Впервые опубликовано на сайте «Сапа»
Похищение ребенка – преступление, но если похититель – один из родителей, то ему в России практически ничего не грозит. Примеры приводит обозреватель «Сапы» Антонина Матвеева.
Семейная драма развернулась на днях в Екатеринбурге. Отец похитил и скрывал трехлетнюю дочь от бывшей жены, с которой девочка должна была жить по решению суда. Покрывала его мать, бабушка ребенка: именно у нее в квартире и держали девочку.
Сколько времени искали ребенка, из новостей — неясно. Известно лишь, что вернуть ее удалось, когда к делу подключились судебные приставы и представители опеки. Они нагрянули в квартиру ее бабушки.
Главный вопрос на повестке дня: что грозит преступнику? И преступнику ли вообще? Как показывает практика, таковыми родственников признают нечасто. По закону похитителю светит до пяти лет тюрьмы в соответствии со статьей 126 УК РФ, но в отношении родителей она не работает. Ведь оба — законные представители и имеют на своих чад равные права. Поэтому дела чаще всего просто не возбуждают, а наказание мало кого волнует. Максимум, что грозит — штраф, если нарушено решение суда.
Лазейкой этой активно пользуются. Несмотря на то, что статистика семейного киднеппинга в России не ведется, в СМИ всплывают десятки подобных случаев. Из последнего: похищение трехлетней Полины из Нижнего Тагила. Отец укрывал у себя дочь два года.
Судебным приставам точно также пришлось штурмовать его квартиру.
Примечательно и то, что сообщи Полина о своем желании остаться с отцом представителям закона, тем пришлось бы развернуться и уйти восвояси. Какими именно методами отец убеждал ее два года принять его сторону, во внимание не берется.
Педофилы Шредингера: почему общество отрицает их существование
Еще один случай. Пару лет назад назад в Санкт-Петербурге мужчина прямо на улице жестоко избил бывшую жену и украл их общего ребенка. Это была четвертая попытка похищения, но уголовное дело завели только по факту избиения. Сказать, что история показательна — не сказать ничего. Еще и потому что полностью лишить родительских прав за похищение невозможно — закон этого попросту не предусматривает. Так, дележка ребенка может продолжаться до бесконечности.
Российская общественность делится во мнении. Одни требуют ужесточить наказание, другие уверены, что в большинстве своем, родители решаются на кражу во благо отпрыска. Если похитили, то исключительно чтобы спасти от нищеты, супруга-наркомана или привить «правильные» ценности (почему во главе угла должны стоять ценности конкретного родителя, история умалчивает).
Правозащитники в своих выводах более радикальны: в основе любого киднеппинга, в первую очередь, лежит месть бывшему супругу. Все остальное не более, чем ширма.
При этом мало какой родитель задумывается о травме, которую получит ребенок в результате акта насилия. Не берется в расчет и социальная адаптация: поскольку того вынужденно скрывают, в школу и поликлиники зачастую ход заказан. Иначе официальная регистрация, а там недалеко и до визита вышеупомянутых приставов.
Расстрел в Брянске: как эхо выстрелов услышали во всех российских школах
Как бы то ни было, по факту определять наилучшего опекуна для несовершеннолетнего должен суд. Но, практика показывает, что на слушании учитываются лишь наличие или отсутствие у родителей психических расстройств, судимостей и зависимостей. Глубоко копаться во внутрисемейных отношениях мало, кто готов.
А зря. Судя по рассказам жертв, подобное происходит и в богатых, и в малообеспеченных семьях. Скрытым тираном может внезапно оказаться как отец, так и мать.
Сейчас же работает право сильного. У кого больше власти, физической мощи и решимости — тот и будет определять чужую судьбу.
Автор: обозреватель «Сапы» Антонина Матвеева
* Мнение автора может не совпадать с позицией редакции