Мы открываем рубрику «Улицы твои, Югра», где будем рассказывать о героях, чьи имена носят улицы, будем делиться воспоминаниями старожилов о прокладке и строительстве новых улиц. Приглашаем к сотрудничеству архивы и музеи. И конечно, ждем писем и звонков от вас, уважаемые читатели!
Словами из песни «Городок» откликаются детские воспоминания у Надежды Табаченко о родной улице – Пушкина в Ханты-Мансийске. Она начиналась от Кировских яслей, перешагивала улицу Энгельса и устремлялась в лог, по которому тек чистый ручей.
Воспоминания детства
Эта улица есть и сейчас в центре города. Облик ее изменился до неузнаваемости. Тогда же, в 1960–1970-е годы, на улице было около пятнадцати одноэтажных домов с огородами и дворовыми постройками.
– На Пушкина прошла самая беззаботная, самая сокровенная часть моей жизни, – вспоминает Надежда Константиновна. – Наша большая семья приехала в Ханты-Мансийск в 1963 году, когда наш папа, Константин Иванович Табаченко, получил назначение на должность председателя горисполкома КПСС. Мама Лариса Андреевна была учителем математики. Нас было шестеро детей в семье. Правда, самый старший брат Олег в это время был уже самостоятельный и приехал к нам немного позже. Четверо из нас были школьниками, брат Валера пошел в седьмой класс, сестра Ольга – в пятый класс, я – в четвертый класс, брат Андрей – во второй класс, а младшей сестренке Лене было всего 4 года. В каждом доме было много детей, некоторые из них учились в одном классе, а их братья и сестры вместе – в другом, и все соседи на Пушкина дружили между собой.
Сестры Лидия и Галина Пановы (в девичестве) вспоминают, что на Пушкина жили семьи Актаевых, Рыковых, Хатиных, Гавриных, Марковых. В десятом доме – Созоновы Юрий Георгиевич и Евгения Федоровна с тремя дочерями. Табаченко проживали в доме № 4. Это был двухквартирный дом администрации Ханты-Мансийска. В нем в 1960–1970-е жили, сменяя друг друга, председатели горисполкома коммунистической партии: Анатолий Павлович Марков, Константин Иванович Табаченко и Владимир Иванович Рыбкин. Во второй половине дома жили Гаврины. Николай Семенович был заместителем председателя горисполкома, а Таисия Алексеевна – медик, впоследствии заведующая Кировскими яслями. Сами Пановы жили в доме № 6, он был на четыре входа со стороны двора. Их отец Виктор Михайлович работал в ОРСе сплавконторы, а мама Мария Семеновна – бухгалтером сначала в горсовете, а потом на ветеринарной станции. Глава семейства Гавриных был родным дядей по материнской линии Лидии, Галины и Татьяны Пановых.
– У Гавриных было трое детей. Старшая Люся – ровесница моего брата Валеры, Таня – одноклассница сестры Ольги, а младший сын Коля был моим одногодкой, – продолжает рассказ Надежда Табаченко. – Мы все жили одной дружной семьей, пока Гаврины не ухали в Березово. Но на протяжении всех этих лет поддерживали связь.
«Волга», мотоцикл и велосипед
– С Галей Пановой мы вместе окончили первую школу. Ее сестры Таня и Лида были значительно старше нас, но я хорошо помню, как они тепло общались с нами, учили иногда уму-разуму. В соседней квартире с Пановыми жили Китаевы. Саша Китаев часто бывал в нашей компании, он дружил с моим братом Андреем. А его старший брат Юра иногда катал нас на мотоцикле. Радости нашей не было предела! – делится воспоминаниями Надежда Табаченко. А Лидия Викторовна Бакшеева (Панова) добавляет, что когда ей первой из сверстников купили велосипед, то катались на нем всей улицей:
– Отец чинил велик каждый день, потому что катались на нем всей толпой до тех пор, пока не слетала цепь. Следующим удивлением для детского населения переулка стала «Волга». Ее купил Юрий Георгиевич Созонов – директор первой школы. Это была серо-светло-зеленая, очень большая и красивая машина. Кстати сказать, у Созоновых был фильмоскоп. И ребята со всей улицы часто собирались у них дома смотреть диафильмы. Его жена Евгения Федоровна, которая работала врачом, всегда была приветлива и добра к соседским детям. У Созоновых были дочери Света, Оля и Надя.
– Мы дружили со Светой Созоновой, учились в одном классе и вместе ходили в школу. В лесу, за логом, была большая земляничная поляна, там мы и другие дети собирали ягоды. Еще Созоновы в выходные любили устраивать пикник на поляне возле Кирпичного завода (сейчас там Центр искусств для одаренных детей Севера), – поддерживает разговор Галина Викторовна Ростовщикова (Панова). – Наше детство было бурным, с разными уличными приключениями, веселыми подвижными играми и лазаньем по заборам. Например, я вместо того, чтобы пройти пять метров по улице к соседнему дому, где жила моя вторая подруга Надя Табаченко, всегда перелазила через забор с нашего двора в их двор.
Благоустройство
Хочется отметить, что на Пушкина в 1960-х не было ни колодца, ни колонки. Только ручей в логу, там воду брали на хозяйственные нужды: полить грядки, постирать белье. Зимой в нем пробивали прорубь. Своих бань не строили, ходили в городскую, которая и сейчас располагается на своем историческом месте – улице Пионерской. Только теперь возле нее нет парящего горячего озера.
Председатели горисполкома жили, как все хантымансийцы.
– Конечно, никакого благоустройства в те годы не было, кроме электричества. У нас в квартире были две печи, которые мы топили дровами два раза в день. За водой ходили к водокачке через Энгельса на Ленина, – вспоминает Лидия Бакшеева. – В 12-летнем возрасте берешь коромысло с двумя ведрами – и вперед. Пока несешь воду зимой по скользкой тропинке, половину расплескаешь, да еще и сама обольешься. Сейчас коромысло только в сказках показывают, а у нас это была необходимая в хозяйстве вещь. Вот так и носишь, пока деревянную бочку не заполнишь. – А еще одним источником воды был дождь, в каждом дворе всегда стояла большая бочка с дождевой водой, а зимой даже снег иногда растапливали. Но я хорошо помню, что эти бытовые моменты нас как-то даже и не раздражали, – добавляет сестра Галина. Улица Энгельса стала первой асфальтированной улицей Ханты-Мансийска. Старожилы же еще помнят, что первоначально она была вымощена булыжником, как и улица Гагарина.
– Произошло это при правлении Маркова (А. П. Марков занимал должность председателя горисполкома КПСС в Ханты-Мансийске в 1960–1963 годах. – Ред.). Он вообще был, как сейчас бы сказали, «продвинутый». У Марковых был кинопроектор, и мы собирались у них дома, чтобы посмотреть какой-нибудь фильм, – вспоминает Лидия Бакшеева. – Смартфонов в те времена не было. И общение было каким-то другим – настоящим. Поэтому, наверное, мы до сих пор все дружим уже своими семьями. Мои собеседницы говорят, что от прежней улицы осталась только одна могучая ель, которая росла возле дома Созоновых.
– Всякий раз, когда я приезжаю в наш любимый город, я всегда с трепетом захожу на свою родную улицу Пушкина, даже от названия которой исходит что-то родное и теплое, – завершает рассказ Надежда Табаченко. – Люди, которых я знала, давно уже повзрослели, кого-то уже нет с нами. Каждый из нас помнит свое детство, у каждого есть много воспоминаний, связанных с родной улицей.
Читать в источнике