Валентина Григорьевна хлопотала на кухне. На сковородке жарилась курочка, а в кастрюльке варилась картошка. Хлопнула дверь и через пять минут вошла невестка. На кухне сразу воцарилась враждебная атмосфера. Один взгляд на невестку и по спине побежали какие-то неприятные мурашки. Альбина нахмурила брови и сверлила взглядом свекровь. Глубокий недовольный выдох и молчание. Тишина, от которой бежать хочется, роняя тапки. Валентина Григорьевна предприняла попытку направить разговор в мирное русло, хотя практика показывала, что если Альбина в плохом настроении, то уже ничего не поможет.
- Привет. Как дела? Устала? А я ужин готовлю. Скоро всё будет готово.
- Вижу. – процедила Альбина сквозь зубы и продолжила сверлить свекровь своим взглядом, не женщина, а инструмент. - Курицу жарите.
Просто констатация факта.
- Жарю. – удивлённо кивнула Валентина Григорьевна.
Очевидно же, что не варит.
- Понятно. Я её вообще-то запечь планирована. Вечно вы всё жарите, да, и ещё с этой дурацкой корочкой. О полезной еде что-нибудь слышали? Картошка ещё эта, опять туда полпачки масла положите! Ужас. Бррр.
Альбина несколько раз встряхнулась, чтобы усилить своё «бррр» и скривила лицо, чтобы не оставалось никаких сомнений, что она крайне недовольна и готовку свекрови она считает чем-то ужасным. Валентина Григорьевна внутренне сжалась, но нашла в себе силы найти слова в собственную защиту.
- Так я эту курицу купила, разделала…
- И что? Лежит-то она в нашем холодильнике, я её уже видела и у меня были планы.
- Ты после работы, а запекать минимум час, а так уже скоро всё будет готово…
- Ничего страшного, подождали бы.
- Я помочь хотела.
- Ваша помощь уже поперёк горла! Плиту после себя помыть не забудьте, а то после вашей готовки она всё время в масле! Крышку что ли не используете или по полбутылки за раз выливаете?! Понятно почему масло так быстро заканчивается, только и успевай в магазин бегать и тележками вывозить.
Альбина развернулась и ушла, оставив свекровь глотать слёзы от обиды. Вот что не так? Валентина старается, помочь им с сыном пытается, готовит, старается облегчить быт, а вместо благодарности одни упрёки. Что не сделай, всё не так. Разве это справедливо?
Через полчаса пришёл сын. Валентина Григорьевна разложила еду по тарелкам и поставила всё на стол.
- Привет, мам. Руки помыл. Альбина сейчас спустится.
- Отлично. – чуть опустив голову прошептала Валентина Григорьевна.
Альбина действительно пришла на кухню через минуту, просканировала пространство и не стала сразу садиться, а задала вопрос.
- Можно нам с Даней поесть?
- Конечно.
Удивилась свекровь этому вопросу, не поняв, какой смысл был в него заложен. Она же для всех готовила, а не только для себя. Альбина закатила глаза и снова многозначительно выдохнула. Она так часто это делала, что это уже походило на какую-то регулярную дыхательную гимнастику.
- Наедине можно нам с Даней поесть? Вдвоём. Без вас! Как ещё точнее можно выразиться?!
Валентина Григорьевну словно ледяной водой облили. У них в семье раньше всегда была традиция, что они едят вместе. Садятся за большой стол, обсуждают, что произошло за день, какие проблемы, кого и что беспокоит или наоборот делились радость. Видимо это было, когда дети были маленькими, а муж ещё жив, а сейчас сыр вырос, женился и её членом семьи уже и не считают. Она взяла тарелку.
- Конечно. Вы хотите побыть вдвоём. Я поем у себя. Приятного аппетита.
- И тебе, мам. – бросил вслед сын.
А невестка и вовсе проигнорировала. Даня, когда на втором этаже закрылась дверь в комнату мамы, спросил.
- Ну, чего ты так? Ей же будет там неудобно.
- Там есть стол.
- Да, но не кухонный.
- И что? Я хочу с мужем побыть без свидетелей. Можно?
- Можно…
- И что это такое? Я уже не могу. Почему мы живём с твоей мамой? Это твой дом или нет? Когда мы познакомились, ты сказал: «у меня свой дом», но забыл упомянуть, что к нему прилагается и твоя мать!
- Дом большой. Комнат достаточно, участок тоже немаленький. Что не так?
- А то что она делает всё не так! Тряпки берёт и нормально их не отжимает, они потом тухлятиной воняют, выкидывать приходится. Тарелки ставит абы как. Они вообще-то должны идти в определённом порядке, чтобы брать было удобно, сначала высокие, потом глубокие, а затем маленькие, а она ставит всё вперемешку. Уже сколько раз ей простую вещь объясняла. Когда стирает гель льёт как будто это вода, а он, между прочим, концентрированный.
- Ну, она просто привыкла к другому, его, видимо, нужно было наливать больше.
- Да?! А читать она умеет? Там на упаковке всё написано. Забыла, этикетку к себе повернула и прочитала, если память такая короткая.
- Солнышко, не кипятись. Ну, чего ты сегодня такая злая?
- Да потому что двум хозяйкам на одной кухне… Нет, не на кухне. Двум хозяйкам не место в ОДНОМ доме.
Даниил встал и прижал жену к себе.
- Ну, перестань ты. Она нам помочь пытается.
- Такая помощь поперёк горла. Вечно её защищаешь! Сядь и ешь!
Даня сел на место и положил курицу в рот.
- Уммм. Как вкусно.
- Ага. – хмыкнула Альбина. – И жирно. Повышенный холестерин обеспечен.
После ужина она взяла тарелки со стола и стала загружать их в посудомоечную машину, в этот момент на кухню робко зашла Валентина Григорьевна. Альбина быстро положила таблетку в необходимый отсек и закрыла дверцу.
- Места больше нет. Помойте за собой самостоятельно. На губку одну каплю средства и отожмите её нормально после того, как закончите. – Она снова многозначительно выдохнула. – Хотя нет. Оставьте в раковине, знаю я вас, потом вода даже на полу будет. А лучшем сейчас уместить постараюсь.
Альбина открыла только начавшую работать посудомойку, взяла тарелку из рук свекрови и положила её внутрь, где места было предостаточно. С грохотом в нужный отсек полетела и вилка. Ещё раз захлопнув дверцу, она кивнула на плиту.
- Помыть не забудьте, а после ещё сухой тряпкой протрите.
Продолжение сериала в следующих статьях. ❤️