Начало часть 1
Принц Эдвард-Артур пришёл в столовую в усадьбе Маэстро Людвига-Минора.
За большим столом с красивой фарфоровой посудой и сервировкой, как в богатых домах, сидела вся семья музыканта. Супруга и пять детей: старший пятнадцатилетний сын, две дочери 12 лет и два пятилетних сына.
Маэстро Людвиг-Минор показал жестом на стул возле себя с левой стороны. Глава семьи сидел в центре стола. С правой стороны было место хозяйки дома. Дети с любопытством посматривали на неизвестного гостя.
Эдвард молча сел на стул. Ему было неуютно. Семья маэстро о чём-то беседовала, дети делились своими успехами в учёбе и просили подарки у родителей. Принц Эдвард-Артур их не слушал, он сидел молча, остановив свой взгляд на курином супе в тарелке. Он хотел уйти обратно в свою комнату, находиться за одним столом с маэстро ему было некомфортно.
- Маэстро Людвиг-Минор, может быть, представите нам своего юного гостя? – наконец, попросила красивая дама.
- Представлю, но чуть позже, сразу же, когда мы закончим наш обед! – Маэстро посмотрел на Эдварда, который не прикасался к еде.
- Молодой человек, с Вами всё в порядке? Почему вы ничего не едите? Виктория удивлённо смотрела на мальчика и не понимала, почему он находится в их доме. Для чего?
Эдвард заметил, что все дети смотрят на него, как на интересный музейный экспонат, а старший сын ехидно улыбается и монотонно, чуть слышно, стучит столовым ножом о бокал.
В столовую комнату вошёл директор школы Себастьян..
- Всем доброе утро, я немного опоздал. Я буду только кофе, – Себастьян посмотрел на детей, словно ничего не заметив, сел напротив брата, на другой конец стола.
Всё внимание переключилось с Эдварда на Себастьяна. Дети о чём-то его спрашивали. Эдвард робко взял ложку и решил не привлекать к себе внимания своим демонстративным поведением и отказом от обеда. Он прислушался к разговору детей с их дядей. Они обсуждали учеников школы №1 для сирот и бедных детей. Особенно этим интересовался старший сын Маэстро.
- Я так полагаю, это абсолютно бессмысленное занятие — пытаться научить грамоте… этих отбросов общества! Они созданы не для этого! По моему мнению, образование достойны только дети из благополучных и достойных семей. Беспризорники годны только чтобы чистить сапоги, работать банщиками и подметать улицы, — немного нараспев сказал свою речь подросток.
- Михаэль! Закрой свой рот! Мы эту тему обсудим с тобой позже! – неожиданно Маэстро рассердился на старшего сына и перебил его речь.
Маэстро Людвиг-Минор дождался, пока все закончат свой обед, а дворецкий и домработница уберут со стола.
- Дорогая Виктория, дети! Себастьян! Как я и обещал, сейчас я представлю Вам моего... гостя и всё объясню... Дело в том, что этот молодой человек... – Маэстро указал рукой на Эдварда.
- Этот молодой человек — ученик школы номер… - Себастьян перебил брата и переключил всё своё внимание на себя.
Эдвард резко встал и хотел уйти, он почувствовал, что сейчас, в этот момент, произойдет что-то нехорошее, но Маэстро усадил его обратно на стул, задержав его за плечо.
- Себастьян! Не перебивай меня! Виктория, этот молодой человек — мой сын… Габриэль-Людвиг-Артур-Минор. Вот его документы, – Маэстро отдал в руки жены какие-то бумаги.
- Ваш… сын? Вы хотите сказать? У вас есть сын, о котором я не знала? И ему тринадцать! Тринадцать лет? Как вы могли, Маэстро Людвиг-Минор, так опуститься? Но кто? Кто его мать? – Виктория смотрела то на документы, то на супруга, то на Эдварда. Затем на своих детей и опять на документы в руках.
Дети удивленно, слегка перепугавшись, переглядывались, смотрели на родителей, на нового брата и на дядю Себастьяна. Старший сын Михаэль смотрел на Эдварда так, словно прыгнет на него с кулаками.
- Виктория! Что бы Вы сейчас обо мне ни придумали в своей голове, это абсолютно меня не волнует и ничего не меняет. Габриэль с сегодняшнего дня будет жить с нами! И у него в нашем доме будет равное положение, как и у всех остальных детей и всех живущих в этом доме, – Маэстро не собирался выслушивать возмущение и протесты супруги и детей.
Директор Себастьян сочувствующе, как на больного, смотрел на своего брата.
Виктория швырнула на стол в сторону принца документы. Эдвард взял бумаги. Там было имя, возраст, портрет и даже уровень образования. Юноша вспомнил ту ужасную ночь, когда человек в чёрном покупал его за чистое золото и деньги у лесных разбойников.
- Дети, я думаю, вашим родителям нужно поговорить наедине, а мы пойдем в сад… Э-э-э, Габриэль, вас это тоже касается, - скомандовал брат Маэстро.
***
Эдвард молча последовал за директором Себастьяном и детьми маэстро. Они вышли в сад возле усадьбы. Летний жаркий день радостно приветствовал принца. В клумбах резвились маленькие птички, а над цветами порхали разноцветные бабочки.
В саду был идеальный порядок. Везде чувствовался перфекционизм и характер хозяина. Скамейки, тропинки, беседки, детская песочница, фонтан и небольшой пруд в конце парка были в едином стиле и цветовой гамме. Три садовника бесшумно ухаживали за цветами и деревьями.
Старший сын маэстро с важным видом расположился на скамейке вместе со своим дядей и начал вести разговоры о высшей математике, девочки увлеклись игрой в бадминтон, а малыши-близнецы увлеклись раскопками песка в песочнице, словно там был зарыт сундук с сокровищами. Никто из присутствующих не пригласил в свою компанию Эдварда. И ему самому не хотелось ни с кем говорить… Принц Эдвард-Артур незаметно ушел в дальний конец парка к тихому пруду, сел на небольшую белую скамейку под огромной вековой пихтой, достал свою флейту. Юноша скучал по дому, по своей семье, родине, он давно не видел своего верного пса… И особенно он грустил без Хильдегарды. Он понимал, что это она спасла его жизнь! Если бы не эта маленькая хрупкая девочка, возможно, он бы уже был в тюрьме или… Его вообще уже не было в этом огромном и чужом мире…
Тихая, спокойная мелодия разливалась по парку, медленно проплывала между деревьями, цветами, белыми заборчиками, поднималась на крышу усадьбы и пробиралась внутрь через открытые окна. Всё, что окружало Эдварда, словно двигалось, качалось и летало под ритм музыки… Мелодия была красивая, легкая, свежая, как аромат эвкалипта, но грустная… Такая грустная… Что прохожим на улице хотелось плакать… Они остановились возле железного кованого забора усадьбы и застыли, как мраморные статуи… Только необъяснимые слезы текли по их щекам… Но на душе им было легко, свободно и беззаботно… Как будто течение времени, всей жизни остановилось в одном моменте.
Все, кто слышал флейту, ощущали, что вся планета, вся огромная Терра-Виктория, остановилась… Просто зависла в космическом пространстве! И только маленькие летние птицы, подхватив мотив мелодии, помогали музыканту гипнотизировать весь мир.
- Немедленно прекратите! Прекратите это безобразное... звукоизвлечение!!! Это... это очень отвратительно! – Михаэль выдернул флейту из рук Эдварда и выкинул в пруд.
- Простите… Я ведь играл очень тихо. Я не хотел никого беспокоить, – Эдвард растерялся. Он не хотел ссориться с сыном хозяина дома, но за флейту ему очень хотелось ударить этого парня в глаз. Эдвард понял, что в этом доме его не примут, что он здесь чужой! Роль неизвестного сына Маэстро ему не нравилась и не подходила.
Себастьян заметил, что в конце парка созревает конфликт, и отправился выяснить, в чём причина. Тем более, он прекрасно знал своего ученика «Федота» и его удивительную способность бить прямо в глаз обидчиков.
Новость о том, что сын прачки Арсенио, возможно, является ему родным сыном, озадачила его. Директор Себастьян не находил себе места. С одной стороны, он мог бы и принять тот факт, что у него есть сын, но то, что это городской воришка Арсенио, было для него невыносимо. Себастьян опасался за свою репутацию, но не только. Он стал опасаться за свою жизнь. Ведь юноша Арсенио был заочно приговорен к смертной казни за оскорбление короля! А он его отец… Себастьян молил небеса, чтобы этот юноша действительно оказался каким-нибудь «Федотом» или «Габриэлем», но только не Арсенио. Хотя он не мог поверить, что у его брата Людвига-Минора могли быть дети, кроме тех, кого он воспитывал вместе со своей любимой супругой Викторией.
- В чём дело? Что здесь происходит? Михаэль? Федот… Точнее, Габриэль? Стоило оставить Вас на минуту одних, и Вы затеяли разборки? – Себастьян подошёл к Эдварду, посмотрел взглядом коршуна и потребовал ответ…
- Простите, господин директор… Я ничего плохого не сделал. Но Михаэль… бросил мою флейту в пруд и не дает мне её забрать… – Эдвард ответил убедительным и ровным голосом.
- Опять эта флейта! Габриэль... Вы где-нибудь можете вести себя спокойно? Хотя, что можно ожидать от... Вас! – Себастьян хотел назвать юношу беспризорником, но не стал этого делать при детях.
- Дядя! Его музыка так отвратительна, что у меня заболела голова. Зачем отец вообще привел его в наш дом? Этот парень какой-то ненормальный... Пусть лучше и дальше сидит в своей комнате или вообще убирается прочь! Он нам не нужен! Он мне не брат и никогда им не станет! – Михаэль стал играть на публику и привлекать к себе внимание садовников.
Принц Эдвард молча забрался в пруд и достал свою флейту. Выбравшись из пруда, юноша молча ушел в свою комнату. Сняв мокрую одежду и надев чистую пижаму, он забрался с головой под одеяло.
Я чужой… Я здесь чужой… Кто я, принц Эдвард-Артур, Арсенио, Федот или Габриэль? Я не знаю! Кто я? Принц не понимал, зачем Маэстро его привел в свой дом, назвал своим сыном, дал новое имя и зачем отдал такой огромный выкуп. Эдвард опасался Маэстро Людвига-Минора и его брата Себастьяна.
Вечером в комнату пришёл дворецкий и просил его последовать за ним в кабинет хозяина дома.
***
Маэстро Людвиг-Минор сидел за своим письменным столом и, работая над нотами очередной симфонии, о чём-то сосредоточенно думал. Его брат Себастьян тоже был здесь. Он сидел на софе и наблюдал за огнем в камине.
🔥Огонь… Согревающий, очищающий душу и разум! Танец пламени завораживал и захватывал фантазию… В огне можно уничтожить все плохие мысли, тягостные воспоминания, плохие предчувствия, боль и гнев. Можно подставить ближе к теплу ладони и наполниться новой, чистой, горячей энергией жизни… Светлой, яркой и горячей… как пламя.
Хотя на календаре было лето, вечерами было достаточно прохладно, а в дождливые дни в усадьбе разжигали камины для тепла и комфорта.
- Людвиг! Я думаю, ты поступил очень опрометчиво, назвав этого юношу своим сыном! Во-первых, это очень опасно! Стоит полицейским служащим признать в нём Арсенио, тебя, да и меня тоже, обвинят в укрывательстве государственного преступника! Тем более после того, как эта… прачка во всеуслышание заявила, что Арсенио — мой сын… Наша репутация рухнула! В один день… А во-вторых, мы можем потерять всё! Репутацию, имя, статус и звания, а ты к тому же можешь лишиться своей жены и детей. Михаэль очень резко воспринял твоего Габриэля! Не нужно было приводить мальчика сюда, разумнее было бы поселить его где-нибудь в другом месте. А лучше увести в какой-нибудь другой город! Если уж тебя так беспокоит его судьба! Но всё же объясни мне, пожалуйста, почему ты так прицепился к этому бродяге? – Себастьян долго думал, а потом решил откровенно поговорить с братом.
- Себастьян! Я никогда не изменяю своим принципам! А именно, я никогда никому ничего не объясняю и тем более не собираюсь оправдываться! Этот юноша — мой сын Габриэль! И это не обсуждается! Мне нужен этот парень! Он гениален… Он управляет музыкой… Погубить его талант будет ужасным преступлением! Я должен раскрыть его способности, понять, изучить… Этот юноша, кем бы он ни был на самом деле, владеет тем… О чем мечтают многие. Но им это не дано! Я об этом мечтаю… Но мне это не дано… Но я чувствую… Что этот мальчик может мне помочь найти ключ к истине… Он мне поможет найти то, что я ищу уже много лет! Я готов переступить все правила и законы! Да, я купил этого парня у разбойников, я ввёл в заблуждения представителей власти и городские советы по делам несовершеннолетних преступников! Да… Мне пришлось расстроить мою жену и детей! Но я не отступлюсь! Этот юноша останется здесь, пока я не разгадаю его тайну! Возможно, он и сам не понимает, в чём его сила и талант, он не знает своего предназначения и силы! Я не собираюсь ему об этом говорить, если уж тот, кто передал ему эти знания, об этом не побеспокоился. Но этот мальчик… Это мой шанс… Стать… Великим! – Маэстро говорил убедительно и таинственно.
- Брат, извини, но ты говоришь как-то… нездорово. Это мания, брат! Он обычный мальчишка! Да, он хорошо образован, в его голове энциклопедические знания, но он такой же, как и все юноши его возраста. Он импульсивный, вспыльчивый, неприспособленный к жизни, что, кстати, очень странно! О каком таланте ты говоришь? Что есть в этом беспризорнике, чего нет в других ребятах моей школы или даже чего нет у твоих детей? Почему ты ставишь этого несовершеннолетнего нарушителя законов выше, чем собственного сына Михаэля? Разве твой сын не талантлив, разве не он ездит с пяти лет с тобой по концертам и бесконечным выступлениям? Я не понимаю, Людвиг! – Себастьян не понимал, что имеет в виду его брат.
- Себастьян, если даже я отвечу на твой вопрос, ты или не поверишь, или не поймёшь. Давай закроем эту тему. Я знаю, что я делаю! Этот юноша талантлив, и я готов дать ему возможность проявить себя. Я дам ему всё… образование, дом, имя, деньги. Такие, как он, попадаются очень редко… Я езжу по разным городам и странам в поисках талантливых учеников… Как я могу упустить этот не огранённый алмаз? Или ты хочешь сказать, что этому юноше место в сиротском доме, в школе для безграмотных подростков, в тюрьме или на виселице? Брат! Этот юноша не Арсенио! Я точно знаю, что сын прачки не образован, и он не может владеть так музыкальным инструментом… Да, его можно было бы научить пиликать некоторые мелодии, но чтобы иметь такой уровень, нужно учиться всю жизнь… Даже некоторые музыканты моего возраста не владеют этим уровнем… У него были очень сильные учителя, – Маэстро объяснял это, скорее всего, самому себе, чем брату.
- Людвиг-Минор! Но ты забыл это объяснить это самому юноше! Он ведь не знает, зачем ты его сюда привел. Разве ты не видишь, что мальчик замкнутый, он болен! Нужна ли ему твоя помощь? Он постоянно куда сбегает! Он скрывает своё имя! Мы ничего не знаем о его происхождении. Кто его родители? Где его дом? Почему он молчит? Почему он молчал, когда старый банщик выдавал его за своего внука Федота? Ты упиваешься своими иллюзиями, брат! Этот маленький бродяга сбежит от тебя, как только у него возникнет возможность! А ты! Ты создашь себе массу неприятностей и проблем! Я не знаю, сын он тебе или нет… Но меня настораживает вся эта ситуация! – Себастьян пытался вразумить брата.
- Хорошо, допустим, этот мальчишка Арсенио. Твой сын! Ты бы хотел, чтобы твоего ребёнка вздернули на виселице? И, собственно говоря, за что? За то, что он по собственной глупости залез в гостевой терем губернатора и обчистил заморского короля и его богатеньких и избалованных принцев? Арсенио никого не убил, не предал короля… Не совершил ничего катастрофического… Неужели мы не можем дать второй шанс твоему сыну? Пока ты строил карьеру, получал высокий пост, богател, твой ребёнок голодал, жил на улице, носил старое тряпьё! Себастьян! Твой сын был беспризорник и бродяга! Он был вынужден воровать, чтобы купить кусок хлеба себе и его матери, – Маэстро своими словами задел за живое Себастьяна.
- Замолчи! Я сам это понимаю… И я ненавижу себя за это! Но я не знал, я не знал, что у меня есть сын! Я был тогда еще молод… И она… предпочла меня более весëлому, более успешному и богатому кавалеру… Разве я мог предположить, что моя любимая девушка… окажется в такой трудной ситуации. Я ведь относился к ней очень серьёзно и собирался жениться! А теперь я даже не могу понять… Этот мальчик — Арсенио или нет! А он ведь всё понимает! И, наверное, он имеет право меня ненавидеть! Но если он не Арсенио, почему они так похожи? Даже родимое пятно у них одинаковое? Они близнецы? У меня два сына? Я ничего не понимаю! Твой этот Габриэль? Это легенда или у тебя на самом деле есть внебрачный ребенок? Хорошо, я отвечу на твой вопрос. Я не хочу, чтобы мой сын попал в тюрьму или на виселицу… И я буду готов пойти туда вместо него… если будет нужно! И я бы хотел найти Арсенио… И дать ему второй шанс! Точнее, я бы хотел, чтобы он дал мне этот второй шанс! – Себастьян отвернулся к камину и замолчал.
- Да… Действительно, у меня есть сын Габриэль. И у меня есть основания полагать, что этот мальчик и есть мой ребёнок. Так случилось, что он пропал без вести, возможно, его похитили у его матери или он потерялся… Никто не знает. Он был смышлёный малыш и талантлив. А родимое пятно в виде сердечка на левой пятке… Это может быть единственным доказательством! Он — Габриэль… И он двоюродный брат Арсенио… Твоего сына! Я не могу иначе это объяснить! – Людвиг-Минор взял скрипку и начал играть мелодию собственного сочинения.
В этот момент в кабинет вошёл Габриэль (Принц Эдвард-Артур корона👑).
Эдвард посмотрел на братьев-близнецов и тяжело вздохнул. Раньше, даже в самом страшном сне, он не мог представить, что будет жить в доме у директора школы Себастьяна и его брата Маэстро Людвига-Минора, представителя Городского Совета по вопросам несовершеннолетних преступников и сирот. Они оба смотрели на него как на потенциального заблудшего сына… и были ему очень неприятны.
- Проходите, Габриэль… Можете сесть в это кресло. Нам нужно с Вами серьезно поговорить. – Маэстро положил скрипку на подоконник и сел за письменный стол.
- Господин Маэстро… Вы знаете моё имя. Я не Габриэль! – Принц остался стоять на своем месте.
Себастьян удивлённо посмотрел на брата. Людвиг-Минор ничего ему об этом не говорил.
- Да! Вы правы… Но в Ваших интересах будет забыть об этом… С сегодняшнего дня Вы именно Габриэль. Послушайте, молодой человек, вы прекрасно знаете и понимаете, какой ценой мне обошлась ваша свобода и, собственного говоря, ваша жизнь… И Ваше мнение здесь… Не имеет никакого смысла. Если Вы по-прежнему не хотите отправиться в тюрьму или на виселицу, в лес к разбойникам или сиротский дом, Вам необходимо выполнять всё, что я от Вас потребую! Это понятно? – Маэстро Людвиг-Минор говорил холодным и строгим тоном.
- Нет, не понятно, господин Маэстро! Я не просил Вас выкупать меня за слитки золота и горы бумажных денег! Я не просил Вас приходить туда! Я не вещь! Я не раб! Я не игрушка… Я не Ваш сын Габриэль! И я не Арсенио! И я не готов выполнять Ваши бесконечные приказы и требования! – Эдвард показал свой бунтарский характер.
- Людвиг-Минор! Я же говорил тебе. Этот волчонок еще покажет тебе свои острые зубки! Ты его не прикормишь! Это бесполезно! – Себастьян ухмыльнулся.
— Хорошо! Тогда скажите нам правду! Как ваше имя? Кто ваши родители? Почему вы молчите? — Маэстро подошёл к принцу и тростью указал на кресло.
Принц Эдвард-Артур посмотрел по сторонам на книжные полки, окно, скрипку… Говорить, что он принц из Солнечной Розарии, было нельзя. Государство Мудрая Сова сменило своё отношение к королю Ричарду и поддержало Великую Славию. Стать политическим заложником в чужой стране принц был не готов.
- Я… Я не помню, кто я, – Эдвард покорно сел в кресло и опустил голову.
Маэстро сел на край стола и внимательно смотрел на своего нового сына. Он считал, что нашёл подход к «волчонку».
- Вот и прекрасно… Вы благоразумный человек, Габриэль! Значит, я могу продолжить наш разговор… Я так понимаю, ваши последние приключения многому Вас научили? Не так ли? И я надеюсь, сбегать Вы больше не будете? Вам некуда бежать, Габриэль! Полиция, разбойники, голод, холод – это еще не всё, что могло Вас погубить в вашем опрометчивом поступке! Если у Вас есть какая-то цель… К ней нужно двигаться разумно и обдуманно. Вы еще очень юный… и должны подчиняться закону «О правах и обязанностях несовершеннолетних». Вашу судьбу будут решать взрослые люди, опекуны, представители советов, полиция! – Маэстро был не только гениальным музыкантом, но и убедительным юристом.
Принц Эдвард-Артур понимал, что Маэстро был прав, бежать ему было некуда… Он теперь осознал, что для того, чтобы добраться до родной Солнечной Розарии, иметь желание, силу и крепкое здоровье мало… Ему нужны деньги… Очень много денег.
Ведь его дом находится на другой стороне мира… Если даже Маэстро Людвиг-Минор окажется добрым и порядочным человеком, даже ему нужно будет приложить усилия, чтобы помочь добраться ему до дома. И потом, путешествовать по огромной Северной Сове — это одно, а переплыть огромный океан — это другое… Ведь можно попасть в рабство к Черному королю Пиратов, который сейчас творит беззаконие как раз в тех морских путях, которые ведут в Розарию.
Король Ричард два года назад прибыл в Полярную Сову на специальном корабле, который обладал сверхскоростью и безопасностью. Но в Полярной Сове нет таких кораблей… Так как их строят только в Розарии… И кораблестроители хранят свои секреты веками. Только капитаны и моряки Розарии могут управлять такими могучими кораблями. Но теперь эти корабли не путешествуют по миру… Они защищают Розарию от вторжения Великой Славии.
- Габриэль, Вы меня слушаете? Я посчитал нужным принять Вас в свой дом в качестве сына и ученика. С первого августа Вы приступите к обучению в моей Музыкальной академии для одаренных студентов. Вашей задачей будет прилежная учеба, послушание и выполнение всех уставов, законов и правил! Покидать дом или академию без моего разрешения, а также без сопровождения Вам запрещено! Если Вы будете нарушать вышеперечисленные правила, Вы будете обучаться в стенах этого дома и сможете выйти в город только после достижения Вами двадцати лет! По Вашим документам Вам сейчас тринадцать лет! Вы находитесь под моим опекунством и полным контролем! Как вы понимаете, Вы являетесь моим сыном! Так как в силу вашего возраста и болезни, а именно потери памяти, что Вы сейчас сами подтвердили, государственный совет пересмотрел ранее принятые решения насчет Вас, но Вы остаётесь под особым наблюдением. Это понятно? – маэстро излагал свои правила и смотрел в упор на юношу.
- Понятно, господин Маэстро, – принц не стал спорить со своим «новым отцом».
В этом доме у Вас одинаковое положение по сравнению со всеми другими детьми. Вам здесь нет необходимости работать или выполнять неоплачиваемую тяжёлую работу. Ваша задача — учиться! Но я требую, чтобы Вы исполняли все правила в этом доме, чтобы не было ссор, драк, споров! Ваша обязанность — подружиться и построить нормальные отношения со всеми детьми! Вам будет помогать дворецкий, также у вас будет трое слуг, которые объяснят вам всё, что необходимо. В случае неподчинения и нарушения правил в моем доме я буду вынужден Вас наказать. Предупреждаю, это может быть и физическое наказание… Я это не приветствую, но иногда это единственный способ… направить ум в нужную часть тела… а именно, в голову!
Всё это время Себастьян молча слушал своего брата. Но его беспокоило другое… Как его брату удалось обхитрить представителей закона и сколько денег он выкинул за этого мальчишку, а главное, ради чего?
- Господин Маэстро… Но я не могу без работы… Я привык работать! Я не хочу жить на ваши деньги… Вы отдали за меня слишком много… Я буду выполнять ваши правила, но мне бы хотелось забрать своего пса и общаться с Хильдегардой и Даниэлем! – Эдвард смело посмотрел в глаза Маэстро.
- А не хочешь еще что-нибудь попросить? Похоже, Маэстро на многое готов! – Себастьян неуместно пошутил, но Эдвард не понял, про что говорит директор.
- Работать? Хмм… хорошо… Вы можете помогать преподавателям в музыкальных классах для младших учеников. Но под моим присмотром и руководством! Видеться с подружкой и притащить в дом собаку? Я разрешу, но при одном условии… - Маэстро был совсем не прост, он был хитер и даже немного опасен.
Принц Эдвард-Артур настороженно посмотрел на Маэстро, а затем на директора. Он не знал, какие еще условие поставит перед ним Людвиг-Минор.
- Я позволю тебе привести собаку и видеться с Хильдегардой, если ты мне перечислишь имена всех твоих преподавателей и учителей по музыке! – в глазах Маэстро сверкнул какой-то холодящий блеск.
- Преподавателей? Но вы же мне сказали… что я потерял память… Я не могу этого помнить! – Эдвард не понимал, что хочет от него «новый отец».
- Значит, Вам придётся их забыть! Собаку, девчонку… и этого мальчугана. Как Вы сказали, Даниэль? – Маэстро взял стул, поставил рядом с креслом Эдварда и сел.
Себастьян не узнавал своего брата. Он не понимал, какую игру сейчас ведет Людвиг-Минор.
- Но… Господин Маэстро! У меня в этом городе нет друзей, только они! И я не помню… всех имен… У меня было много учителей, - Эдвард не хотел забывать своих верных и любимых друзей.
- Вы можете подумать… десять минут! - Маэстро взял снова скрипку и начал играть.
- А если он кого-то знает из Солнечной Розарии? А может придумать имена… А вдруг он накажет за враньё! Эдвард вспомнил, как его били розгами перед классом, и это было очень обидно. Это был приказ директора Себастьяна… Его или «дяди» или «отца». Эдвард думал, надо ли перечислять имена.
- Десять минут прошло! – Маэстро положил скрипку обратно на подоконник.
Фортепиано – Малати – Мелисса Виола Аккорд. Сольфеджио – Мальва – Энола Сараба́нда. Вокал – Николя – Алехандро Кантиле́на. Скрипка – Витольд – Наргиз Тенуто. Музыкальная литература – Тархан Ля-мажор. Ансамбль – Эшли Канон, флейта – Сильван – Шервуд – Кедр Диссонанс. Хор – Дельфина – Зайнаб Октава. Принц Эдвард вспомнил некоторых из учителей музыки.
Стоп! Стоп! Флейта – Сильван-Шервуд-Кедр Диссонанс! Ваш учитель сам Диссонанс? Этот старый шарлатан? Я хотел сказать... Великий музыкант Сильван-Шервуд-Кедр Диссонанс – ваш преподаватель? Не может этого быть! Это невероятно! Сколько лет вы учились у этого маэстро? Почему вы мне раньше об этом не сказали, Эдвард? Тфу ты… Габриэль! – Маэстро Людвиг-Минор подскочил со стула, стал ходить вокруг кресла принца и выдирать на себе волосы… Себастьян попытался остановить волнение брата и вылил на его лицо кувшин прохладной воды.
- Вы меня раньше об этом не спрашивали! Я не знаю, лет десять или двенадцать… Вы позволите мне видеться с Хильдегардой и забрать Малыша! – Эдвард не обратил внимания на реакцию Маэстро. И в этом не могло быть ничего удивительного, ведь многие известные музыканты знают друг друга…
- Да... Да, конечно, всё что угодно... Габриэль, вы можете идти... Скоро ужин... Идите к себе в комнату, - Маэстро захлопнул дверь за юношей, когда тот вышел, сел за стол и начал что-то сосредоточенно писать.
- Брат, можешь объяснить, что с тобой происходит? - Себастьян не на шутку забеспокоился за родного брата.
- Сильван-Шервуд-Кедр Диссонанс! Я предполагал что угодно, только не это! Себастьян… В этом мальчике, как в ужасно дорогой книге, заложен очень большой секрет… Раскрыв его… у меня не будет конкурентов… Конечно, кроме Габриэля… Но это неважно! Я долго не мог понять, почему его музыка оказывает на людей и на то, что его окружает, такое воздействие. Как же… Диссонанс! Как же ты мог так прокараулить и потерять своего ученика? Малыш даже не понял, что раскрыл тайну своего учителя! Ха! Себастьян, теперь ты понимаешь, почему я так боролся за этого мальчишку? Он недостающий пазл в моей картине! Теперь я не буду просто известный Маэстро, пищащий на скрипке… Я смогу управлять… Хоть всем миром! Он привыкнет ко мне, полюбит как родного отца, забудет, что он какой-то там Эдвард! Он мой сын, Габриэль-Людвиг-Артур Минор! И никто больше! Он будет купаться в деньгах и славе, никто не сможет отказать ему в его милых просьбах и желаниях! Я всё ему подарю взамен… Его некоторых знаний. – Маэстро был уверен в себе как никогда.
- Людвиг-Минор, ты сошел с ума? Управлять миром? С чего ты взял, что мальчик будет чем-то делиться с тобой? Если он так быстро назвал имя своего преподавателя, значит, он не знает никаких секретов! – Себастьян не совсем понимал брата, но понял, что это его страсть, его всё... Что он искал в жизни.
- Я уверен в том, что я сейчас говорю… Я наблюдал за ним! Этот мальчик великий «маг»! Но он об этом не знает! Он не понимает, что он управляет людьми через музыку… Он заставляет их делать то, что ему нужно, он вводит их в транс, он может исцелить, успокоить, сделать счастливыми… А может наоборот! Как только он это поймёт, в его руках будет сила, управляемая только им… И он может поделиться этими знаниями со мной. Мне нужно только научить его управлять своими чувствами, желаниями, намерениями… Пока он передает только свои чувства… Если он плачет, все плачут с ним… Если он болен и хочет быть здоров, то, играя на флейте, он исцеляет людей. Я тебе говорил, что этот мальчик не должен попасть в плохие руки… Или будет большая беда… Как с ним самим, так и с другими! Его флейта… Это его сила! – Маэстро впервые за все время поделился своей тайной.
- Но Людвиг, если это действительно так… Нужно забрать у него эту флейту и вообще запретить заниматься музыкой… Это опасно! Ты не боишься пригреть в своем доме змею? Как только мальчик поймет свою силу… Ты будешь ему не указ, не авторитет! Себастьян не разделял радости брата.
Это не поможет, если забрать у него флейту… Он может очень сильно заболеть. Я это уже проверил. Его болезнь в конце зимы! И потом, он способен сделать себе новую флейту! Он ведь пытался сделать в сиротском доме себе новый музыкальный инструмент из ивы! Но, видимо, у него еще не развиты все способности, ему это не удалось! Но придет время, и он сможет это сделать… А я подожду! – Маэстро начал жалеть, что раскрыл тайну брату.
- Значит, твоя цель... чтобы мальчик, не осознавая, передал тебе знания, которые он получил от преподавателя, и изготовил для тебя музыкальный инструмент? Волшебную флейту? Людвиг, я тоже слышал эту сказку от матери... Но неужели ты в это веришь? Ты уже большой мальчик!!! И по легенде... чудесный музыкант может изготовить флейту только для того человека, которого он очень сильно любит, например, отец для сына, брат для сестры или девушка для любимого. А этот «Габриэль», он просто нас ненавидит! Я в этом уверен! - Себастьян сохранял разумное отношение к ситуации.
Он меня полюбит! Я стану для него отцом, преподавателем и другом. Он еще ребёнок и не понимает… Я думаю, скоро он оценит то, что я для него делаю… И из волчонка он превратится в уверенного в себе юношу. Я не знаю, кто этот мальчик, но его жизнь за последние два года была тяжелой… Я дам ему выбор: или улица, холод, голод, а затем тюрьма, или… благополучная жизнь в достатке и с большими перспективами. Его способность управлять аудиторией принесет ему деньги и славу… Люди будут ходить на его концерты за здоровьем, омоложением и счастьем, исполнением желаний… Они уже это делали, когда старый банщик устраивал филармонию в городской бане!
- И чем ты тогда будешь отличаться от этого старика? Ты хочешь также использовать мальчика? Людвиг-Минор, ты слышишь, что ты говоришь сейчас? – Себастьян был расстроен.
- Да... Наверно, ты прав... Наверное, ничем... Но у него будут деньги... И некоторая свобода... Он не будет падать от голода и изнурительной физической работы. У него будет дом. Да всё, что он захочет! – ответил, немного задумавшись, музыкант.
- А если он захочет от тебя уйти? Бросить всю эту карьеру и бесконечные занятия музыкой, жить спокойно… вернуться домой? Я ведь уверен, что он не просто сбегал, как беспризорник… Он куда-то стремился! Домой! – Себастьян, похоже, лучше знал юношескую душу и поведение.
- Ему что-то мешает вернуться туда, куда он так рвется… И, может быть, ему на самом деле не нужно туда возвращаться. Он не говорит своё имя и где его дом. Значит, он понимает, что там ему грозит опасность! – предположил Людвиг-Минор.
Не было ли бы благороднее с нашей стороны расспросить у юноши правду, может быть, где-то надавить, заставить признаться и отправить его домой, вернуть мальчика родителям и его семье? Я работаю с трудными детьми, но они все любят и скучают по своим родителям, даже по тем, кто это совсем не заслужил!!! – Себастьян не поддерживал и не одобрял план своего брата.
- Я постараюсь найти его родителей, но… Этот юноша останется моим студентом и сыном… До тех пор, пока я не выполню свою цель! Это моё окончательное решение! А теперь пора ужинать и спать! Завтра у нас всех будет трудный рабочий день! – Маэстро прекратил весь разговор.
Семья ужинала почти молча и невесело. Жена маэстро Виктория всё еще сердилась на мужа… Она игнорировала Габриэля (Эдварда), дети тоже молчали. Но в конце ужина малыши-близнецы подошли к новому брату, обняли его и пожелали спокойной ночи, так же как и всем остальным!
Себастьян решил выкрасть флейту… Не будет флейты... не будет проблем! Он решил остановить бредовую идею своего родного брата! Новость о том, что его бывший ученик еще к тому же и «маг», его сильно волновала… Но избавиться от флейты ему не удавалось.
Допустив мысль, что этот юноша действительно не Арсенио, он решил начать поиски сына. Единственного сына, которому он не подарил свою отцовскую любовь и заботу. Когда-то он давал ему подзатыльники в школе и ругал за «тупые мозги». Теперь он ругал себя за «тупые мозги". Как он не узнал его мать? Да и мальчик на него был чем-то похож. Себастьян не мог позволить себе забыть о сыне. Он был у него один. У его брата пять детей и еще шестой Габриэль (нашелся он или нет). Раньше Себастьян не планировал заводить семью, так как в молодости пережил огромное предательство и боль от любимой девушки, но новость о том, что у него есть ребёнок, хотя уже и совсем взрослый, изменила его мысли…
Продолжение следует…