– От чего? – испуганно спросила я.
Мужчина приблизился и обхватил моё запястье широкой теплой ладонью, чтобы я не убежала.
– От опоздания. Даже старосте группы я не позволю нарушать дисциплину.
Что ж, произнес без нареканий. Но отчего-то мне казалось, что Рахманов всё понял. Смотрел на меня в упор, будто всё остальное, о чём он промолчал, заключалось в его взгляде.
– Разве я не в любимчиках у вас?
– А вы заслужили?
– Вероятно, нет. И в какой я категории? Непокорных вам?
Марат Ильясович прищурился.
Книга «Его упрямая студентка» Глава 32.
Предыдущая глава ↩️
Начало истории ЗДЕСЬ ✔️
– Хотя не отвечайте.
– Лилия Николаевна…
– Ой, да всё я знаю! – с толикой злости бросила и отвернула голову.
Рахманов дернул мою руку, привлекая к себе.
– Не прерывайте меня! – его укор должен был вызвать у меня раскаяние, а я ощутила странный прилив сил. – Вы в категории подающих надежды. Но каждый раз заставляете меня жалеть об этом. Дерзите, препираетесь и ведете себя несдержанно.
– Я-то несдержанно?! – с изумлением сказала.
– Вы, Лилия Николаевна. Хотите отправиться в категорию безнадёжных?
– Не хочу!
Рядом с ним меня тянуло на дикие, неправильные поступки. Так сложно удержаться, так сильно хотелось его вывести.
– Мне кажется, вы смеётесь надо мной. Даже если я в «подающих надежды», вы бы этого не сказали.
– А может, я прислушался к вам и стал добрее. Вы же хотели, чтобы я похвалил вас.
Я опустила ресницы вниз, обдумывая его слова. Зачем ему меняться? Ради чего или кого…Из-за меня? Может, он надеялся, что я передумаю и упаду в его объятия. От этой мысли пересохло в горле. Но всё это было напрасно. Я не могла стать его девушкой.
– Почему замолчали?
– Боюсь сказать что-то нелепое, – тихо пробормотала я.
Зацепившись взглядом за дорогие часы, я вдруг прокрутила свою руку, которую он держал. И теперь сама касалась его запястья. Немного скользнула по коже и, потянув руку наверх, я посмотрела на циферблат.
– Осталась минута. Вы тоже опаздываете на лекцию.
Подняв глаза, я увидела, что мужчина был ошеломлен, а затем он развернул меня и спешно приказал:
– Идемте.
Тимофей по-прежнему находился в конце коридора. Девушка уже не висла на нём, они разговаривали с другими ребятами. Я боялась пересечься взглядом с ним. Особенно при Марате Ильясовиче.
– Не заставляйте меня тащить вас.
Я набрала в грудь воздух и двинулась вперед.
Парень был отвлечён, и я запоздало решила, что всё обойдётся. Однако он повернул голову, когда мы оказались у входа в аудиторию. Я замедлилась, встречая его удивленные глаза. Тим бросил взор на исполнительного, потом на меня и двинулся навстречу. Я сделала шаг к нему.
А преподаватель легко толкнул меня в аудиторию и закрыл дверь.
– Садитесь! Живо! – он прикрикнул на всех ребят. – Мы начинаем.
Пристроившись рядом с Аней, я вытащила конспект и пенал.
– Чего он такой недовольный? – спросила подруга, лениво открывая тетрадь.
– Мне откуда знать.
– Ты ему что-то сказала? – не унималась она.
– Ничего такого.
– Вы были вместе?
– Что?! Нет! Мы просто столкнулись в коридоре! – тихо лепетала я. – В чём ты меня подозреваешь? Я же тебе всё объяснила тогда. Лучше бы следила за Ксюшей с Миланой.
– Да с ними и так всё ясно. Сегодня они устроят ему жаркий вечер.
– В каком смысле?
Марат Ильясович закончил с приготовлениями и вышел из-за стола. Одногруппники притихли, мы с Аней тоже.
– Скоро будет промежуточная аттестация. Вам нужно сдать все семинары и закончить первую главу проекта. Я надеюсь, вы уже начали работу. К зачету приготовьте доклад с презентацией. Сдавать будете в назначенный день вместе со всеми. Итак, вопросы?
– Марат Ильясович, а почему мы рассчитываем всё вручную? – произнесла студентка с дальних рядов. – Это замедляет процесс.
– Если вы научитесь понимать взаимосвязи разных факторов и правильно анализировать данные, то сможете оценивать рентабельность продукта глубже, в отличие от тех, кто не знает, как получились расчёты. Да, придётся уделить этому большое внимание. Но вы же хотите стать грамотными специалистами, верно?
– Конечно, спасибо.
Затем уточнил парень слева от нас:
– Перед аттестацией я могу отправить главу своему наставнику, Марат Ильясович?
– Ни в коем случае, – категорично ответил Рахманов. – Ваши наставники могут поделиться опытом и научить поиску решений. Однако всю работу вы ведёте самостоятельно. Проверка будет на зачёте.
– А если вы поставите «неудовлетворительно», как можно будет пересдать?
– Повторной сдачи не будет.
– То есть мы сможем доделать работу к следующей аттестации?
– Нет. Будет отчисление.
Ребята начали испуганно перешёптываться, кто-то даже еле слышно выругался, третьи жалобно вздохнули. Я сама испытала панику и потерла ладонью висок. Мы знали, что специальный курс будет тяжелым. Но оказались не готовы к одной попытке на зачёте.
После минутной растерянности студентов Марат Ильясович начал лекцию. Я с упоением слушала его властный голос, внимала умные мысли, смотрела на его крепкое тело, вновь признавая, что влюбилась до боли в сердце. Возможно, мне следовало отказаться от поцелуя. Собрать волю в кулак и встать с его колен. Заявить, что он нарушает правила «Космо», вызвать менеджера.
Ведь теперь, когда мы смотрели друг на друга, я вспоминала тот вечер и не могла быть спокойной.
Его взгляд был тягучим. Он следил, успеваю ли я записывать. В какой-то миг преподаватель опустил глаза ниже, и моя шея зачесалась. Я хотела коснуться его засосов, однако заставила себя держать руки на столе. Он ничего там не увидит, тональник хорошо скрывал его метки.
Рахманов же не догадался, что Бейби — это я?
Верно?!
Зачем он так сосредоточенно глядел? Мне было неуютно. Я кусала щеку изнутри. Изводила себя терзаниями вместо того, чтобы думать о лекции.
Когда она закончилась, я начала быстро собираться.
– Ты не останешься на консультацию? – удивленно спросила Аня.
– Блин, а она сегодня?
– Ты забыла? Сразу после пары, – ответила она, а затем прошептала на ухо: – Посмотри, как вырядились. Сейчас будет представление.
И оно, правда, началось. Ксюша с Миланой окружили Рахманова и стали задавать вопросы по проекту. Они всегда одевались красиво, следовали трендам. Но сегодня их наряды кричали о желании соблазнить преподавателя. Глубокие вырезы на блузках, слишком короткие юбки, колготки в сетку. Девушки мило улыбались, наклонялись к его столу и говорили неестественно томно.
– Мне надо в деканат, – сказала я Ане, задыхаясь от гнева.
– Ладно. Потом расскажу, как всё прошло.
– Не стоит, – бросила я и закинула рюкзак на плечо.
– До свидания, Марат Ильясович, – не удержалась я, проходя рядом.
Мечталось оборвать их беседу и испортить настроение.
– Вам не нужна консультация, Лилия Николаевна? – поинтересовался он, встречая мой взгляд.
– У меня нет проблем с проектом, – с ядом в словах заявила я.
Лгунья! У меня серьезные трудности с расчётами.
– Тогда не смею вас задерживать, – холодно произнёс он.
Я единственная покинула аудиторию. В деканате меня ждала работа по внеучебной деятельности. Нужно было составить отчеты по всем мероприятиям, в которых участвовали мои одногруппники. Благодаря этому активным ребятам начисляли повышенную стипендию.
Прошло около двух часов. Я устало размяла шею и с чувством выполненного дела отложила документы.
В деканат ворвались Ксюша с Миланой, такие весёлые и довольные.
– О, ты здесь! А мы пришли ключ занести. Рахманов наконец-то отпустил нас!
– Понятно, – «равнодушно» сказала я. – Оставьте в шкафу.
– Лиля, дорогая, – ко мне подошла Ксюша. – Ты же бросила идею подкатить к Марату, да?
К Марату?! Бесили, как они меня бесили!
Я даже в своей голове не звала его по имени. Пока он сам не приказал.
– У меня и не было такой идеи, – сквозь зубы прошипела я.
– Не дуйся, просто хотела узнать.
– А вы не боитесь, что он оставит всех без стажировки? Из-за вас, – уже без стеснения произнесла я, раз они сами завели разговор.
Они переглянулись и засмеялись.
– А вдруг ему так понравится, что он всех нас позовет в Орион тур? Ещё спасибо скажешь!
– Это весьма сомнительно, – бросила я, застёгивая пальто.
– Ты ничего о нём не знаешь, Бейби! – проворковала Милана. – Например, то, что по выходным он ходит в клуб для взрослых и снимает девочек. Так что он не моралист.
– По лицу вижу — ты удивлена, – Ксюша усмехнулась и подхватила монолог подруги: – И когда он сдастся, мы будем в выигрыше. Прости, это задевает твоё самолюбие? Но, как говорится, на отличниц у мужчин не стоит.
– Так никто не говорит! Вы обе ненормальные, что ли?! – я сорвалась на крик. – Это закончится плохо, неужели вы не понимаете?!
Девушки опять залились смехом.
– Смирись, Лиля! Ты его бесишь, а мы восхищаем.
– Он сегодня нас хвалил на консультации, – блаженно покивала Милана. – Смотрел с огоньком. Я вся потекла!
– А ещё он просил, чтобы ты дала его номер.
– Сказал, что мы должны обращаться по проекту сразу и не накапливать вопросы.
– Он согласился, что у всей группы должен быть его номер, а не только у тебя.
– Ты ведь не ревнуешь?
– Диктуй, я запишу, – Ксюша достала телефон и выжидательно вскинула глаза. – Ты оглохла?
– Ох, пойдём! – горделиво взмахнула рукой Милана. – Догоним его на парковке и нажалуемся, что Лиля заупрямилась.
– Точно! Он потом обругает тебя и больше не доверит вести дела группы, ха!
– Ариведерчи! – Милана дернула ручку и приоткрыла дверь.
Внутри всё кипело и пригорало, словно моё тело заразили вирусом. Хотелось кинуться и выдрать им волосы. Сказать, чтобы они никогда не смели подходить к моему Марату! Ярость душила. Ненависть сжирала.
Пусть подавятся! Он ничего им не даст! Ему нравилась я! Я! Он целовал меня!
Я вытащила телефон и не с первого раза разблокировала экран. Руки дрожали, на глазах скапливалась влага. Я была не в себе! Не могла подавить огонь! Найдя контакт Рахманова, я сообщила его номер.
Ещё не понимая, что сделала роковую ошибку. Таймер до моего падения был запущен. И ничто, и никто не мог его остановить.