Каждый новый стиль считает, что ему-то, в отличие от глупых предшественников, удалось найти единственно правильный способ изображения действительности. Так вёл себя по отношению к классицизму и романтизм.
Русский классицизм (совпав по времени с Просвещением) отстаивал разум как высшую ценность. С помощью логичных доводов о пользе добродетели можно изменить человека, а если вы хотите быть хорошим писателем, то достаточно строго следовать правилам того или иного жанра.
Идеи романтизма исходят от противного. Мир принципиально непознаваем разумом, а значит, нужно обращаться к иррациональному: снам, видениям, изменённым состояниям сознания. Время действия зачастую сумерки или ночь. Другими словами, любое необычное либо пограничное состояние человека, природы. Само слово “романтизм” изначально переводилось как “причудливый, фантастический”.
Все эти особенности были результатом представления о двоемирии: веры в существование потустороннего, идеального мира, проникнуть в который возможно как раз во сне или видении. Но это в поэзии. А в прозе чаще бывало наоборот: фантастические существа по своей воле приходили в наш мир, чтобы помочь героям или поохотиться за их душой. Известный каждому по народным преданиям мир духов манил романтиков таинственностью.
В Россию этот стиль пришёл через переводы немецких авторов, выполненные В.А.Жуковским. Посмотрите на самые известные переводные баллады: “Людмила”, “Светлана”, “Лесной царь”. В ночной атмосфере размываются границы между реальностью и фантастикой. Жуковский рисует жуткие картины столкновения с потусторонними силами, желающими овладеть душами героев. Если в классицизме борьба добра и зла была явлением социальным, то в романтизме она переходит на метафизический план.
Писатели этого периода впервые по-настоящему заинтересовались национальным колоритом: они собирают и записывают фольклор, который после художественно переосмысливают, пишут "литературные" варианты легенд и сказок. Так, у Жуковского и Пушкина появляется мотив святочных гаданий, отсюда берёт начало "народная" нечисть Гоголя. Это касается не только родной культуры: многие обращаются к экзотическим (чаще восточным) мотивам.
Если же говорить о русской литературе ужасов, то первым текстом считается "Лафертовская маковница" А.Погорельского, позже вошедшая в целый цикл готических повестей "Двойник, или Мои вечера в Малороссии". Жанр цикла повестей появляется в русской литературе у Погорельского впервые. Такой цикл имеет рамочный сюжет, объясняющий ситуацию рассказывания, который нанизывает небольшие повести. По такому принципу, например, построены не относящиеся к нашей теме "Повести Белкина" Пушкина.
Самыми известными циклами страшных повестей позже стали "Вечера на хуторе близ Диканьки" Н.В.Гоголя и "Вечера на Хопре" М.Н.Загоскина - малоизвестного в наше время, но одного из самых читаемых авторов начала XIX века. В поисках чего-то нового поклонникам жанра я бы посоветовала именно этот цикл.
Не имеет смысла подробно останавливаться на сюжете отдельных повестей, так как в подобном жанре эффект рассчитан на самостоятельное чтение и детали, а не фабулу. Общая идея всем известна: силы зла, как всегда, пытаются овладеть чистыми душами героев. Некоторым из них удаётся преодолеть испытания, другие погибают. Изредка мистика работает и в обратную сторону: невинно погибшие помогают своим родным в мире живых. Сюжеты страшных повестей весьма традиционны и однотипны.
Стоит упомянуть ещё несколько текстов из категории качественной литературы, помня о том, что среди забытой массовой увлечение мистикой имело гораздо бóльшие масштабы.
Прямым предшественником Гоголя в переносе малороссийского фольклора в литературу был О.М.Сомов. Самыми известными его повестями были "Русалки" и "Киевские ведьмы", но и других подобных текстов у него немало.
"Уединённый домик на Васильевском". Повесть издана и написана В.П.Титовым, но сюжет был рассказан на вечере у Карамзиных А.С.Пушкиным. В то время было популярно известное каждому ныне детское развлечение: собираться по вечерам и в компании рассказывать страшные истории. Титову рассказ Пушкина очень понравился. Возвратясь домой, он его записал и позже, с разрешения Пушкина и под его редакцией, издал.
Не обошлось и без более известных авторов. Это и "Страшное гадание" А.Бестужева, и, к сожалению, неоконченный "Штосс" М.Ю.Лермонтова. Элементы страшной повести входили и в более крупные тексты, вроде "Пиковой дамы" Пушкина или "Портрета" Гоголя.
Условным финалом романтической моды на ужасы считается повесть начинающего тогда автора А.К.Толстого "Упырь". Мистика на этом не исчезает из русской литературы, но на время становится явлением периферийным. Следующий расцвет случится уже в Серебряном веке.