Вице-спикер парламента Борис Чернышов предложил увеличить число бюджетных мест для иностранных студентов в российских вузах и больше на эти места привлекать студентов из Африки.
Это отличная новость. Дружба народов и всё такое. Но есть нюансы. В других странах тоже обучают зарубежных студентов, но всегда за деньги.
Образованием никто не разбрасывается. Это одна из основных статей доходов университетов. И приоритет при поступлении всегда отдается местным ребятам. И это вполне логично, ведь свои кадры более важны, чем чужие. Это основа кадровой безопасности любого государства.
Мы же, расточая любезное дружелюбие, готовы помогать всем и вся, иногда в ущерб своим внутренним интересам. Несомненно, что африканский специалист, выучившийся в России, будет более лояльно относиться ко всему русскому. И рассказывать своему племени о прекрасных русских, которые живут в снегу и пьют vodka не морщась. И даже показывать им фотокарточку Владимира Владимировича Путина.
Но никакое русское образование никогда не мешало иностранцам ставить во главу угла свои интересы над чужими. И это правильно. Свое чужого важнее. А благотворительность, щедрость и доброта в африканских, арабских и прочих странах воспринимается как слабость и возможность просить, а затем и требовать еще и еще.
Как только помощь ослабевает и иссякает — наши друзья оглядываются по сторонам в поиске новых любопытных предложений. И находят их. Но другие помогающие государства в этом плане более прагматичны.
Достаточно вспомнить нашего друга Монголию. Едва Россия, после распада СССР, перестала помогать — как Монголия полностью легла под Китай и весь бизнес там теперь китайский. Китайские компании за бесценок выкачивают из месторождений Монголии ценные ископаемые, природные ресурсы. Китай получает огромную прибыль от такой дружбы, а монголы продолжают жить в каменном веке. Их развивать китайцам не выгодно.
Можно также вспомнить Йемен, Ирак, Египет, Кубу, Афганистан и другие развивающиеся государства, а также страны Восточной Европы. Когда-то мы имели на них влияние, снабжали их продовольствием, материалами, оружием, строили им социальные и энергетические объекты, заводы, создавали с нуля экономику и промышленность, обучали их студентов.
И чем всё это закончилось? В лучшем случае эти государства просто поменяли друзей. В худшем — обвинили в оккупации и отрицают все доброе, что было сделано.
Что касается образования. Бюджетные места в российских вузах созданы для того, чтобы у российских детей из малоимущих семей была возможность получить высшее образование. Это их единственный социальный лифт наверх.
Дети обеспеченных родителей и так получат это образование за деньги. А бедным и малообеспеченным в плане образования помочь некому, поэтому и была создана система бюджетных мест в средних и высших образовательных заведениях для тех, кто доказал свои способность и стремление обучаться.
Бюджетные места в вузах не резиновые. Если для кого-то расширяются квоты, значит для кого-то они сужаются. Станет больше бесплатных студентов-африканцев — станет меньше бюджетников россиян.
Польза для Африки обернется ущемлением наших внутренних интересов, особенно на фоне того, что в России остро не хватает квалифицированных рук и эта проблема будет еще усугубляться. Об этом господа популисты из Думы, вероятно, не подумали. Или надеются на Мантурова с Хуснулиным, которые завезут еще неквалифицированной рабочей силы из экзотических республик. Вот только инженеров от этого больше не станет.