Молодой Найдорф разделил в турнире очко с Алехиным.
— Поздравляю, — протянул ему руку партнер. — Теперь вы можете гордиться почетной ничьей с чемпионом мира.
— Извините, но счет наших встреч 1,5:0,5 в мою пользу, — поправил его Мигель.
— Что за шутки? — удивился король.
— Да-да, однажды вы проиграли мне в сеансе одновременной игры в Варшаве.
— Этого не может быть, вы ошиблись, — твердо заявил Алехин. — Я помню в лицо всех шахматистов, которые когда-либо выиграли у меня.
— Разрешите напомнить обстоятельства, при которых это произошло, — сказал Найдорф. — В сеансе было запланировано двадцать пять досок, но вас попросили допустить еще двух подростков, жаждущих сразиться с такой знаменитостью. Однако число 25 было оговорено заранее, и вы отказались. «Неужели вы испугались этих мальчишек?» — обвинил вас кто-то из организаторов. «Что?! — возмутились вы. — Да я готов играть с ними вслепую!» И тогда ребят посадили вдали от столиков, так, что вы не могли их видеть. Сеанс закончился со счетом 26:1, а единственную победу над вами одержал один из мальчиков, с которым вы играли вслепую. верьте, хотите нет, но это был я!
Так это вы эффектно пожертвовали мне ладью на е6?! — воскликнул Алехин, который, конечно, вспомнил эту давнюю встречу. — А я двадцать лет мучился, что так и не увидел соперника, красиво обыгравшего меня в Варшаве!