История особняка Смирнова: Кафе "Маруся", Алла Борисовна и Реввоенсовет
Постарайтесь вспомнить «поляну» на вашем последнем ("крайнем", если угодно) семейном застолье. Пройдитесь воображаемым взглядом по тарелкам с закусками, салатиками и бутербродами. Теперь взгляните на 10 см выше - просмотрите все бутылки, их этикетки, форму, название. Сделали?
Теперь, может быть, вам что-нибудь напомнит фамилия помещика Петра Смирнова, последнего частного владельца этого дома на Тверской. В народе Смирнова- старшего ( отца Петра) назвали «водочным королем». На момент 1880 года промышленнику принадлежало 60% алкогольного рынка в стране, что вынудило государство повысить акцизный налог. Потомки Смирнова тоже выпускают питейную продукцию. Более того, вы скорее всего ее пробовали, причем на том же застолье. Но об этом чуть позже.
Вы идете по Тверскому бульвару и подходите к дому 18. Лаймово-зеленый, с мягкими линиями арок и оконных рам, он такой большой, но не влезает на одну фотографию, даже широкоугольного формата. Построено по-барски, с размахом, но, как бывает в подобных случаях нечасто, и со вкусом тоже.
Первое упоминание постройки на этом месте датируется 1759 годом. Тогда Тверской бульвар носил говорящее (и гордое) прозвище «зеленого клуба Москвы». Почтенная публика приходила сюда совершить променад, чтобы «и других посмотреть, и себя показать». Конечно, как и в любом клубе, на бульваре был предусмотрен фейсконтроль - вход только в опрятной и чистой одежде. В качестве вышибал были сотрудники своеобразной «полиции нравов», которые в любой момент могли объявить немилосердный модный приговор.
Ротмистр конной гвардии Василий Истленьтьев построил свой дом в очень «клевом» месте. Неудивительно, что спустя более чем два столетия на особняк обратил внимание «водочный король». Конечно, в прежнем виде все оставлять было нельзя, нужно было сделать «евроремонт», чтобы все знали, все видели и все понимали, с кем имеют дело. Отделкой и перестройкой занялся Федор Шехтель - один из лучших архитекторов России. Его циркулю и кульману принадлежит проект Ярославского вокзала, особняк Рябушинского, здание МХТ, даже одна из конкурсных работ для Мавзолея Ленина ( в итоге проект отдали Щусеву). В общем, Смирнов пригласил лучшего из лучших. И вот что из этого вышло.
А вышло из этого то, что еще недавно в одном из самых ярких памятников архитектуры модерна располагался ресторан с игривым названием «Маруся». Следы этого монумента гламурных лужковских двухтысячных можно буквально увидеть на полу. В это интригующее покрытие, напоминающее то ли чешуйки, то ли камушки, то ли пивные крышечки, можно вляпаться прямо на входе. Пару десятков лет назад здесь было совсем весело: диско-шар, встроенные разноцветные светодиоды, поющая Алла Борисовна. В общем, были времена. Да прошли.
Вот и славно.
В 2006 году славное наследие «Маруси» разобрали. Решили разобраться и с остальными комнатами особняка. Практически все элементы декора и мебели, которые мы видим здесь сегодня - новодел. Но это лучше, чем ничего. И лучше, чем что-то, если оно называется «Маруся».
Начнем с кабинета. Все-таки Смирнов человек серьезный, деловой. Комната выполнена в стиле псевдоготики. Потолок украшает «скелет» дубовых перекрытий, цвет стен - сложный зеленый, самый модный в то время. Из предметов мебели - коричневые кожаные кресла. Честно, мне они все равно немного напомнили кабинет бизнесмена 2000х ( видимо, «Маруся» не отпускает»).
За кабинетом - будуар. Здесь интерьер менее брутальный, но не менее впечатляющий. Вообще каждая комната особняка оформлена по-разному. Это типично для городских купеческих усадеб, которые строились по большей части для того, чтобы «запугать» конкурентов. О богатстве и достатке должна была говорить ( даже кричать) каждая деталь. Примерно это и ощущаешь, находясь в малой гостиной. На тебя авторитетом давит декоративный камин из розового мрамора, твое достоинство ущемляют дорогие тканевые обои, потолочные лепнины и экзотические растения в кадках. В общем, эффект достигнут.
Но самое пугающее начинается дальше - в Романской гостиной. Тут психологическое давление оказывает каждый завиток мебели, каждый кусочек паркета и стеклышко витража. Здесь стоишь и не можешь решиться: хочешь ли ты любоваться этим великолепием вечно или ждешь, чтобы эта люстра сорвалась с цепей на пятиметровом потолке и ты вместе с ней провалилась прямо под землю, подальше отсюда.
Кстати, двери в комнате декорированы под настенные панели. Если их закрыть, кажется что комната вообще не имеет выходов, что не может не настораживать. На «запугивание» работают и сюжеты барельефов. Под потолком лепнина с лицами кающихся грешников, на гипсовом портале камина видим жестокую сцену убийства, над дверью - панно с чудовищным змеем и нападающим на него псом.
Этот сюжет - оберег дома. Змей символизирует зависть, а пес - хранителя дома Смирновых. Что ж, принимая во внимание интерьер парадной залы, эта деталь не лишней не кажется.
Как ни странно, гений этого места был верно понят советскими властями. В 1930е годы в этой самой комнате проходили заседания «троек» Реввоенсовета ( то есть судебные заседания без адвоката осужденного). Часто случалось так, что барельефы и витражи этой комнаты были последним, что видел политзаключенный.
Окончательно качели психики можно расшатать, если из мрачной гостиной попасть в уютный «Розовый зал», выдержанный в нежных тонах. Потолок украшает лепнина в виде завитков и сидящих на них «декадентских дам». Здесь Шехтель впервые использовал точечное встроенное освещение. Этот элемент интерьера многие считают атрибутом «евроремонта» 2000х, однако впервые он был использован гораздо раньше. Одно ясно точно - в «Марусе» такие светильники были.
Следующий зал - классический. Лейтмотив здесь - морская тематика. В интерьере преобладают зеленые и лазурные тона, потолок украшают изображение нереид и морских коньков. Интересна деталь - золотая подложка, которая при приглушенном освещении поблескивает благородным состаренным металлом. В этой комнате гости тоже щекотали себе нервы. Здесь располагались столики для карточных игр. Говорят, была даже рулетка.
Заключительная комната - бальный зал. Для тех, кому не повезло в картах, но повезет в любви. Наши эмоциональные качели окончательно описывают солнышко. Стены комнаты украшают псевдо-египетские росписи с сюжетами из «Книги Мертвых». Перспективный купол на потолке оформлен все в той же технике, пространство комнаты расширяют зеркальные вставки. В общем, голова здесь могла закружиться не только из-за вальса.
Перед тем, как покинуть особняк, давайте присядем на дорожку и устроимся на одном из белоснежных стульев в бальном зале. Вернитесь в своем воображении к тому застолью, что вы вспоминали в начале. Вы просидели за столом уже два часа, ваш дядя рассказал все армейские истории, гости уже успели перемыть ( и переполоскать) косточки всем коллегам из бухгалтерии двоюродной тети по маминой линии. Все это время на заднем фоне создавал необходимый уровень белого шума телевизор: «Пятерочка выручает…»; «Самый надежный банк…»; «Пейте без остановки…»
Стоп! Вот здесь остановились и посмотрели на стол. Возможно, рядом со «Смирновым» там стоит «Байкал» или «Тархун» от Черноголовки. Вот она - продукция потомков «водочного короля», над которой они трудятся сегодня. А другой небезызвестный бренд крепких напитков им больше не принадлежит. А все из-за ошибки и малодушия одного из членов семьи.
После того, как в конце 19 века в стране повысили акцизный налог, дело Смирновых начало приходить в упадок. Затем наступил 1914 год - Первая мировая, в стране сухой закон. Фабрики переходят на производство соков и уксуса, владельцы вкладываются в недвижимость и строят доходные дома, чтобы получать ренту и сводить дебет с кредитом.
1917 год - приватизация. Часть семейства Смирновых переезжает за границу, продав имущество. Отец семейства Петр умирает, завещав не передавать семейное дело, пока под договором не подпишутся все 5 братьев. Но в семье не без бизнесмена. Один из Смирновых решает открыть собственное дело во Франции, продукция популярностью не пользуется и он передает франшизу одному британскому коммерсанту. Так и появляется бренд Smirnoff, который сегодня продаётся по всему миру. В 90е потомки «короля» пытались оспорить право на использование имени на основании завещания, но, как вы понимаете, все, что им осталось это - «Пейте без остановки…»
#Москва #Особняксмирнова #Тверкойбульвар #ИдуШагаю