- Ну вот, - с досадой процедил я. - Как это всё глупо и не вовремя! Воин из меня теперь никудышный. Левая рука совсем не слушается... Надо валить из этого сна, пока не поздно! Я ещё тут покомандую немного своим спрайтом... Покуда этот отряд головорезов под моим контролем - опасаться нечего! Они на тропе, как пробка в бутылке - всю армию держат. Солдаты с дороги в непролазную чащу с нечистой силой самостоятельно сунуться не рискнут... А ты - давай, просыпайся! Возвращайся в первый наш сон, и жди меня в подземелье замка. Я постараюсь тут долго не задерживаться...
- Одна?! А как же ты? - дрожащим голосом произнесла Алина. - Вон, у тебя из спины стрела торчит... Ужас! И спереди её тоже видно... Кровищи-то сколько! Больно?
- В реале, наверное, было бы больней. Ты мне зубы тут не заговаривай... Давай, вали отсюда!
- Я тебя в таком состоянии не брошу, - заупрямилась Алина. - Вместе сюда пришли, вместе - и возвращаться будем... Как положено, держась за руки. А вдруг тебя одного в иное время, или место выбросит?
- Да пойми ты, мне своего спрайта сейчас никак нельзя оставлять без присмотра! Если я перестану его контролировать - он тут же бросит штурмовиков в атаку на баррикаду. А следом и вся армия на нас обрушится лавиной... Мне и так с трудом удаётся удерживать на месте этих головорезов, болтая с тобой! Извини, но одновременно вернуться в первый сон у нас, видимо, не получится... Уходи!
- Хорошо, - подозрительно легко согласилась девушка. - Не будем спорить... Только тогда сначала ты возвращайся в первый сон. А я займусь этим великаном со шрамом. И не строй из себя героя! Ты же сейчас кровью истечёшь...
- О, господи! - застонал я. - Мотай отсюда! Я точно истеку кровью, пока ты упираешься... Или этот спрайт успеет отдать приказ на штурм. В то время, когда мы его будем передавать друг другу... И вот тогда остановить толпу никому не подчиняющихся воинов - точно уже не получится!
Я даже боюсь представить, что может грозить нам в таком случае... Учти - ни меня, ни тебя в плен брать не будут! Они военачальника своего не пощадили... А что произойдёт, если мы сейчас погибнем?! И где придём в себя, если вообще проснёмся? Я не знаю... Это ведь двойной сон!
Может быть, я зря паникую и всё обойдётся... Нас, в целости и сохранности, после смерти здесь, сразу выбросит в первый сон, или даже в реальность… А может - не обойдётся! И мы с тобой окажемся поутру в коме - ты в своём Подмосковье, а я - в Моздоке. Два овоща, застрявшие ночью между сном и явью.
А может случиться, что наши сердца и мозги вообще не выдержат, и откажут во сне... Хочешь поэкспериментировать?
- Ладно, ладно! - перебила меня девушка. - Не волнуйся ты так! Всё... Я ухожу. Буду ждать тебя в подземелье замка, как и договаривались... Пока ты не вернёшься!
Алина вытерла кулачком слёзы и закрыла глаза... Целую минуту, а может быть, и больше, она сидела на траве молча, неподвижно обхватив руками голые коленки и уперев светловолосый затылок в ствол поваленного дерева. Ничего не происходило. В такой экстремальной ситуации расслабиться, переключить своё сознание на красивые картинки-образы старого замка было непросто... Я понимал это и терпеливо ждал, продолжая следить за своим спрайтом.
Долгий, эмоциональный монолог отнял у меня много сил… Я подумал с равнодушной отрешённостью - интересно, а получится ли сбежать самому из средневекового сна в таком состоянии? А вдруг ничего не получится? Что тогда меня ждёт? Кровищи-то из раны и правда натекло на земле уже целая лужа... В реальности я находился бы сейчас на грани обморока. Или - уже за гранью... А во сне - ничего, держусь пока. И продолжающая кровоточить рана почти не беспокоит... Только вот сидеть на земле неудобно - торчащая из спины стрела не давала откинуться на упавший ствол.
Обстрел баррикады, между тем, активно продолжался... Стрелки, наверное, решили выпустить в нас весь свой боезапас перед решающей атакой. Они палили беспорядочно, вразнобой из боевых луков и арбалетов, целясь в узкие просветы завала. Авось, кто-нибудь да и попадёт случайно в спрятавшуюся за стволами баррикады нечисть...
Стрелы и арбалетные болты так и свистели вокруг. Они вонзались в кору, высекали щепки из деревьев, улетали куда-то в чащу, перебивая с хрустом тонкие ветки... Впрочем, мы с Алиной находились пока в полной безопасности.
Я молча наблюдал за девушкой. И в какой-то миг веки мои устало сомкнулись... Слабость растеклась тёплой волной по всему телу. Вот чёрт! Не хватало мне ещё потерять сознание в такой решающий момент... И как это состояние будет выглядеть здесь, во сне?
...Когда я через несколько секунд заставил себя невероятным усилием воли открыть глаза, фигура Алины уже побледнела, превратившись в неподвижную, словно вырезанную и наклеенную на яркий мир плоскую картинку. Потом, изображение девушки заколыхалось, пошло рябью... Раздался знакомый лопающийся звук и Алина, сжавшись в крохотную точку, бесследно исчезла. Я облегчённо вздохнул... Ну вот, девушка теперь в полной безопасности. Можно позаботиться и о себе.
Глава пятнадцатая
Русские не сдаются!
Всё-таки, с каждым погружением на более глубокий уровень сна, человеческие возможности в нереальном мире заметно увеличивались... Это я уже успел подметить. Улучшались, например, способности к восприятию умений, возрастала скорость реакции и всех рефлексов иллюзорного тела, из глубин памяти легко всплывали давно забытые знания...
Чтобы очутиться в средневековой галлюцинации, находясь уже во сне, нам с Алиной потребовалось несколько реальных безрезультатных ночей. А успешная последняя попытка погрузиться в нужный, пятнадцатый век заняла минут двадцать... По моим субъективным ощущениям в первом сне. Но теперь, чтобы вернуться обратно в подземелье, этого времени не было... Всё пошло слишком уж стремительно и непредсказуемо.
Я боялся возможных проблем, с возвращением в первый сон, поэтому и гнал от себя девушку побыстрее... У неё должна была оставаться дополнительная попытка, в случае неудачи, и гарантированная возможность спокойно переместиться в безопасное место.
Но в двойном сне сознание, безусловно, лучше управляло иллюзорным телом и взаимодействовало с нереальным миром. Второе, более глубокое погружение, явно усилило существующие способности Алины, как слипера. Я сам только что мог наблюдать это воочию.
Для возвращения в наш первый сон, девушке потребовалось всего минут пять и единственная попытка! Так быстро погружаться в иллюзорный мир у меня, например, ещё не получалось. Да и для Алины, вероятно, это было абсолютным рекордом... Причём, девушка сумела расслабиться и перебраться в другую галлюцинацию, находясь в сильном стрессовом состоянии!
Значит, и у меня такое перемещение в спасительное подземелье должно получится без проблем... И тоже, вероятно, с первой попытки. Даже при наличии проклятой стрелы, застрявшей в спине!
Внутренний голос, робко пытавшийся поспорить с такими смелыми выводами, я уже не слушал... У меня всё получится! Надо только успокоиться и настроить себя на успех...
***
А между тем, напряжение в рядах воинов, запрудивших лесную просеку в пятидесяти метрах от завала, нарастало с каждой минутой. Обстрел баррикады продолжался, но уже какой-то вялый... Тратить бессмысленно стрелы и болты лучники с арбалетчиками впустую передумали.
Бездействие возмущало этих зажатых в толпе воинов, тесно набившихся в узкую просеку, словно селёдка в бочку. Из-за давки людям даже дышать в столь ограниченном пространстве было непросто… А новые силы всё продолжали прибывать и напирать.
Такое беспомощное, малоподвижное состояние лишало воинов всякого мужества... Непонятная для задних рядов остановка в лесу выглядела, по меньшей мере, странной. Тем более, что ни ведьма, ни её приспешники показываться людям не торопились, и в бой не ввязывались.
Штурмовики продолжали стоять непреодолимой преградой на пути… Теперь, в отсутствии убитого военачальника, никто не знал, что следует делать остановившейся армии дальше?
Людей в лесу постепенно охватывали растерянность и страх. Холодные взгляды злобной нечисти и подозрительные жуткие звуки мерещились воинам за каждым деревом и кустом. Однако, пока ещё слова монашьих молитв звучали громче недовольного ропота...
Я сглотнул тягучую слюну. Ну вот и всё... Пожалуй, мне тоже пора убираться отсюда. Я оставил, наконец, в покое своего грозного спрайта со шрамом, закрыл устало глаза. Постарался выкинуть из головы всех этих свирепых рыцарей, поющих монахов, лесную дорогу, запружённую людьми... И тревожное ощущение надвигающейся опасности, напополам с непрекращающейся пульсирующей болью от стрелы в спине. Расслабился, насколько это было возможно в моём положении. И извлёк из глубин памяти образы знакомого подземелья...
Конец 29 части...