И таким образом, изгнанные со Священной Терры и ушедшие навеки в подземный мир Сыны Хоруса, предательский XVI, стали Чёрным Легионом. Стыдом и тенью перекованные. В чёрном и золотом возрождённые.
ПИСАНИЕ СКРАЙЕРА ДИАНТОНА
Чёрный Легион, ранее носивший имя Лунные Волки, а затем Сыны Хоруса это шестнадцатый из двадцати первоначальных легионов космодесанта. Были в числе легионов, перешедших на сторону Хаоса во время Ереси Хоруса.
Боевая доктрина крайне агрессивных Сынов Хоруса заключалась в использовании превосходящих сил, направленных туда, где противник был слабее всего. Эти сокрушительные удары применялись для полного истребления командного состава врага, важных структур стратегического назначения и разрушения гордости противника, часто одной точной и беспощадной атакой изменяя ход целого конфликта. Сыны Хоруса очень действенно использовали эту безжалостную доктрину и, как и волки, в честь которых они когда-то назывались, стремительно били по уязвимым местам, окружая и безжалостно разрывая немногочисленных или незащищенных врагов прежде, чем те успевали отойти от шока внезапного нападения.
Спустя некоторое время после поражения в Ереси Хоруса, отныне стыдившиеся своего имени, они были переименованы в «Чёрный Легион» своим новым командиром – первым капитаном Эзекилем Абаддоном, теперь известным как Абаддон «Разоритель». С тех пор Чёрный Легион выступает множеством разрозненных небольших банд и группировок по всей Галактике, объединяясь лишь по зову Абаддона для участия в Чёрном крестовом походе.
История.
Черный легион…Сыны Хоруса….Лунные волки — легион, с которого началась ересь, первый в предательстве и бесчестье. Его название звучит как проклятье на разделенных огромными расстояниями и истерзанных войной владениях человечества. Из-за совершённых ими преступлений легко позабыть, что в прошлом они были совсем иными, и некогда вместе со своим вероломным повелителем почитались превыше всех остальных воинов Астартес, и радовали взор Императора. Рожденные на Терре как XVI легион, они обретут величие после штурма луны и порабощения култов спутника Терры. Их назовут Лунными Волками, но они падут в бездну, словно ангелы из древнего мифа, названные в честь своего великого примарха. До тех мрачных дней они сражались вместе с Императором на Терре и на ранних этапах Великого крестового похода. Они были исполнены решимости и отваги, их действия служили примером тому, что значит быть воином Легионес Астартес: Жестокие, беспощадные, непоколебимые, но благородные и беззаветно преданные, их история повествует об устремлениях самого Империума и изъянах, которые в конечном итоге разрушили мечты о единстве и славе.
Начнём сначала….
В великие времена, когда Император объединил Теру и указывал путь к звездам он создал двадцать легионов несокрушимых воинов. Одним из них был XVI что стал известен под названием Лунные Волки.
В то время еще не существовало громадных армий, состоящих из сотен тысяч легионеров, которые отправятся на покорение Галактики, но они были наследниками знаменитых Громовых Воинов, сражавшихся до них. Они представляли боевую силу, которой история ещё не знала. Чтобы отвечать всё более растущим запросам новых завоеваний, численность XVI легиона значительно возрастет, но во время формирования он состоял не более чем из 1 000 человек. Из многочисленных летописей, что дошли до наших дней, мы знаем, что легион, несмотря на нумерацию, был одним из первых активных подразделений Астартес и обрёл множество боевых наград в ходе позднейших Объединительных войн.
Как и большинство остальных Легионов Астартес, изначально XVI легион набирал рекрутов среди населения Терры. Многие из первых кандидатов в XVI легион были родом из охотничьих кланов Ютигранской низины и Самсатианских субпластинчатых трущоб. Постоянные стычки и суровые условия жизни в пустынном краю сделали из местных жителей безжалостных и независимых людей. Прозорливый Император понимал, какие качества следовало привить конкретному легиону, и поэтому специально имплантировал этим рекрутам генетическое семя XVI легиона, и вскоре они проявили свой уникальный характер.
Первая операция шестнадцатого было умиротворение Луны. Под влиянием генетического наследия они показали ужас своей непревзойденной тактики – быстрого и точечного удара. После первых побед его атаки столь же часто упреждали конфликты, как и являлись их неотъемлемой частью, силы легиона наносили либо первый смертельный выпад, либо же находились в резерве для последнего удара. Первое умиротворение Луны стало, наверное, наиболее знаменитой из ранних побед легиона, но разгром Кориолисских анклавов и Огненная Зима оставили на коллективном сознании Терры раны, которые не зажили до сих пор, а на Капридианских низинах торговцы и мошенники называли XVI, порядковый номер легиона, «волчьей цифрой».
Говорили, XVI легион использовали, чтобы начинать и заканчивать войны, о которых враги ещё даже не подозревали. Они приходили ночью или с рассветом, в отсеках «Громовых Птиц» и «Штормовых Орлов», в сопровождении эскадрилий «Молниевых Воронов». Те, кто наблюдал за их атаками, рассказывали, что легион сражался с противником зрительно, пока не стихал грохот ракет и снарядов.
Образ воинов, полностью соответствовал их репутации: гордые, редко проявляющие веселье или сочувствие, они не страдали мистицизмом, а их воинская элита даже не имела собственных ритуалов, чем разительно отличались от войск обычных людей, которые сражались вместе с ними. В каждом их действии чувствовалась агрессия, но, благодаря огромному самообладанию, они сохраняли выдержку. Воинственность и своенравность воинов XVI легиона были вынужденной необходимостью в те опасные времена.
Если какое-то событие может самым лучшим образом раскрыть природу XVI легиона, то это объединение Сомона: скопления суборбитальных княжеств, которые упорно противились дипломатическим инициативам Императора и отказывались становиться частью растущего терранского единства. Основное сопротивление оказывала Сомон-Прайм, орбитальная станция, которая серебряной иглой пронзала южное небо. Когда панарх Сомона принял очередную делегацию, отправленную на станцию, вся сила его желчного гнева обрушилась на Леркона Хурна, капитана 3-й роты XVI легиона. Во время тирады, которая продлилась более часа, демагог перечислил все грехи создания существ вроде Астартес. Хурн согласился безоружным сопровождать делегацию только после длительных уговоров. Ему не хотелось находиться там, и он уже устал от официоза и гнева панарха. Когда тот понял, что слова не возымели нужного эффекта, в сердцах он плюнул на доспехи Хурна и ударил его скипетром. Ответа всё не было. Лишь когда панарх едва не рухнул от усталости, Хурн, наконец, ответил как настоящий Лунный волк: он голыми руками расправился сначала с телохранителями правителя, а затем оторвал голову самому панарху. Увидев, на что способен один безоружный воин, остальные правители Сомона прислушались к воззванию и сдались.
Со временем упоминание о том, что Император отправляет Лунных Волков раздавить упрямых или потенциальных врагов, глубоко укоренилось в сознании новорожденного Империума, апокрифическим источником чему послужило умиротворение Луны. Легион с радостью принял новое прозвище. Среди его воинов волчья голова стала распространенным символом, обозначавшим по-своему некую абстрактную связь — в основном все волки на Терре превратились в источник генетического материала для создания зверей-биооружия и служили синонимом контролируемой жестокости. Всё чаще полевые командиры и офицеры легиона носили поверх доспехов шкуры этих генетическим образом усиленных хищников. Пусть XVI легион будет не единственным, кто носил подобное название и имел схожую символику, но совершенно точно был первым.
Превращение Легионес Астартес из первоначальной элиты вооруженных сил в Лунных Волков, которые одержали долгожданную победу в Объединительных войнах Терры, началось с поступления первых инициатов с Хтонии – мира, ассоциирующегося с примархом, с которым они, наконец, воссоединились. Это возымело глубокий эффект в первую очередь на характер легиона, и впоследствии приведет к изменениям, которые в грядущие годы коренным образом изменят его облик.
Ад из легенд – Хтония….
Хтония была миром неподатливого камня, испещрённого туннелями и с выдолбленными внутри городами, который вращался вокруг умирающей, агрессивной синей звезды в безжизненной системе. Колонизированная в далёком прошлом, Хтония была необычайно богатой планетой, ресурсы которой последовательно разрабатывали на протяжении тысячелетий, в результате чего она превратилась в опустошённую скорлупу. Из её шахт в огромных объёмах добывали адамантиевую руду, драгоценные камни и кристаллическую пыль, которые служили топливом для давно миновавшей Тёмной Эры Технологий. В погоне за ресурсами человечество зарывалось всё глубже и глубже в земную толщу Хтонии и покрывало её поверхность громадными перерабатывающими ульями, которые со временем проседали и обрушивались в бездонные пещеры под ними. Шахты становились всё глубже, пока не стали напоминать мифический ад: раскалённый воздух…запах серы… лица рабочих озарялись накалёнными докрасна скалами, среди которых они работали. Смерть на Хтонии находила свою жертву во множестве обличий: прорыв магмы в шахту, поглощающее улей землетрясение, карман ядовитого газа, который проник в тоннель. На планете можно было погибнуть без особого труда даже в дни ее расцвета, в ульях Хтонии суетилось громадное количество людей, проживавших свои короткие жизни в жаре шахт или запыленных уголках перерабатывающих заводов.
Люди пожирали сердце Хтонии до тех пор, пока от него не осталась лишь пустая скорлупа. Тогда,еще до прихода долгой Ночи, Хтония стала заброшенным миром, оставленный во власти насилия, и ещё до великого падения планета погрузилась в беспросветный мрак.
В историях тех немногих, кто посещал Хтонию с Марса и Терры во время Эры Раздора, рассказывалось о целых шахтерских экспедициях, пропавших за один цикл. Иногда всё, что после них оставалось, была отметка на стене туннеля или единственный труп, глаза которого были закрыты зеркальными монетками. Но по большей части они не оставляли после себя ничего, кроме засохшей крови и испуганных перешёптываний. Известно было только то, что в адской жаре заброшенных шахт и спутавшихся корней ульев, словно паразиты в навозной куче, копошились банды головорезов, у которых не было иных законов, кроме закона клинка, и ни одного стремления, кроме как выжить любой ценой. Некоторые банды действовали в пределах района, и их лидеры почти не отличались от варварских королей. С помощью служивших им огромных армий они захватывали входы в туннели, взимали дань с других группировок и создавали собственные анклавы в непроглядной духоте покинутых туннельных сетей. Иные же банды считали кровь и власть урожаем, который следовало пожинать посредством насилия и убийств, чтобы выживать дальше. Не ограниченные никакими территориями и живущие одними только грабежами, эти банды проводили рейды, убивали и жгли. Если они не нуждались в еде, боеприпасах или снаряжении, то совершали налёты просто ради того, чтобы их боялись ещё больше или чтобы избавиться от слабых и недостойных. Пока одни ополоумевшие банды оставляли за собой лишь кровь и разрушение, другие бродили по туннелям, будто призраки, на границе зрения, бесшумно убивая лишь по одним им известным причинам. Между этими группировками существовала непрочная сеть взаимного уважения, податей и вражды. Они могли появиться, разрастись и распасться всего за пару терранских месяцев. Те, кому удавалось продержаться дольше, наверняка знали только одно: в конечном итоге их время также пройдет. Так всё и продолжалось в течение долгих лет Эры Раздора — сильный убивал слабого, только чтобы погибнуть самому, когда возвышались другие банды, снова и снова. Каким-то образом этой беспощадной хтонийской ветви человечества не только удалось выжить, но и процветать на убийствах и грабеже. Так Хтония выжила.
И однажды в небе сверкнула комета…. Хорус прибыл…
Его инкубационная капсула упала с ночного неба, словно пылающая звезда. Юному примарху приходилось выживать в жестоком мире, постигая первые уроки войны и убийств у смертоносных банд техноварваров Хтонии. Император нашел Хоруса первым из всех потерянных сынов.
На Хтонии…
Ко времени начала Великого крестового похода шахты Хтонии были давно выработаны, но у планеты оставался ресурс, в котором новорождённый Империум нуждался даже больше, чем в металлах и драгоценных камнях — миллионы закалённых бойцов и прирождённых выживальщиков, поджарая и ненасытная раса убийц, которая не питала иллюзий насчёт таящихся во вселенной ужасов. После захвата Луны и её генетических кузниц Император смог ускорить производство Легионес Астартес. За умиротворение Луны XVI легион был вознаграждён большей частью продукции из генетических кузниц спутника Терры. Благодаря дарованной чести XVI легион увеличил свою численность, а в течение нескольких лет снова удвоил. Чтобы ещё больше ускорить прирост, геномастера нуждались в плоти, с которой можно было бы работать. Когда возникла такая необходимость, ресурсы Хтонии стали наилучшим выходом.
Жестокое и воинственное население планеты, находившейся относительно недалеко от Терры и с которой поддерживался слабый, непостоянный контакт даже на протяжении Эры Раздора, было описано одним из первых Экспедиционных флотов, покинувших пределы Солнечной системы: "Без ресурсов планета не представляет стратегической важности, а её население непригодно для просвещения, но молодому Империуму требовались острые зубы не меньше, чем идеалы, и именно эта необходимость и стала спасительной для Хтонии. Её юношей вывозили десятками тысяч, сначала в качестве сильнейших солдат для армий Великого крестового похода, а после их лучших представителей передали легиону. На Луне эти избранные сыны Хтонии переродились в воинов XVI легиона. Про новых рекрутов все отзывались только положительно. Император, дабы почтить их место рождения, безжалостные навыки хтонийцев и победы прошлого, дал XVI легиону название, которые вселяло страх в души его врагов. Когда они рассеялись среди ещё не захваченных звёзд, дабы проливать кровь, враги узнали их как Лунных Волков. Теперь, когда нам известно, чем все закончилось, наверное, лучше было бы, если бы Хтонию выжгли и забыли.
Ведь это было начало конца….
Хтонийцы изменили XVI легион. Они сделали это неосознанно, наверное, даже не понимая того, что делают. Для космодесантников с Терры их новые братья принесли новые обычаи, отношение и способ мышления, а также врождённое наследие тысячи поколений безжалостных людей и беспощадной борьбы за выживание. Со временем это смогло видоизменить и даже подавить это, но не стереть полностью, и в конечном итоге в этом мог таиться некий смысл. Чем больше терранцев гибло в боях, тем слабее и немногочисленнее становилось их влияние и упорядоченные военные традиции, которые они соблюдали. Признаки изменений были многочисленны и едва заметны, они не вытесняли старые традиции, но придавали уникальный характер всему, что было прежде. Со временем возникли характерные примеры подобных новшеств. Чубы и ирокезы, которые носили охотники за головами из хтонийских банд, воины все чаще начинали носить с той же легкостью, как собственные доспехи. Пролитая кровь достойного противника часто оставляла след царапиной на глазнице шлема. Очень характерным стало хтонийское слово "аебатан", которое обозначало перерезать горло убийце из другой банды во время поединка, ныне использовалось солдатами для описания завершения кампании. Личная харизма и слава стали отличительной чертой офицеров легиона, как будто на их понимание лидерства повлиял опыт лидеров хтонийских банд, и в первую очередь это касалось их примарха Хоруса, чей культ личности распространился по всему легиону.
Но поведение Лунных Волков в бою не изменилось, наоборот, с течением времени оно стало выделяться ещё сильнее. Легион старался поддерживать гибкость, чтобы иметь возможность сражаться на своих условиях на любой войне и против любого противника, с которым он мог столкнуться, при возможности используя внезапные и сокрушительные удары. В качестве доктрины подобная тактика боя оказалась неразрывно связанной с порожденной хтонийской кровью яростной жестокостью, которой с холодной тщательностью и бесподобным тактическим гением руководил инстинкт примарха. Нередко целые звёздные системы сдавались легиону после первого же столкновения: военные корабли врывались с границ системы, формируя острие, которое затем распадалось на меньшие по численности стрелы, атаковавшие планеты, спутники и космические станции. Орбитальные бомбардировки одновременно с массированной высадкой сокрушали вражеские силы и любые попытки сопротивления. Тактические угрозы последовательно выявлялись, изолировались, обходились с флангов, окружались и уничтожались в беспощадной жестокости ближнего боя. Подобные действия в чем-то напоминали охотящихся стаями хищников, которые разделяли стадо и с молниеносной яростью потрошили его. Армиям, следовавшим за Лунными Волками, зачастую оставалось лишь зачистить от последствий битвы внезапно ставшие покорными миры.
Подход Лунных Волков к Великому крестовому походу был прямолинейным и жестоким, зачастую результаты их работы были излишне грубыми, но неизменно эффективными. Они без раздумий обрушивали мощь стоящего на орбите флота против города-крепости, в то же время десантируя на поверхность тысячи Лунных Волков с приказом убить всех живых в пределах городских стен. В ходе боя каждый воин легиона действовал одновременно как индивидуальность и часть отделения, зверь с десятком глаз и рук, которые двигались как единое целое. Они сражались, разрывая противников на части, совершали хитрые манёвры, но при необходимости не избегали прямой атаки, и также без пощады или усталости преследовали бегущих врагов. Нередко после них не оставалось ничего, кроме пепла и ошметков горелой плоти…. Остывающие руины дворца тирана и размазанные по полу останки солдат служили грозным уроком для тех, кто обитал за пределами ударных зон Лунных Волков. Силы Согласия, которые прибывали после подобных операций, говорили, что всякий раз они обнаруживали шокированное население, едва способное осознать, как могли пасть столпы их жизненных устоев. Легион двигался с кровавой стремительностью, на Лунных Волков, и в первую очередь их примарха, возлагались все новые лавры победителей. Снова и снова Лунные Волки сокрушали сопротивление планет и направлялись дальше, на следующую кампанию, не удосуживаясь оглянуться назад, на плоды своих побед.
Это могли счесть жестокостью, но для Легионес Астартес из Лунных Волков это было продиктовано необходимостью — войны могли быть безжалостными и скоротечными либо долгими и разорительными. Лунных Волков направляла энергия Великого крестового похода, и их методы соответствовали потребностям эпохи.
Сыны великих побед…
В первые годы Великого крестового похода Хорус и Император проводили большое количество времени вместе, и поэтому Лунные Волки присутствовали при всех ранних победах Императора, заслужив великую славу и для себя. Случаи из этих походов, укрепившие связь между правителем Империума и примархом быстро стали легендами, разросшимися по Галактике. В городе Реллис Хорус лишился сознания в результате попавшего в него плазменного заряда. Император защищал своего упавшего сына, отражая атаки до прибытия подкреплений. На планете Горро, когда Императора пытался задушить огромный орочий вождь, Хорус сумел отплатить своему отцу, оторвав орку руку и убив его ею же.
Однако через некоторое время Император узнал о том, что был найден ещё один примарх и отправился на встречу с другим найденным сыном. Хорус же временно получил командование над всеми имперскими войсками — знак того, насколько высоко его ценил отец. Хорус был обрадован узнав, что был найден один из его потерянных братьев, но годы проведённые им плечом к плечу с Императором не прошли бесследно — Хорус решил сделать так, чтобы отец больше всего гордился им и его легионом.
С течением времени, когда Император находил всё больше примархов, а заботы растущего Империума начали требовать пристального внимания своего правителя, Хорус обнаружил себя ответственным за общее стратегическое командование огромного количества имперских войск. Его превосходное управление оценил не только отец, но и его братья: Хоруса уважали и другие легионы космодесанта и их примархи. Обаяние и непревзойденные заслуги вызывали уважение, с которым не мог сравниться ни один из братьев-примархов, к тому же Хорус обладал почти сверхъестественным талантом использовать сильные стороны других легионов для получения преимущества на стратегическом уровне. Действительно, Хорус в случае с Пожирателями Миров и их воинственным примархом Ангроном был одним из немногих, кто мог хоть как-то ими управлять. Поговаривали, что выше Хоруса стоял только сам Император. И в самом деле, он был одним из немногих примархов, кто вызывал уважение и верность, одновременно подкрепляя это стратегическим и тактическим гением. Другие братья могли командовать более крупными легионами, обладать той же дальновидностью и превосходить Хоруса в отдельных воинских умениях и знаниях или, возможно, пользоваться большей отцовской любовью, но только он мог разглядывать проблему с разных точек зрения, и не упускать при этом из виду идеал. Даже примархи со сложным характером нередко советовались с Хорусом по некоторым вопросам.
Примарх Лунных Волков отличался гибкостью в принятии решений и использовал своих сыновей не только как воинов, но и как дипломатов. Он привык принимать участие в местных обычаях новых миров, приводимых в лоно Империума, и Лунные Волки последовали его примеру. Одной из перенятых легионом традиций стало создание воинских лож. В том или ином виде, воинские ложи всегда существовали в легионе, но после приведения к Согласию планеты Давин, ложи получили большую популярность и стали более ритуализированы.
Лунные Волки прославились как воины величайшего примарха и полностью разделяли желание Хоруса быть лучшими. Под его амбициозным командованием, легион находился на острие похода, энергично раздвигая границы Империума, стараясь покорить больше миров, чем любой другой легион, уничтожая всех врагов человечества на своем пути. И хотя за прошедшие годы непрерывных конфликтов Лунные Волки одержали немало побед, одна из них затмила все остальные, заставив легион переродиться заново. На Улланоре Империум сокрушил величайшую орочью империю из всех, когда-либо существовавших, которую некоторые называли последней реальной угрозой владычеству человечества над Галактикой.
Триумф на Уланоре возможно был величайшим достижением Лунных Волков, который многие считали пиком самого Великого крестового похода. Улланорский сектор являлся владением орочьего властелина войны по имени Урлакк Ург, правившего десятками планет. Решивший уничтожить орков, Хорус отвлёк их внимание, приказав атаковать удалённые миры зеленокожих силами других легионов космодесанта и полками имперской армии. Когда орки сконцентрировались на отражении этих пограничных атак, Лунные Волки начали неожиданное орбитальное десантирование прямо на главный мир Урлакка. Хорус возглавил элитных терминаторов 1-й роты, телепортировавшись прямо во дворец Урга. Пока большая часть терминаторов расправлялась с орочьей стражей, Хорус повёл десять своих лучших воинов в битву с Ургом и его сорока телохранителями. Это был тяжелейший бой, но в конце концов Хорус убил вождя и сбросил его тело с башни, деморализовав орков. Из десяти избранных терминаторов выжил лишь 1-й капитан Эзекиль Абаддон.
знамя Сынов Хоруса…
Эта победа не имела равных по масштабу и значимости. Чтобы возвеличить её творца, Император наградил Хоруса великой почестью. На поверхности Улланора вся мощь Легионес Астартес, Имперской Армии, легионов титанов и Механикум победно промаршировала перед Императором, Хорусом и восьмью его братьями-примархами. Кульминацией триумфа стало вручение Императором Хорусу титула Воитель, а сам Повелитель Человечества при этом возвращался на Терру, передав своему сыну стратегическое командование Великим крестовым походом. С этого момента, когда флоты направятся на покорение первобытной тьмы, они будут делать это по воле Хоруса, а миры будут сгорать или получать пощаду лишь тогда, когда соответствующий приказ слетит из уст Воителя. И хотя Хоруса продолжали уважать, он отдалился от остальных, став более не братом, но лордом примархов. Вместе с отцом заново переродился и XVI легион. В честь Хоруса и его завоеваний через несколько лет легион перестал носить имя Лунных Волков. Их доспехи обретут цвет металлической зелени штормового моря. Вместо полумесяца и волчьей головы с их наплечников будет взирать немигающий глаз рептилии. Переродившись во второй раз, Сыны Хоруса вознеслись со своим отцом до невиданных прежде высот.
Отринувший свет…. Примарх-предатель…
После ранения на Давине не в состоянии спасти своего примарха, который слабел с каждым часом, Сыны Хоруса приняли помощь одной из давинитских воинских лож.
Хорус оказался в Ложе Змеи и спустя несколько дней вышел оттуда здоровым. Но это был не тот воитель, хотя изъяны, через которые Хаос проник в душу примарха, наверняка появились куда раньше.
Ересь….
Большая часть Сынов Хоруса, гордая и верная своему Воителю, не колебалась. Они отринули свои клятвы Императору, поддержали восстание Хоруса и его демонических союзников. Однако, в легионе также оставались Астартес, верные Императору. Под предлогом подавления восстания в системе Истваан, их заменили в ловушку…
Верные Императору космодесантники оказали ощутимое сопротивление предателям, обороняясь в течение долгого времени. Отступники несли большие потери, что ставило под угрозу план Воителя.
В это время в решающем поединке сошлись бывшие братья Морнивальцы: Эзекиль Абаддон вместе с Хорусом Аксимандом против Гарвеля Локена и Тарика Торгаддона. "Маленькому Хорусу" удалось сразить Торгаддона, но совершённое им предательство заронило тень сомнения в его душе. Абаддон ранил Локена и оставил его умирать под завалами обрушившегося здания.
Флот довершил начатое. Оставшиеся в живых лоялисты, включая Саула Тарвица, погибли во время последней бомбардировки планеты. Однако, каким-то чудом капитан Локен выжил, но полученные им ранения, боль от предательства и смерти боевых братьев сказались на его психике. Гарвель потерял память. И хотя имена большей части павших героев в боях с предателями оказались неизвестны Империуму, в том, что он выстоял есть их большая заслуга. Предатели запомнили бои с бывшими братьями, потеряв десятки тысяч воинов.
После Истваана 5 и Молеха он был готов идти на Терру…
Да начнётся осада…
На 55-й день осады, Хорус, в стремлении как можно быстрее закончить битву, отключил щиты своего флагмана, тем самым приглашая Императора на бой. В последовавшей дуэли, несмотря на то, что ему удалось смертельно ранить Императора, Хорус был убит. Гибель их примарха нанесла сокрушительный удар по решимости Сынов Хоруса продолжать сражение: Воитель пал, и мечте о завоевании Империума пришёл конец.
Чёрный Легион…
В то время как многие легионы и их примархи были окончательно извращены влиянием богов Хаоса, Абаддон смог устоять и удержать легион перед искушениями. Пока другие безвозвратно погружались в пучину безумия и невоздержанности, Эзекиль никогда не забывал о поражении Хоруса и о том, что непременно должен отомстить Императору. Именно жажда возмездия поддерживала в нём силы в течение долгих веков, и в конце концов она подтолкнула его на то, чтобы вновь созвать легионы предателей на войну против Империума. Со временем Абаддон займёт место своего павшего примарха и станет новым Воителем легионов Хаоса.
Из пылающей жажды мести Абаддона родился Чёрный Легион. Эзекиль собрал воедино выживших Сынов Хоруса, дабы подчинить себе многочисленные проклятые звёзды внутри Ока. Когда Абаддон обуздал Сынов Хоруса, он позаботился о том, чтобы раз и навсегда порвать с прошлым легиона. Вначале он навеки отказался от имени примарха и назвал Сынов Хоруса Чёрным Легионом, чтобы его верные воины могли восстановить подорванную репутацию и сражаться, не оглядываясь на постыдное поражение в Ереси. Эзекиль приказал перекрасить броню в чёрный цвет и уничтожить все знаки, связывающие бойцов с прошлым, тем не менее изображение Ока Хоруса он решил не убирать, дабы оно было единственным напоминанием их происхождения и ушедших событий. Чёрный цвет, как древний символ скорби, должен был послужить меткой их стыда и преданности. Таким образом воины могли показать, что они до сих пор чтят память примарха и будут мстить за поражение в Ереси, однако имени его называть отныне не станут. Но что куда важнее, по замыслу Абаддона чёрный должен был объединить предательские легионы в огромную могучую армию, что сразит ненавистный Империум. Со временем этот символ стал до того внушительным, что мало какие банды осмеливались перекрашивать доспехи в чёрный. Если космодесантник носил броню подобного цвета, значит, он был предан Разорителю и оставил все свои былые обеты позади.
В отличие от других легионов Абаддон не выказывал преданность лишь одному из богов или демонических примархов и не ограничивал себя какими бы то ни было принципами или обязательствами. Эзекиль всегда стремился разрушить Империум и завершить ужасное дело, начатое Хорусом. Поэтому Абаддон позволял любому желающему воину вступать в свой легион, если тот готов был поклясться в верности одному ему и никому более.
За свою долгую историю Чёрный Легион проводил не только многочисленные рейды из Ока Ужаса, но и собирал Чёрные крестовые походы из тысяч облачённых в силовые доспехи предателей, чтобы наносить разрушительные удары вглубь имперских секторов и систем. Крестовые походы Абаддона — настоящая болезнь на теле Империума, которая оставляет глубокие раны там, где Чёрный Легион и его приспешники прошлись чудовищным катком.
Чёрные крестовые походы — этапы тщательно продуманного плана «Разорителя», и каждый из них существенно приближал его к конечной цели. Кульминацией великого замысла Абаддона должны стать смерть Императора и полное подчинение человечества существам из варпа. За 10 000 лет борьбы он искусно сплёл паутину козней: любая атака, всякий уничтоженный мир, каждая побеждённая армия — лишь эпизод одной большой войны, в которой на стороне Абаддона всегда преданно сражается Чёрный Легион. На пылающих планетах и в разрушенных городах ревущие цепные мечи и рявкающие болтеры возвещают наступление Последних Времён.
Они страшны… они безжалостны и мстительны….
Так тень окончательного краха человечества отбрасывают именно последние сыны Хоруса, ведь они — самая серьёзная угроза, с какой только сталкивался Империум, и истинное олицетворение колокола рока, чей звон исходит из Ока Ужаса. Где ступает нога закованных в чёрную броню легионеров, там города пылают в огне, а имперские миры непременно гибнут. Звёздные системы утопают в крови и исчезают с лица Галактики, их жители умирают страшной смертью, а упоминания о катастрофе стираются навсегда. Поклясться в вечной преданности Абаддону и стать космодесантником-предателем — значит превратиться в воина Последних Времён, который триумфально попирает многочисленные планеты, залитые кровью и обращённые в пепел.
