Как сказал один из моих терапевтических учителей, если мама и дочка - подруги, то в результате получается только дурно воспитанная подруга. Ну или дурно воспитанный друг, если ребенок - сын. И я согласна на все сто с этим утверждением.
Подмена ролей в детско-родительских отношениях - вещь дисфункциональная сама по себе. В таких отношениях небезопасно, прежде всего ребенку, но и родителю, в какой то степени тоже. Он перестает быть для ребенка авторитетом и теряет часть возможностей для здорового воспитания своего ребенка. А ведь он за него отвечает.
Ребенку нужна не подруга рядом, а родитель (мать). Дружба - это все же про равенство и взаимообмен, материнство - исключительно про давать и защищать ребенка. Ребенок же может только брать.
Пометка - мы говорим про детей до 18ти.
Так вот, родитель-друг не может по определению являться опорной фигурой для ребенка. Еще и потому, что следуя правом «дружеского взаимообмена», родитель может рассказывать ребенку про себя то, что для детских ушей и психики совсем не предназначено. И там получается много подмены понятий и процессов.
Если отец рассказывает дочери о своих сексуальных переживаниях и неудачах - для меня это не про «дружеское общение», а про сексуальную и психологическую эксплуатацию, про использование, соблазнение, инцестуозные отношения.
Если мать рассказывает дочери про своих партнеров, про свои все сложности в жизни и как ей тяжело, посвящает ее в свои «тайны», которые другие близкие люди не знают и просит еще и сохранять их от значимых для ребенка людей - это также психологическое насилие и использование. Контрейнировать, поддерживать и выдерживать должен родитель ребенка, но не наоборот.
Во-первых, потому что детская психика просто не способна это переработать, это для нее преждевременно. А то, что для психики ребенка преждевременно, то - травматично.
Во-вторых, ребенок в таких откровениях теряет опорную родительскую фигуру. И на кого ему тогда опереться? Куда разместить свои переживания? Его опоры еще не сформированы, а тут еще и родительские откровения льются рекой. Тоже травма.
И это не дружба совсем, и не воспитание, а психологическая эксплуатация взрослым ребенка.
В-третьих, непосредственно касаясь «дурно воспитанной подруги» - в таких отношениях теряются всякие границы - ролевые, детско-родительские. Ребенок вынужден адаптироваться в этом смешении и неизвестности, и процесс непосредственно воспитания, который предполагает границы, безопасность, надежность и доверие, обречен на провал. Во внешнем мире такому ребенку потом будет тревожно и небезопасно. Он будет плохо понимать - что ок, а что не ок для него.
В-четвертых, доверяя свои «тайны» ребенку, родитель таким образом как-бы дает ребенку исключительную значимость, да совсем не ту, не здоровую. Этот опыт показывает ребенку, что с ним можно поступать плохо и эксплуататорски в отношениях, не удовлетворять потребности, зато это сулит отношение «исключительности и высшей степени доверия». Уловили мысль? С этим «прекрасным» механизмом в будущих партнерских отношениях (если человек потом в принципе их будет иметь), человеку предстоит потом разбираться не один год.
Поэтому когда я слышу от человека «моя мама/папа мне были как подруга/друг», я настораживаюсь. Как правило, за этим скрывается много подавленной агрессии, неотреагированного гнева, страха, растерянности, неустойчивые личные границы, плохая оцифровка собственных потребностей человека и сложности в близких отношениях.
Такие дела.