«Папочка, простите».
Во времена СССР, в отличие от нынешних, «Зенит» не считался топ-командой. Клуб из Ленинграда сверкнул в 1984-м году, когда взял союзное золото под руководством Павла Садырина. А еще в 1944-м году «Зенит» стал первой немосковской командой, которая выиграла Кубок СССР.
Но яркие игроки в Ленинграде были даже в безтрофейные времена. Один из них — нападающий Александр Маркин. Он родился в 1949-м году Магнитогорске, а первые шаги в большом футболе делал в хабаровском СКА, где проходил армейскую службу. Дальше был переезд в Пермь — там талантливый форвард отыграл четыре сезона. В 111 матчах за местную «Звезду» Маркин забил 51 гол, а в 1974-м году и вовсе стал лучшим бомбардиром первой лиги.
После этого на футболиста ждал новый вызов — в высшей лиге. Он оказался в «Зените». По такому же маршруту за 10 лет до этого проследовал как раз упоминавшийся выше Садырин. Но он в 1975-м году уже заканчивал игровую карьеру в «Зените» (и вообще в футболе). А Маркин только начинал свой путь в городе на Неве. В Северную столицу его, кстати, сосватал Николай Самарин, зенитовский защитник 1950-х, в то время тренировавший пермскую «Звезду».
За «Зенит» Маркин провел три сезона. И тоже успел сверкнуть. Особенно удался Маркину так называемый осенний чемпионат 1976-го года (в тот год проводилось два чемпионата — осенний и весенний). Форвард «Зенита» наколотил 13 голов в 15 матчах и выиграл бомбардирскую гонку. Он стал первым игроком ленинградской команды, который добился такого достижения. А также первым футболистом в истории «Зенита», который забил 4 мяча в одной игре. Это произошло на стадионе имени Кирова — в матче против ереванского «Арарата». А сам «Зенит» впервые в своей истории завоевал престижный приз имени Григория Федотова, как самая результативная команда чемпионата.
По итогам такого сезона Маркин занял 4-е место в номинации «Лучший футболист года» после Астаповского, Кипиани и Блохина. Но несмотря на это, Маркина ни разу не пригласили в сборную СССР. Его игнорировали как Валерий Лобановский, который делал ставку на местных динамовцев, так и работавшие после него Валентин Николаев и Никита Симонян — они больше доверяли знакомым им москвичам.
Этот факт, конечно, огорчал футболиста. Как и то, что в Ленинграде ему не спешили улучшать жилищные условия, несмотря на все его бомбардирские подвиги. Он продолжать жить с семьей в очень скромной квартирке, которую получил, как только перешел в «Зенит».
Все это не могло не повлиять на ощущения футболиста. «Александр был слишком ранимым для спортсмена», — говорил о нем тренер «Зенита» Герман Зонин. Итогом стало то, что Маркин потерял мотивацию, стал нарушать режим и пропускать тренировки. Он стал посещать бары и рестораны в компании сомнительных личностей. В общем, футбол отошел на второй план. Пошли проблемы и в личной жизни…
«Талантливый форвард, — говорил о нем Зонин в интервью «СЭ». — Кабы не тяга к рюмке, играл бы на самом высоком уровне. Как-то спрашиваю на тренировке: ты почему упражнение не выполняешь? Он в ответ: «Маркин знает, как себя готовить». — «Вон отсюда!» — и выгнал с поля. Потом подсел к нему: «Саша, я к тебе со всей душой. А ты как себя ведешь? Да и что знать-то можешь — только когда тебе выпить надо да похмелиться». Маркин в таких случаях всегда отвечал: «Папочка, простите. Вот она дурная бестолковка», — и стучал кулаком по башке».
Итогом загулов Маркина стало то, что в конце 1977-го года его отчислили из «Зенита». Любивший дисциплину Зонин не стал все это терпеть. Потом Александр отыграл два сезона за ростовский СКА, и даже позабивал там, но это была уже его лебединая песня. Было понятно, что карьера близится к концу.
В начале 1980-х футболист вернувшись в Ленинград, где окончил Институт советской торговли. После этого работал директором вагона-ресторана, благодаря чему смог освоиться в новой жизни, несмотря на непростые времена. Хотя и тут с ним произошла неприятная история. «Опоили его, ключ сняли, все украли. Суд был», — рассказывал Зонин.
Тяга к выпивке в конце концов довела его до грустного финала жизни. Маркин погиб, когда ему было всего 46. «Дома заснул пьяный с непогашенной сигаретой, вспыхнул пожар, — и задохнулся в дыму», — так рассказывал о его печальном конце Зонин. Глупая смерть, иначе и не скажешь. Кто знает, чего бы он добился в футболе, если бы обстоятельства сложились по-иному…
И еще один факт — своего сына Маркин назвал Эдуардом. В честь Стрельцова — человека с очень непростой судьбой. Жизнь которого тоже исковеркала выпивка.