономика вполне справляется с санкциями, военные действия развиваются благоприятно для России, ничего похожего на внутреннюю смуту нет и не назревает. В этой ситуации устраивать масштабную перетряску государства было бы довольно странно, а широкие обвинения в адрес «элит», с которыми надо обойтись сурово, способны скорее спровоцировать смуту, чем укрепить государство. Для внутренней смуты как раз и нужен раскол элит, а создавать у людей впечатление, что они в любом случае находятся под угрозой от «возрожденного СМЕРШа», значит к такому расколу подталкивать – хотя, возможно, и непреднамеренно.

Более того, пожелания закручивания гаек все время оставляют за кадром вопрос о том, а кто, собственно, будет их закручивать. Кто именно будет производить «смену элит» и решать, кто тут «носители духа поражения, цинизма, эгоизма», а кто, наоборот, «носитель высшего нравственного начала»? Ведь у процесса масштабного перераспределения власти и собственности (а именно это и предполагает «смена элит») будут свои пострадавшие и свои выгодополучатели. Как это всегда бывало (и очень легко было наблюдать на Украине), обвинения в непатриотизме моментально становятся инструментом совершенно частных разборок за доходные места.

Повисает в воздухе и вопрос о том, кто именно формулирует ту «державно-патриотическую» идеологию, которая «должна утверждаться во всем: в культуре, в информационной политике, в воспитании, в образовании, в самом настрое элит и масс, в психологии повседневной жизни». Кто именно будет иметь власть предписывать людям, во что они должны верить?

Хорошим примером проблем, которые точно не решаются «тотальной милитаризацией», является демография. В статье предлагается «переломить катастрофический тренд на падение рождаемости с помощью экстраординарных мер». Но «тотальная и всесторонняя милитаризация» всего, от быта до культуры, совершенно несовместима с этой задачей.

Во время войны и мобилизационных мероприятий рождаемость неизбежно падает. Людям – и в бытовом, и в психологическом плане – становится не до детей. Как сказано уже очень давно, «горе же беременным и питающим сосцами в те дни», а когда людям постоянно дают понять, что именно в такие дни они и живут, их энтузиазм к делу чадородия это неизбежно подрывает.

Образ действий, которому до сих пор следовали власти – сохранять людям настолько спокойную жизнь, насколько это возможно, – себя оправдывает. На этом фоне лучше не создавать себе лишних потрясений.