Всю книгу вы будете задаваться разными вопросами. У меня их было столько, что я начала писать их на полях - просто чтоб не забыть свои теории и проверить их в конце. Началось всё с первых строк книги. За что сидит в тюрьме Оливер? Какую тайну он хранит и почему отказывается все 10 лет посвящать в неё детектива, который ведет его дело? Соглашается Оливер рассказать все Колборну только потому что тот уходит на пенсию и обещает, что его откровение никак не повлияет ни на что. Так и закручивается сюжет.
Оливер постепенно будет погружать нас в историю четвертого курса театралов в закрытом учебном университете, похожим на секту. Во время этого погружения вопросов у вас станет еще больше.
Разве могли мы обьяснить, что стоять на сцене и произносить чужие слова, как будто они твои собственные, есть не столько проявление смелости, сколько отчаянное стремление к взаимопониманию? Попытка установить хрупкую связь между исполнителем и публикой и сообщить что-то, хоть что-нибудь, существенное.
Скорее всего, вы быстро разгадаете все сюжетные повороты. Но на мой взгляд, в этом и был замысел автора. Рио раскрывала сюжетную линию через сюжеты творчества Шекспира. Ей здорово удалось показать, насколько актеры вживаются в свою роль и насколько тяжело им потом отделить роль от своего «я».
Для более полного понимания всех отсылок, конечно, нужно быть близко знакомым с творчеством Шекспира. Отсылок море. Главные герои даже между собой общаются Шекспировскими фразами. Мне приходилось разбираться во всем чуть дольше, но зато появилось огромное желание прочитать всего Щекспира.
– Так что, по-твоему, в чем-то из этого виноват Шекспир?
– Во всем, – говорю я.
- И почему?
– Это сложно облечь в слова. Мы четыре года – а большинство и несколько лет до того – были погружены в Шекспира. С головой. Здесь мы могли предаться своей коллективной одержимости. Говорили на нем, как на втором языке, беседовали стихами и хотя бы отчасти утратили связь с реальностью.
Я передумываю.
– Так, это все уводит в сторону. Шекспир настоящий, но его герои живут в мире подлинных крайностей. Их бросает из восторга в мучение, из любви в ненависть, из чуда в ужас. Хотя это не мелодрама, они не преувеличивают. Каждый миг – решающий.
Хороший шекспировский актер – на самом деле любой хороший актер – не произносит слова, он их чувствует. Мы чувствовали все страсти персонажей, которых играли, как свои собственные. Но чувства персонажа не отмелит чувств актера – вместо этого чувствуешь все сразу. Представьте, что все ваши мысли и чувства спутаны со всеми мыслями и чувствами совершенно другого человека. Бывает непросто отличить одно от другого.
Сама наша способность чувствовать была так неподъемна, что мы под ней едва могли устоять, как Атлант под весом мира. С Шекспиром дело в том, что он настолько красноречив... Он проговаривает невыговариваемое. Превращае и скорбь, и торжество, и упоение, и ярость в слова, во что-то, что мы можем понять. Он дает всем тайнам человеческой природы постижимость. Все можно оправдать, если сделать это достаточно поэтично.
После концовки у меня еще остались вопросы и я полезла в отзывы на лайвлибе чтоб найти ответы. Отзывы очень разные на книгу. Кто-то пишет, что это жалка пародия на Донну Тартт (именно поэтому я сначала взялась читать Рио), а кто-то остаётся в полнейшем восторге после прочтения. Но читать Словно мы злодеи однозначно стоит.
– Оливер, – говорит Колборн, когда мы снова оказываемся в тени Холла. – Мне жаль, что сегодняшний день вот так закончился.
– Мне много чего жаль.
Читали? Как по-вашему, что же все-таки случилось в конце?