Всем привет! Вы на канале «VOKAFILMS». Сегодня расскажу вам сюжет фильма «Дело Калини». Адвокат вынужден защищать убийцу своего близкого человека. Я защищаю убийцу Хэнса. Ты не посмеешь. Я адвокат. Ты им стал благодаря ему, моему дедушке. Да без него бы ты сейчас кебаб продавал.
Известный предприниматель Жан-Батист Майер убит в номере отеля тремя выстрелами в голову. Подозреваемый задержан тот же день. Мужчина по имени Фабрицио Коллиния спустился в холл испачканным в крови. Удивленному администратору он сказал лишь одно – президентский люкс, он мертв.
Против Коллини много улик – отпечатки пальцев на орудии убийства, пятна крови, мозговое вещество и осколки черепной кости, убитого на одежде. Государственным защитником обвиняемого становится Каспар Лайнен, получивший лицензию три месяца назад. Мужчина настолько неопытен, что надевает мантию на предъявление обвинения, чем вызывает у присутствующих смех.
Так зачем вы надели мантию?
Калини упорно молчит и не реагирует на вопросы защитника. Из-за путаницы с документами Каспар узнает имя убитого слишком поздно и приходит в ужас. Ганс Майер – человек, заменивший ему отца. Каспар всегда был желанным гостем в доме бизнесмена. Когда парень повзрослел, Майер даже оплатил его обучение в университете и подарил одну из своих коллекционных машин.
Растерянный адвокат приезжает в дом Майеров, чтобы выразить соболезнования Юхане, внучке покойного. В юности у них был роман, но после того, как ее брат и лучший друг Кэспера погиб в автокатастрофе, они отдалились друг от друга.
Убитая горем женщина искренне не понимает, за что кому-то убивать ее дедушку. Каспар признается, что назначен адвокатом по этому делу. Ее хана считает, что он не должен защищать убийцу Майера. Сторону ИСЦА представляет профессор Матингер, преподаватель права в университете Каспара. Мужчина тут же изъявляет желание увидеться с оппонентами и поздравляет его с интересным дебютом.
Оппонента нужно заранее знать в лицо, Герлайнен. Каспар говорит, что подал прошение об отказе представлять интересы Коллини, ведь Майер был ему как отец. Маттингер настаивает, что молодой адвокат не бросал первое дело, иначе следующий может пробудить в нем детские воспоминания, затем не понравится нос клиента или еще что-то.
Адвокат должен оставлять свои эмоции за порогом зала суда. Каспар прислушивается к совету и решает закончить начатое. На первом слушании криминалист сообщает, что жертвы явно застали врасплох. Майер не оказывал никакого сопротивления. Из найденного в номере письма полиция узнала, что Каллини представился предпринимателю-журналистом.
Вот почему он впустил убийцу. Администратор отеля говорит, что лицо обвиняемого, когда тут спустился в холл, было отстраненным. Он, скорее, был безразличным.
Встретившись с Калини, Каспар предупреждает, что мужчину ждет пожизненное, если тот не начнет говорить. Необходимо продумать стратегию. Возможно, удастся доказать, что проступок совершен под влиянием эмоций и смягчить вердикт, но подзащитный молчит. Нет ни прямой связи убийцы с жертвой, ни показаний обвиняемого. Дело обречено на провал.
Йоханна напоминает Каспару, как много дедушка сделал для него. Мужчина говорит, что он адвокат. Будь он врачом, обязан был бы спасти убийце жизнь. Он пытается выведать у женщины, могло ли убийство быть связано с работой Майера. Возможно, он проворачивал аферы и его шантажировали, но возмущенная Йоханна уходит, ничего не сказав.
На похоронах она произносит трогательную речь – Майер был открытым человеком и всех, кого принимал в свое сердце, окружал любовью и щедростью. Каспаро замечает среди гостей своего отца и спрашивает, что тут здесь делает. Мужчина говорит, что пришел выразить благодарность человеку, заботившемуся о его сыне, и что хотел бы вновь общаться с Каспаро. Но тот отвечает, что слишком поздно играть в семью. Мы чужие.
Во время очередной встречи Каспар предупреждает Калиния – матингер, мастер своего дела. А у них до сих пор нет никакой стратегии. Он ведь пытался помочь подзащитному, хотя тот забрал дорогого ему человека. Только у Майера было на него время. Отец ушел, а несчастная мать была вынуждена постоянно работать.
Неожиданно Калини говорит, что если отец адвоката еще жив, им обязательно нужно чаще видеться. Отцов нельзя забывать, они не бессмертны. Затем он снова замолкает. Незадолго до следующего слушания Маттингер приглашает коллегу на рыбалку и предлагает следующее. Если Каспар уговорит клиента признать вину, профессор договорится о смягчении наказания – семь лет за убийство по неосторожности.
При хорошем поведении Калини выйдет через 3-4 года. Каспар просит у Матингера больше времени, чтобы потолкнуть Калини к признанию. А вечером его навещает Йоханна, и былые чувства вспыхивают вновь. На очередном слушании показания дает эксперт по баллистике.
Майера убили из пистолета Walther P38, нетипичного для преступников и довольно редкого оружия. Шанс найти эту модель на черном рынке крайне мал. Каспар понимает, что, скорее всего, Коллини не случайно выбрал именно этот пистолет.
Но почему? Он вспоминает, как еще ребенком играл в библиотеке с внуком Майера. Мальчик показал ему спрятанный за стеллажами пистолет деда, очень похожий на тот самый Вальтер. Потом мальчишки получили от мужчины нагоняй и запрет на посещение библиотеки.
Оставшись на ночь у Йоханы, адвокат идёт туда и отодвигает книги. Пистолет на месте. Он делает фото оружия и сравнивает. Так и есть, Вальтер П-38. Не похоже на совпадение. Каспар просит перенести заседание и, несмотря на протест и обвинение, выигрывает четыре дня. Появилась новая информация о мотиве моего клиента, и я должен её уточнить.
Понимая, что за такой короткий период с большим объемом информации одному не справиться, адвокат просит отца о помощи. Мужчина рад возможности пообщаться с сыном. Пока тот работает в местных архивах, Каспар отправляется в родную деревню подзащитного – Монтекатини. Изучив архивы и поговорив с местными жителями, адвокат находит достаточной информации, чтобы выступить в суде.
Он отправляется к Юхане, чтобы все с ней обсудить. Но, приехав в дом Майеров, слышит голоса из кабинета. Женщина как раз общается с Маттингером. После его фразы «не говорите о прошлом Каспару» ради компании адвокат уходит. В тот же день профессор навещает его и советует оставить найденные козыри при себе. Ваши новые сведения, ваш козырь в рукаве, оставьте при себе.
От правды никому не будет лучше, особенно Йохане. Матингер в последний раз предлагает сделку, а также должность в крупной корпорации, но Каспар отказывается. Когда он встречает Йохану, женщина признается, что в курсе прошлого Майера, но это было давно. Каспар говорит, что как адвокат он будет защищать клиента до конца.
Женщина сердит и напоминает, что Кэспер стал адвокатом лишь благодаря Майеру и будет подлостью так поступить с ним и его семьей. На слушание Кэспер вызывают в качестве свидетеля историка Федерального архива. Женщина подтверждает, что в 43-44 годах Майер был офицером СС и служил Виталии.
Следующий свидетель – Клаузио Лукези, прибывший из Монтекатини. Он рассказывает трагическую историю семьи Калини. После войны его отца казнили за помощь немцам, хотя тот был простым переводчиком.
Он работал на Ганса Майера. В 1944 году в кафе «Трэнта» взорвалась бомба. Погибли двое немецких солдат. Явно партизанская акция. Немцы не могли оставить это без ответа. Нужно было сломить сопротивление.
Ганса дал приказ за каждого погибшего немца убить 10 мирных итальянцев. Немцы ткнули в случайный город на карте – Монтекатини – и отправились туда. Врывались в дома, вытаскивали на улицу мирно ужиновших людей. Среди них был мальчик – Фабрицио Коллини. Но Майер приказал детей не трогать.
Повернувшись к Алине, Каспар спрашивает, хочет ли тот дать показания. Мужчина кивает. Он рассказывает, что Майер спросил, где его отец, и ничего не подозревающий мальчик указал на мужчину в толпе. Его тут же схватили и поставили к другим двенадцати приговоренным. Майер заставил Алине смотреть. Прозвучали выстрелы.
Отца ранили. Тогда офицер дал одному из подчинённых свой вальтар и приказал добить. В зале суда повисает молчание. После получасового перерыва слово берёт мотингер. Он говорит, что такие методы были нормой в то время, и это не единичный случай. При определённых условиях такое совершалось в соответствии с международным правом, согласно которому акт возмездия не должен был затрагивать женщин и детей.
Был ли Жан-Баптист Майер военным преступником, должен решать только военный трибунал. Более того, он уже делал это в 68-м году. Они выдвигали обвинение вместе с сестрой. Летом 69-го года расследование прекратилось. Майера оправдали за отсутствие состава военного преступления, а следовательно, Калини убил невиновного человека.
После суда Колени говорит адвокату, что сестра взяла с него клятву – ничего не предпринимать и никогда ни с кем не говорить об этом до скончания ее дней. Она прожила с этой болью более тридцати лет и скончалась два месяца назад.
Каспар просит у подзащитного прощения. Хороший адвокат выбил бы ему три года, а он... Калини говорит, что срок его не интересует, только справедливость. Рыдая, он спрашивает, почему ему нельзя было тогда привлечь к суду? Какой закон был на его стороне? Каспар находит тот самый иск и пытается во всем разобраться. А отец помогает ему.
На следующем заседании адвокат вызывает Маттингера в качестве эксперта по истории права. Отвечая на вопросы адвоката, тот вынужденно признает, что дело против Майера было прекращено не потому, что расстрел заложников был законен, а благодаря закону Дрейера.
принятому за четыре месяца до заявления Калини. Согласно ему, действия некоторых пособников расстрелов квалифицировались как убийство по неосторожности, а не тяжкое. А срок давности по такому преступлению на момент иска уже истек. Сколько человек спас подобный закон?
Это ни при чем. Каспар не унимается. Он знает, что сам Матингер способствовал принятию этого закона, когда работал в 60-е в Минюсте. Профессор говорит, что ему, молодому, не понять этого.
Каспар стоит здесь, защищённый тем, что родился позднее и не понимает, как функционировала страна в те времена. Каспар говорит, что это закон-позор, и если у профессора не хватило мужества встать и высказаться тогда, пусть делает это хотя бы сейчас. С тем, что Коллини учинил самосуд, никто не спорит, но справедливо ли, что против Майера даже не возбудили дело? Наступает пауза.
по истечении которой Маттингер признает, что сейчас в соответствии с международным правом Майера должны были обвинить и осудить за военные преступления. Суд говорит, что вердикт будет вынесен завтра. Каспар подходит к Олени и говорит «Ну теперь всё». Лицо мужчины на секунду расслабляется, он произносит
Мертвые мстить не желают. И благодарит адвоката. На следующий день вместо вердикта судья говорит, что ночью Калини убил себя. Факт смерти подтвердил судебный медик в 2 часа 40 минут.
В связи с этим случайне закрывается. Через несколько дней к Эспору приходит конверт от бывшего подзащитного, в нем фото с надписью «Наш отец». Адвокат прилетает Виталию на похороны Калини и, прогуливаясь по городу, где Фабрицио вырос, надеется, что тот воссоединился со своей семьей в лучшем месте.
Любителям судебных драм советую смотреть фильм полностью или прочитать одноименный роман. Страшно представить, сколько боли, страха и отчаяния перенесли люди в те страшные времена. И скольким удалось уйти от правосудия. На этом всё. Спасибо за просмотр и до скорой встречи!