Культурная и всякая прочая политика
Посмотрел последнюю «Агору» Михаила Швыдкого – о музыкальном образовании и подготовке творческих кадров для музыкальных театров. И выходит, что прав я со своими «стройками века», как ни крути. И читают их культурные начальники, и отмалчиваются, будто не замечая вошкотню насекомых у них под ногами: они Дело делают, а завистники всякие им мешают.
Так получается, что «завистники» не только у них «под ногами», но и на канале «Культура» с теми же мыслями и выводами.
В прошлый понедельник я обещал продолжить перечень несостоявшихся «строек века» музейными и галерейными проблемами. Продолжаю.
***
Начнем с выставочных залов трех союзов художников – одного наследника эсэсэсэровского союза и двух отделений Творческого союза художников.
«Наследник» занимается выставочной деятельностью в помещении стекляшки, вполне подходящей под магазин для художников, но никак не под выставочный зал: из него прямой выход на улицу – морозную зимой, знойную летом и слякотную в остальные времена года. И это при наших температурных перепадах от -300 до +400. Кто рискнет собственными работами? Только от полной безнадёги.
Если в прошлые годы можно было услышать: «Да у вас и выставок-то там, кроме отчетных, практически не бывает», то перемена руководства союза дала зримые результаты: это теперь одна из самых посещаемых галерей. Однако «культурная столица России», как ее днями беспричинно обозвали, заботиться о художниках не спешит.
С отделениями Творческого союза смешно (сквозь слезы), но по-иному. Выставочный зал отделения, возглавляемого Олегом Емельяновым, приткнулся в торговом центре «Европа» – последнем в Старом городе прибежище челночников из 90-х, между куртками и носками. Но хоть так, и за это спасибо, а то другое отделение, руководимое Надеждой Нагнибедой, и вовсе без собственного зала.
Худфонд алчные руководители прежних времен продали банкирам, и остались союзники на милость заботливых «смежников». Выручают Дима Вырыпаев и «Новое пространство», но это пространство востребуемо зрителями и служителями ВСЕХ муз (у музыкантов-то не лучше, но я об этом уже писал). Выручают клубы и библиотеки, но это же не от хорошей жизни…
***
Есть художественный музей, после 12 лет стагнации воспрявший духом и дающий одну за одной выставки совсем не провинциального уровня: Тышлер, Маковские, Петров-Водкин, Поленов, но… До сих пор не открыт обещанный властями музей выдающегося живописца и театрального художника Александра Павловича Васильева, чьи работы семья в огромном количестве передала музею; нет залов Валентина Захаровича Пурыгина, наследство которого в запасниках; закрыты залы самарских художников; нет постоянных экспозиций советского искусства середины века.
Музей не может решить ни один из этих вопросов самостоятельно, без деятельной поддержки Власти, а та ищет ответы на вопросы: «Кто из подрядчиков больше прочих виноват?», «А где взять ресурсы для расселения жильцов из квартиры Павла Петровича Васильева, статского советника, инспектора Императорского судоходства Волжского и Симбирского бассейнов и начальника судоходного надзора на участке от Сызрани до Симбирска при Министерстве путей сообщения?».
И начнут сейчас дербанить музейные фонды для выставочных площадей филиала Третьяковки. К гадалке не ходи. Вместо того, чтобы мотивировать Третьяковку поделиться с ее самарским филиалом своими фондами.
***
С актуальным искусством всё стабилизировалось. Из десятка полупрофессиональных инициативщиков из «нулевых» остался самый сильный и профессиональный – «Виктория». За нее я пока спокоен, пока в ней заинтересован господин Михельсон. Но всё ли вечно под Луной?
А потом? Потом будет потом. А пока других галерей у нас нет. Кончились.
***
Про нехудожественные музеи – через неделю.
* Теофиль Готье.