В прошлом еще веке, в самом конце семидесятых занесла меня судьба-злодейка в лагеря. Нет, не те самые, но и не пионерские, а нечто среднее между ними – военные. По окончании военной кафедры всем студентам мужескаго полу полагался месячный выезд в ракетную часть для прохождения практики и сдачи итогового экзамена. Экзамен состоял из трех «испытаний», за каждое из которых выставлялась отдельная оценка: подход, ответ на вопросы билета, отход. В зачетку заносилось среднеарифметическое, и это, ей-Богу, не шутка и даже не студенческий фольклор.
Те немногие из нас, кто до института успел отслужить срочную, адаптировались быстро, заняли мелкие командирские должности и в три дня внедрили в студенческое братство подобие армейской дедовщины. Остальным оставалось (простите за тавтологию) только дивиться концентрации абсурда в отдельно взятой в/ч, хотя, казалось бы, не из Новой Зеландии приехали…
Мне запомнился способ чистки молодого картофеля, применяемый во время суточного дежурства по кухне. Сейчас бы такое назвали лайфхаком, а тогда просто массово использовали в армии. Записывайте: В ванну засыпаются два мешка картошки, затем заливается вода, чуть покрывающая картофельную массу. Туда залезают прямо в сапогах два солдатика лицом друг к другу и минут 10-15 топчутся на месте наподобие легендарного процесса отжима винограда для вина. Все, картошечка к приготовлению готова!
Но особенно впечатляла политработа. Ею занимался замполит, упитанный человечек в звании майора, в ведении которого была приличных размеров «Ленинская комната», ее эквивалентом на гражданке были так называемые «красные уголки». В «Ленинской комнате» можно было часок подремать на стуле, полистать томик из с/с Владимира Ильича Ленина, а также ознакомиться с записями в «Книге предложений» (на гражданке – «Книга жалоб и предложений»), лежавшей на видном месте. Впрочем, запись там имелась всего одна, выполненный рукой самого замполита отзыв на недавно вышедшую книгу другого Ильича, тогда еще вполне живого, но тоже уже казавшегося бессмертным Брежнева – «Малая земля». От многочисленных реакций, заполонивших тогда прессу Советского Союза, отзыв майора отличался только одним – в нем не было ни единого знака препинания. Самого замполита мы видели пару раз пробегавшим по казарме, но одно мероприятие он с нами провел, и это было нечто. В актовом зале, на фоне внушительной карты полезных ископаемых СССР майор прочел нам политинформацию минут на сорок, закончив ее выразительным пассажем, который я запомнил на всю оставшуюся жизнь:
- В мире четыре вычислительных центра. Из них один в Советском Союзе, один в США и два в Китае. Но мы никому не позволим разыграть китайскую карту!
Конечно, персональных компьютеров тогда еще практически не было, но уж вычислительным центром к тому времени в нашей стране обзавелась каждая уважающая себя контора. Но то, как замполит ухитрился приплести к ним актуальнейшую «китайскую карту», не могло не вызывать восхищения.
К чему я это в очередной раз вспомнил?
А к тому, что мы недавно в очередной раз услышали. И в очередной раз восхищенно подумали вслед за А.С. Пушкиным: «Ай да сукин сын!».
* – не иноагент, а всего навсего парафраз латинского "urbi et orbi" (граду и миру).