Он не пощадил Бориса Александрова.
Бориса Александрова можно назвать одним из самых конфликтных игроков в истории советского хоккея. Уроженец Усть-Каменогорска воспитывался в семье фронтовика-инвалида и рос ребенком с очень ершистым характером. С возрастом ничего не поменялось — Александров был достаточно наглым спортсменом, у которого не было авторитетов. На первой же тренировке после перехода в ЦСКА он жестко приложил одного из самых уважаемых игроков той эпохи — Александра Рагулина. Что поразило абсолютно всех игроков армейцев, многие из которых называли легендарного защитника исключительно по имени-отчеству. Такая вседозволенность в конце концов неоднократно выливалась в громкие скандалы с участием талантливого форварда.
Например, летом 1977 года, после одного из веселых вечеров, изрядно выпивший Александров решил поехать домой на такси. Известный хоккеист подошел к остановке, на которой была большая очередь. Но стоять и ждать в его планы не входило, поэтому он встал в самое начало цепочки из людей и даже оттолкнул 55-летнюю женщину. А когда та возмутилась, форвард армейцев ударил ее в лицо. Стоявшие в очереди мужчины хотели устроить подлецу самосуд, но оперативно прибывший наряд милиции спас здоровье хоккеиста. По итогам того скандала Александрова могли посадить в тюрьму, но руководство ЦСКА заступилось за своего игрока и все-таки договорилось с пострадавшей женщиной о мировой.
А всего за несколько месяцев до этого Борис вляпался в другой скандал. Во время принципиального матча против московского «Спартака» он грубо толкнул на борт форварда красно-белых Валентина Гуреева. Соперник Александрова получил тяжелое сотрясение мозга и даже потерял сознание. И все это на глазах у генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Брежнева!
На этом опальный форвард не успокоился. В 1979 году он очень серьезно повздорил с главным тренером ЦСКА Виктором Тихоновым.
«В 1979 году мы играли в Ленинграде со СКА. Отыграли первую встречу. И вот стою я на ступеньках гостиницы и разговариваю со своей подружкой — фигуристкой Мариной Леонидовой (бронзовый призер чемпионата СССР в паре — прим. ред.). Время — минут пятнадцать двенадцатого. Подъезжает Тихонов: ах ты, такой-сякой, завтра игра, а ты тут с проститутками стоишь. Ну, я и ответил ему в том же духе, тоже не в очень приличной форме. В общем, на следующий день собрание — меня в Москву отправляют. Я обиделся, в Москву не поехал, остался в Ленинграде на четыре дня. А когда вернулся, узнал, что уже играю в липецком СКА МВО», — вспоминал Борис Александров.
Отправляя форварда в Липецк, Тихонов обещал ему, что в случае изменения поведения он ждет его обратно в ЦСКА. Однако на деле все оказалось иначе. За все время, что Борис провел в СКА МВО, к нему не приехал никто из представителей армейцев. Ни один человек не интересовался его игрой и делами за пределами площадки. А значит, и вызова в ЦСКА последовать не могло. Единственным человеком, принявшим сторону Александрова, был великий Анатолий Тарасов. Но на тот момент он уже не имел никакой власти в армейском клубе.
Спустя годы Александров осознал свою вину и очень жалел о том конфликте с Тихоновым. Борис понял, что Виктор Васильевич относился к нему справедливо. Но в молодости он этого совершенно не осознавал.
«Есть о чем вспомнить. Чего же я чаще думаю о том, что не удалось, о чем жалею? Успокаиваю сам себя, а никак не успокою! Если бы я только понимал тогда, что Тихонов имеет моральное право требовать: хоккею — или все, или ничего! Полное моральное право — он сам отдает хоккею все. И у ребят — то же право. А я отругивался: отругнусь — отстанут, вроде и победил. Если б я теперь понимал хотя бы, как остановить дураков, тем же путем идущих?! Дураки, дураки… Я говорю им: посмотрите на меня! Эх, сегодняшнюю бы голову да на те, на молодые плечи», — сокрушался бывший форвард ЦСКА.