Фролова повысили в третий раз. Теперь он руководил двумя тысячами программистов. Стиль руководства Фролова можно было описать фразой: «Лучшее поощрение – это отсутствие наказания». На любых планёрках он орал так, что его боялись все. Попасть в записную книжку было самым страшным сном любого программиста. Он подвергал критике всё: внешний вид, манеру говорить, опоздания. Фролов не понимал и двух процентов из того, что ему сообщали на планёрках, но когда он слышал, что нужно ещё немного времени… Он свирепел на глазах, лицо краснело, в уголках губ натурально закипала слюна. Один раз порвал на себе рубаху, в другой раз схватил ноутбук со стола, грохнул его так, что он разлетелся на две половинки со словами «Я сделаю так с каждым, кто будет сдвигать дедлайны!. Во Фролове почти все время спал гениальный актер, зато он пробуждался во время совещаний. Всё делалось в срок. Чаще всего даже раньше. Руководство Фролова ценило и уважало. С каждым его повышением его зарплата росла в геометрической прогрессии. Он не знал куда тратить деньги. Вначале он стал покупать квартиры для дальнейшей сдачи. Купил три. В центре. Но пару раз после того, как его квартиранты кого-то залили, от этой идеи пассивного дохода Фролов решил отказаться. Он продал все квартиры. К его удивлению, денег стало ещё больше. Квартиры за полгода выросли в цене. Деньги тупо лежали на карточке. Тридцать миллионов рублей. Фролов стал плохо спать. Ему казалось, что скоро на работе все узнают, что он ничего не понимает в программировании и у него заберут все деньги! Он решил действовать. *** На ближайшем же совещании он, выслушав доклад одного из тимлидов, выждал паузу, и стал разминаться: — Почему так долго? — Как долго-то?! Раньше на неделю сдаём! - ответил мужчина в очках с модной оправой и в клетчатой рубашке. Фролову нечего было сказать. Он не понимал ни слова, что до этого объяснял очкарик. Он понимал, что это кусок какой-то программы для куска какой-то другой программы. Он посмотрел на большой экран презентации и заорал: — ПОЧЕМУ ТАК МНОГО БУКВ НА ЭКРАНЕ! — В смысле, Олег?! Это код! — Паша, ты видишь у меня на лбу надпись «кусок дебила»? — В смысле?! — ПАША, ПРОСТО ОТВЕТЬ! ТЫ ВИДИШЬ У МЕНЯ НА ЛБУ НАДПИСЬ «КУСОК ДЕБИЛА»?! - проорал Фролов. Люди в кабинете притихли. — Нет. – еле внятно ответил мужчина в очках. — А знаешь почему ты не видишь у меня на лбу надпись «кусок дебила»?! — Хм… — Потому что её там нет, Паша! - как же Фролову нравился фильм «Криминальное чтиво». — Можете нормально сказать? — Кода много, Паша! Тормозить будет! — Блин. Дайте ещё два дня. Мы сократим. — Конечно сократите. Только без тебя. Ты уволен. — Как уволен?! Но ведь код работает. — У нас нет двух дней, Паша! — Я не Паша! Я Максим! Пошли вы… *** Фролов стал пачками увольнять начальников отделов и ставить на их место своих людей. Своими людьми были: самые слабые и затюканные в отделах, приятные официанты, риэлторы, доставщики еды и т.п. В общем все те, кто казался Фролову ведомыми или легко контролируемыми. Они, как и он, ничего не понимали в программировании, но всегда кивали и соглашались с Фроловом. Через несколько месяцев в компании никто не понимал, чем она занимается. Все ходили четко на работу, шли длинные рабочие совещания, на которых обсуждали всё, кроме реальной работы. От компании стали уходить клиенты. Начались задержки зарплаты. Фролову было очень хорошо. Он полдня обсуждал на совещаниях «баб». Вторую половину дня он смотрел у себя в кабинете ролики на ютуб. Ему очень нравилась такая жизнь! Но случился тот самый день. Его вызвал к себе учредитель. Всё в тот же кабинет с портретами не то оленей, не то козлов. Фролов решил первым начать диалог: — Дмитрий Сергеевич, по поводу того, что ушла «нефтянка»… Они очень тупо техзадание дали. У них очень тупая… — Олег, хватит. Зачем ты мне соврал? Фролов понял, что этот момент наступил. Он тихо сказал: — Дмитрий Сергеевич, я пойду учиться! Я выучу это… — Нет! Ты - Близнецы! — Погодите, я же Козерог! — Прислали выписку из ЗАГСа! Как ты мог… Я думал, ты - настоящий Козерог. — Кто прислал? — Ты уволен! Фролов вышел из кабинета и увидел в приёмной бывшего кадровика Софию. Она улыбалась ему. Фролов подумал: «Нельзя злить женщин. Нельзя. Особенно — раков! (с) Александр Бессонов.
