Гигантопитек — одна из самых загадочных ископаемых обезьян. Немногие вымершие животные, не будучи динозавром или мамонтом, заслужили интерес широкой публики. А гигантопитек попал даже в фантастическую литературу — его упоминают Иван Ефремов в «Лезвии бритвы» и братья Стругацкие в «Хищных вещах века». И не гигантопитеком ли вдохновились авторы «Кинг-Конга»? Правда, первый фильм о гигантской обезьяне вышел ещё до открытия ископаемого «прототипа». Ни дать ни взять фильм-пророчество!
Надо сказать, что частей скелета гигантопитеков палеонтологам в руки попало немного — зубы да нижние челюсти. Зубов, правда, найдено уже много тысяч, в основном на территории Китая. А представьте, сколько ещё гигантских клыков и коренных пущено в китайских аптеках на снадобья! Именно в аптеке Гонконга приобрели зуб, по которому Густав фон Кёнигсвальд (Gustav Heinrich Ralph von Koenigswald) описал в 1935 году новый род человекообразных — Gigantopithecus. Судя по размерам зубов и челюстей — вдвое больших, чем у гориллы — принадлежали они колоссальному примату, весившему более 350 кг и возвышавшемуся над землёй, если встанет прямо, метра на три.
Велось много дискуссий по поводу происхождения гигантопитека. Немецкий антрополог Вайденрайх (Franz Weidenreich) полагал, например, что эти приматы были прямоходящими — и чуть ли не прямыми предками человека! «Гигантоидная» гипотеза Вайденрайха, впрочем, давно стала частью истории науки. Более поздние исследования показали, что огромные обезьяны, скорее, приходились роднёй современным орангутанам и вымершим сивапитекам, а вот к происхождению человека отношения не имели.
Возраст — от 2 млн до 300 тыс. лет — оставлял мало надежды на то, что в зубах гигантопитека останется хоть сколько-нибудь древней ДНК, особенно если учесть, что климат Юго-Восточной Азии не самый подходящий для сохранности органики.
ДНК не сохранилась, но, может быть, удастся наскрести что-то другое — например, остатки белка? Исследователи решили попытать счастья на зубе гигантопитека, найденном в 2009 году в китайской пещере Чуйфань (кит. трад. 翠峰洞, англ. Chuifeng Cave). Возраст зуба около 1,9 млн лет — такую древность ему определили методами урановых серий и электронного парамагнитного резонанса в сочетании с палеомагнитным.
Протеомный анализ — исследование аминокислотного состава следов белка — с успехом применили к челюсти денисовца из тибетской пещеры Байшия, возрастом 160 тыс. лет. Исследовали этим методом и гораздо более древние останки ископаемых носорогов из Дманиси (Грузия, 1,7 млн лет). Получилось в Грузии — может, получится и здесь? Проблема, правда, опять же в жарком климате: среднегодовая температура в районе Чуйфань — около 20 градусов Цельсия.
Попытка не пытка! Специалисты взяли образцы эмали и дентина зуба и применили к ним подход, специально разработанный для древней, сильно разложившейся органики. Исследование дентина ничего не дало, а в эмали обнаружились аминокислотные последовательности, совпадающие с шестью белками, характерными для зубов млекопитающих. Получение эндогенной («родной») органики из образца возрастом 2 млн лет — само по себе круто, ведь древнейшая ДНК из костей млекопитающих существенно моложе миллиона лет. Но ещё круче, если перевести древность в «тепловой возраст» — то есть по некой хитрой формуле вычислить эквивалентный возраст условного образца, существовавшего при постоянной температуре 10 градусов. С учётом жаркого климата, тепловой возраст зуба гигантопитека получился «11,8 млн лет @10oC». Это о-го-го! Древнейший кайнозойский скелетный протеом! А значит, есть надежда, что можно будет что-то добыть и из более древних образцов, собранных в высоких широтах.
В эмали зуба гигантопитека сохранилось 456 аминокислот — почти вдвое меньше, чем у дманисского носорога. Что ж, в Дманиси прохладней.
Но что нам дают полученные данные? Во-первых, очень здорово, что среди сохранившихся белков оказался амелогенин. Дело в том, что ген этого белка, участвующего в формировании зубной эмали, находится на X и Y-хромосомах, причём в двух версиях. В образце эмали специфических для амелогенина-Y аминокислот найти не удалось — а значит, зуб, вероятно, принадлежал самке.
Но главное, что полученную аминокислотную последовательность можно сравнить с составом белков зубной эмали других человекообразных. Чтобы провести сравнение, исследователи использовали геномы современных обезьян. Имея ДНК, несложно получить состав необходимых для сравнения протеинов.
Результат сопоставления гигантопитека с нынешними человекообразными сенсаций не преподнёс: древний примат занял своё привычное место рядом с орангутанами, в подсемействе понгин. Исследователи смогли двумя методами оценить время, когда жил последний общий предок гигантопитека и орангутанов — примерно 10—12 млн лет назад. Где же огромные обезьяны прятались до появления в палеонтологической летописи 2 млн лет назад? Где, наконец, хоть один череп? Палеонтологам ещё предстоит поработать.
Часть статьи посвящена деталям исследования — в частности, в составе протеома обнаружили какой-то специфический белок, редко встречающийся в зубной эмали современных обезьян. А нам, дилетантам в протеомике, ясно главное: открыта новая лазейка в прошлое, которая позволит в ближайшей перспективе пощупать загадочных тропических гоминин, до сих пор недосягаемых для методов палеогенетики. Кто следующий?
Автор — Александр Соколов, для «XX2 ВЕКа». Источники.
Вам также может быть интересно: