Двадцать третье февраля через два дня. И жена решила над мужем подшутить. Шутки – так мило, они украшают жизнь.
Долго думала, чтобы получилось оригинально, неповторимо. И придумала.
Наступил праздник, жена вручила мужу коробочку, красиво украшенную фольгой, и бантик, разумеется.
У мужа теплая улыбка: что любимая подарила? Снял ленточку, убрал крышку и увидел обыкновенный апельсин.
Мужчина не брал уроки актерского мастерства, но у него получилось изобразить изумление. Не разочарование, а именно изумление, хотя в душе обиделся.
Взял апельсин, почистил, половинку протянул жене и назвал ее выдумщицей.
Наверное, она все-таки что-то почувствовала – скрытое, спрятанное. И сказала: «Что это за праздник – так себе. Одна радость, что на работу не пойдем».
Мужчине снова удалось не показать, что разочарован, потому что служил, Родину защищал на границе.
Разочарования на лице не было, а было равнодушие.
День прошел как обыкновенный выходной: дела в квартире, магазины, небольшая прогулка.
Позвонила его мать – поздравила. Жена сделала вид, что ее не касается.
Потом средняя сестра, за ней старшая. И старшая спросила: празднуете? Он ответил, что просто отдыхают, потому что неделя была тяжелой.
Потянулись будни, всё, как всегда: работа и дом, дом и работа. Наконец, первое марта - пришла календарная весна.
Вот-вот женский праздник. В отличие от двадцать третьего февраля – настоящий.
И жена еще до праздника вопросительно смотрела на мужа: будут ли цветы? Может, он сэкономил и что-нибудь купил? Какую-нибудь занятную безделушку?
Чтобы муж про женский день не забыл, говорила, что собирается приготовить. Надо напоминать, обязательно надо.
Два года, как поженились. Детей пока нет, значит, она – жена – единственный объект любви. Конечно, не забудет и обязательно что-нибудь подарит. Он же знает, как женщины любят подарки!
Восьмого марта долго спали. Жена встала в десять, муж в половине одиннадцатого. Потянулся, сделал несколько гимнастических упражнений и пошел в душ.
А она – ждет. Надела новый халат, чтобы подчеркнуть, что день особенный, женский.
Вышел муж и не заметил новый халат. Прошел на кухню и сказал, что есть хочет.
После яичницы и кофе принес небольшую коробочку, перевязанную ленточкой нежного сиреневого цвета.
Жена заулыбалась, грациозно взяла, медленно сняла ленту и открыла: в коробочке лежало яблоко. Причем – старое, где-то долго валялось.
Как рассердилась! И гневно швырнула яблоко в угол. Не удержалась – заплакала и выбежала из кухни.
А он не пошел за ней, не стал утешать, и оправдываться тоже не стал.
Через час сказал, будто ничего не произошло: «Пойдем гулять, сегодня отличная погода».
Жена не ответила, угрюмо смотрела в окно. И муж продолжил: «Хорошо, что на работу не пойдем – дополнительный выходной. Для этого и придумали праздники, чтобы трудовой народ мог передохнуть».
Все-таки сказала: «Месть у тебя гнусная получилась, оскорбительная, мелкая».
А он равнодушно ответил, что какой подарочек, такой и отдарочек. Такова жизнь.
Отказалась гулять, а он оделся и часа два бродил. На улице позвонил матери и сестрам – поздравил. Везде продавали мимозу и тюльпаны, но мужчина мимо проходил: неинтересно.
Дошел до подъезда, подумал и быстро вернулся на улицу. Купил несколько алых роз.
Открыл дверь - жена на кухне, телевизор на стене тихо бормочет.
Подошел, протянул розы и сказал, что поздравляет.
Достала вазу, воды налила, уже потом улыбнулась: «Ты меня за апельсин прости».
И услышала: «А ты меня за гнилое яблочко». И сели обедать, обед был праздничным.
Невинных шуток не бывает. Некоторые подбодрят, а некоторые выбьют из колеи.