Можно уверенно констатировать, что цифровое общество случилось. Мы как коллективный Фродо Бэггинс в пещере паучихи на перевале Кирит Унгол идём куда-то в полубессознательном состоянии, уверенно запутываемся в этой паутине информации, а вместо кольца Всевластия у нас в руке Айфон с фонариком.
Но, кроме фонарика у него такая же связь с Тёмным Властелином и такое же гипнотическое воздействие на нас, как у кольца на хоббита. Этот гипнотический вездесущий прибор всегда рядом с человеком. Люди его берут с собой на работу, на отдых, в путешествие, кладут рядом с собой в постель и ходят с ним в ванную и туалет. Он открывает доступ к океану всевозможной информации на любой вкус. Более того, он позволяет самому творить информацию. Просто сладкий мёд для уст человеческого тщеславия. Как оказалось, этого слишком много для Атоса. А графа де Ля Фер, увы, уже не существует - беспощадный поток информации сорвал с него шляпу, истрепал камзол и вытравил его из повседневности, оставив где-то в дальних уголках сознания как устаревший миф, как умершую веру в старых богов.
Именно поэтому homo digital так напоминает хоббита - он вроде бы похож на человека, порой даже отважен как Атос, но в целом уже слишком мал для больших свершений. Хоббит как мелкий буржуа, который живёт в своём маленьком, ограниченном, но комфортном мирке. Мирок этот уже обречён, но Хоббиту это невдомёк. И даже перед лицом экзистенциальной угрозы он способен на большое путешествие только периодически погружаясь в гипноз, ему нужны волшебные мечи, кольчужки и постоянная помощь и защита волшебников. Этот уже не Одиссей, не Рагнар Лодброк, а уж до Павки Корчагина ему как до Луны.
Недаром Герман Гессе так яростно и так бессильно критиковал мещанство. Он чувствовал его сущность и динамику. События Первой Мировой войны сильно коррелируют с тем, что происходит сейчас. Очередная смена формаций, ориентиров, норм и укладов с предчувствием плохого конца. Человек смутно ощущает, что эта не та боль, которая приведёт к позитивным переменам. Это та боль, которая приведёт к ещё большей боли.
И слишком часто и стремительно начали происходить эти перемены. То, что раньше растягивалось на три-четыре поколения, теперь человечество проживает за одно. Со времени запуска интернета количество дозволенного Цифрой времени, отведённого человеку от стимула до реакции на него, стремительно сократилось. Это общий вектор жизни, науки и знаний. Нет возможности остановиться и осмыслить происходящее. Рефлексивное сознание, которое было ключом к современности, погружается в невроз. Появилось такое количество текстов и видео, которые вообще никак не связаны с объективной реальностью, что впору говорить о том, что сознание стало определять бытие. Этот Левиафан иллюзий миллиардов людей, оформленный как виртуальное пространство, уже сам конструирует смыслы и контексты. Он диктует людям, о чем думать и чего хотеть. И никто не хочет освобождения и исцеления. Братья Вачовски нам наглядно показали, почему так обстоят дела. Жизнь в правде и вне матрицы - это примерно так же по ощущениям, как носить на себе мешок, изо дня в день питаться чем-то вроде овсянки и постоянно убегать от злобных железных чудовищ, жаждущих тебя уничтожить. Именно поэтому никто не хочет правды, но все хотят обновлённую версию иллюзий на этот год. Именно так Айфон побеждает Анти-Дюринга.
Но, воспоминания о графе де Ля Фер ещё живы в человеке, и иногда прорываются наружу. Тогда на помощь приходит психолог, который помогает отформатировать, то что не до конца обработала Цифра. Человек платит деньги за инъекцию эмпатии, граф де Ля Фер засыпает, а homo digital отбывает в свою комфортабельную цифровую каюту. И волнует его только очередной внезапный снегопад. Он искренне верит в то, что гастрономическое разнообразие, пробки на дорогах, курсы валют и поездка к морю это и есть суть, смысл и правда. Кому повезло, у того каюта трёхкомнатная, а то и загородная, большая. Однако, похоже на то, что все эти каюты на Титанике, и пока он плывёт никто не хочет даже думать о том, чтобы что-то всерьёз менять.
Автор статьи:
Максим Платонов.