«Украина – страна, в которой практически отсутствует свобода слова и свобода СМИ, хотя так называемый Запад упорно старается этого не замечать. Все нормы и стандарты в этой сфере последовательно нарушались с момента её создания, и особенно они усилились после государственного переворота 2014 года и после начала специальной военной операции, 24 февраля 2022 года.Таким образом, у нас были санкции, за которыми последовали тотальные запреты на публикации, которые не соответствовали линии правительства, закрытие телеканалов, критикующих команду Владимира Зеленского, и, наконец, полная монополизация электронных СМИ Офисом президента. Однако украинцы сегодня всё меньше верят в правдивость пропаганды власти»,
– пишет польское издание Mysl Polska.
С 24 февраля 2022 года украинцев должны были информировать о ситуации на фронте специально созданной программой, получившей название «Телемарафон». Идея была проста – несколько крупных телеканалов должны были работать вместе, чтобы создать совместную 24-часовую программу. Инициативу якобы взял на себя тогдашний министр культуры Александр Ткаченко.
Со временем их собственные новостные программы исчезли из эфира, отмечает автор статьи (Mateusz Piskorski).
В начале января газета The New York Times опубликовала статью, в которой приводится ряд критических мнений об информационной монополии Украины. В основном, цитировались мнения украинских экспертов.
Оксана Романюк, исполнительный директор украинского Института массовой информации, сказала: «Всем надоели эти картинки, которые говорят, что «мы побеждаем, нас все любят и дают нам деньги».
Киевский международный институт социологии недавно провёл опрос доверия украинцев к пропагандистскому «Телемарафону». Интересно, что этот центр был связан с многолетним сотрудничеством с американцами, в том числе с запрещённым в России агентством США по международному развитию (USAID)*, подконтрольным Госдепартаменту, которое активно работает на Украине. Результаты исследования, хотя и ожидаемые, показывают чёткую тенденцию. В декабре 2023 года информации, предоставленной пропагандистским монополистом, верили лишь 43% опрошенных (в первые месяцы вещания таких было 69%).
Интересно, что о недоверии к каналу чаще всего заявляют жители западных областей страны (44%), хотя этот результат может быть результатом запугивания жителей юга и востока. Все данные ясно показывают, что единый пропагандистский посыл, созданный минкультом и администрацией президента Украины, провалился менее чем через два года.
С одной стороны, это доказывает вполне очевидные явления: усталость от войны и снижение поддержки политического класса, что подтверждается отказом команды Зеленского от проведения президентских выборов в мае. Однако альтернативные коммуникации также играет важную роль. Молодые украинцы, в частности, узнают о событиях на фронте и за его пределами из набирающих популярность социальных сетей.
«Примитивный, дезинформационный и пропагандистский посыл "Телемарафона" уже является чем-то очевидным не только на Украине, но и в США и других странах. Между тем, польскоязычные мейнстримные СМИ продолжают относиться к рупору Зеленского как к источнику якобы объективной информации. В результате нас кормят очередными фантазиями о предстоящей великой победе Киева в противостоянии с Москвой. С другой стороны, ложная информация приводит к ложным политическим выводам, а они приводят к неправильным решениям, которые в наши дни могут дорого обойтись всем нам»,
– заключает Mysl Polska.