Гробницу собирались запечатать на закате. У меня была ночь, слишком короткая, чтобы расслабиться. Скрыться из спальни, пробежать по ночному городу, кутаясь в плащ, добраться до дома Анубиса.
Я готовилась подкупить стражника, но он крепко спал — вместо того, чтобы прислушиваться к темноте. Мне удалось проскользнуть внутрь незамеченной. Прямо к телу господина. С детства меня знакомили с искусством врачевания: тайны которого передаются от матерей к дочерям. Мама рассказывала, как лечить раны с помощью мёда, а головную боль — снадобьем из костей рыбы-кошки. Учила прислушиваться к биению сердца, чувствуя каждую погрешность в ритме. И смешивать молоко, пиво и сок граната, чтобы их исцелить. Из четверых сестёр я была лучшей ученицей. Мои лекарства снимают жар, избавляют от кашля, лечат боли в животе... Кто же знал, чем это обернётся. Тело лежит на столе, обмотанное льняными повязками. Ноздри щекочет запах масла. Всё имущество, которое пригодится господину в загробном мире, тоже в этой комнате. Миниатюрная мебель: кровати, кресла, опахала из птичьих перьев. Роскошная золотая посуда. И дюжина ушебти. Только знатные люди могут взять с собой столько слуг. Бедняки отправляются в путь в одиночестве; если у тебя есть средства и положение — получаешь хотя бы одну фигурку. Не придётся в загробной жизни заниматься тяжёлой работой: слуга-ушебти сделает всё за тебя. У фараонов целые свиты из таких; я слышала про комнаты в пирамидах, заполненные фигурками. Господин берёт с собой двенадцать. Может себе позволить. Когда-то я согласилась оставить других пациентов и лечить только его семью, соблазнившись богатством. Пришло время платить. Осматриваю ушебти. Несколько слуг с лицами, обозначенными парой штрихов — для простой работы. Пивовар, чтобы готовить любимые напитки господина. Наложницы. Писец, садовник и портниха. А ещё фигурка в белом одеянии с травами в руках. Это я. Годами я снимала его головные боли. Помогала, когда колени ныли при каждой смене погоды. Готовила снадобья, если господин позволял себе слишком много вина на пиру. Конечно, он захотел, чтобы я продолжила делать это всё и в загробном мире. Продолжила служить. Я не давала согласия на то, чтобы быть рядом вечно. Поэтому я бежала сюда ночью через весь город. Поэтому я беру свою фигурку и прячу её в складках одежды. Следующая жизнь будет принадлежать только мне. Разворачиваюсь к двери и вздрагиваю. Тёмная фигура замерла около стола. Различив голову с острыми ушами шакала и посох — быстро кланяюсь. Я боюсь гнева Анубиса. Боюсь, что нарушила обряд. Но он отступает в сторону, не сказав ни слова. Мне бы броситься домой, по пути выбросив фигурку в реку. Но — не могу не спросить. — Вы меня отпускаете? Глухой голос будто раздаётся не из уст шакала, а прямо в моей голове: — Мы всё равно встретимся однажды. 54/366.
Одна из историй, которые я пишу каждый день - для творческой практики и создания контента.
Соцсети с моими текстами - если вам интересно~.