- Мама, я выхожу замуж, – ошарашила Ирина родителей, вернувшись с пляжа.
- Не поняла, – охнув, опустилась на стул мать. – Тебе еще и двадцати лет нет...
- За кого? – деловито поинтересовался отец.
- Его зовут Леонидом. Он из Москвы. Недавно вернулся из армии. И он ... такой... – дочка мечтательно закатила глаза, не находя слов, и вдруг добавила: – А как в музыке разбирается!
- Ну да, для семейной жизни это очень важно, – хмыкнул отец. – И как давно вы знакомы?
- Неделю. Целых семь дней, папка, представляешь! – обняв отца, Ира прижалась к нему, и тут же отпрянула: – Но если вы не разрешите мне выйти за него замуж, уеду с ним просто так.
- Хорошо, – зная свою взбалмошную дочь, примирительно сказал отец. – Приводи его, надо хоть познакомиться.
- А я прямо сейчас! – бросилась она из комнаты, только мелькнул хвост платья.
Дочка у них была единственной и избалованной. Это и понятно, мать тяжело ее носила – почти всю беременность пришлось провести в больнице. А когда дочь пошла в школу, отважилась на второго ребенка. Услышав об этом, Ирина закатила родителям скандал:
- Мне никто не нужен, ни брат, ни сестра! Если кто-то родится, уйду жить к бабушке.
Мать, которая души не чаяла в дочке, побоялась идти против и сделала аборт. Больше детей в семье не было и всю свою любовь отец с матерью отдали Ирине. Она этим пользовалась, правда, особо не огорчала – училась хорошо, дома помогала, хотя эта помощь была скорее символической.
- Отец, а как с учебой быть, если и правда уедет в Москву? – повернулась мать.
Она немало сил приложила, чтобы дочка поступила в институт на бюджет, и больше всего не хотела, чтобы та бросила учебу на полпути.
- Переведем в московский институт, – ответил супруг. – Это наименьшая проблема в нашей ситуации.
Отец прекрасно знал, что Ирина – натура увлекающаяся, правда, замуж до этого не собиралась. И в том, что она сумела узнать или хотя бы разглядеть парня за столь короткое время, очень сомневался.
- А вот и мы, – спустя примерно час стояла дочь на пороге с парнем.
Парень был высокий, длинноволосый, как тогда было модно. То, что недавно из армии, чувствовалось по выправке. За столом вел себя интеллигентно, на что мать сразу обратила внимание, и настроен был, как оказалось, серьезно:
- Прошу у вас руки вашей дочери.
Ирина от этих слов зарделась («Прямо как красная девица», – переглянулись родители, не узнавая дочь). Согласие дали, потому что знали: в противном случае она сделает по-своему.
- А где жить собираетесь? – поинтересовался отец.
- Пока с мамой, – просто ответил парень. – Правда, она вся в работе, я ее почти не вижу. Обещала мне собственное жилье - когда женюсь.
Так и получилось – деловая свекровь сумела выбить квартиру, но сказать, что отправила молодых в свободное плавание, было нельзя. Помогала деньгами (у нее был талант делать их буквально из ничего) и продуктами (работала в торговле и связи у нее были всюду). Когда родился первый внук, сообща со сватами поменяли однушку на двухкомнатную квартиру, и Ирина быстро почувствовала себя москвичкой.
Мать приезжала часто, особенно, когда надо было помочь с внуком. Как выкручивалась на работе, Ирина не знает, но стоило ей заикнуться, что устала, мать была тут как тут.
Институт Ирина окончила, Леонид ограничивался какими-то курсами. От матери у него была жилка предприимчивости, поэтому промышлял торговлей, не всегда законной. Был период, что джинсы возил из Таиланда, а потом на некоторое время там застрял.
- Езжай за ним, – наставляла мать Ирину. – Иначе рискуешь остаться без мужа.
- А куда я дену ребенка?
- Будет жить с нами, – говорила мать как о решенном.
Приезду жены Леонид не сильно обрадовался – его вполне устраивала свобода. Но делать нечего, смирился. Правда, характер его, который и до этого был не подарок, еще больше изменился в худшую сторону. Самым неприятным было хамское отношение. Мог некрасиво обозвать жену, наказать тем, что демонстративно уходил спать отдельно.
Со временем Ирина избрала свою тактику и стала реагировать на его перегибы смехом или улыбкой. То, что большой любви у них не получится, стало ясно вскоре после свадьбы. Леонид, единственный сын, тоже был избалован матерью, но несколько по-другому – она откупалась от него деньгами, и любить он вообще не умел.
Еще удивительно, что он, предоставленный самому себе, не пошел по кривой дорожке. Может, музыка не позволила. Может, увлечение английским языком и историей. Кстати, язык знал досконально, а изучил во многом благодаря западной музыке, которую слушал взахлеб. И пластинки покупал в свое время, и дискеты, и магнитофонные записи - меломаном был знатным и в своих кругах довольно известным. На этом даже зарабатывал.
Ирину музыка интересовала постольку-поскольку. После института она работала, потом моталась вслед за мужем. Но связи заводить умела, и это в жизни помогало. То, что с мужем нет особой близости, поначалу напрягало – образец семейных отношений видела у родителей.
Пыталась донести свои чувства до Леонида, он только отмахивался. Муж вообще был полной противоположностью ей. Ему по душе было одиночество, закрыться в другой комнате и в наушниках слушать музыку для него было пределом мечтаний.
Друзьями семьи на долгие годы стали друзья Ирины.
- Ира, как ты его терпишь? – иногда вырывалось у подруг. – Не муж, а самурай какой-то.
В привычной для себя манере отшучивалась. Даже тогда, когда муж мог при гостях ляпнуть что-нибудь оскорбительное на ее счет. И вместе с тем она вертела им, как хотела, – шутя говорила, что тихим сапом добивается своего.
Так было и со вторым ребенком. Родить его хотела только она, все остальные были против – даже собственная мать. А, может, она потому была против, что видела, – большого счастья у дочери нет. Тем не менее, вопреки всем Ирина родила второго сына. Дался он ей тяжело – болезнь у него подозревали серьезную, пятнадцать лет не выходила на работу и жила как на вулкане.
Каждое лето проводила с детьми на юге, у родителей. Муж наверняка развлекался, оставаясь один, – никогда при встрече не чувствовала, что соскучился. Даже задумывалась об уходе. Особенно, когда однажды, возвращаясь домой, познакомилась в самолете с мужчиной, – в нем сразу уловила родственную душу.
- Позвоните мне, – просил он на прощание.
А она смотрела на него, чувствуя, что еще могла быть счастлива, сравнивала с Леонидом, который припарковывал машину, и это сравнение было не в пользу мужа, и знала, что ... не позвонит никогда. Так и получилось, бумажку с номером телефона выбросила в урну, но еще долго не могла забыть случайного попутчика.
- Ты мазохистка, – сердилась мать, когда услышала об этом, – может, хоть узнала бы, что значит жить в любви.
Зятя она недолюбливала. Но отдавала должное сватье, благодаря которой ее дочь никогда не знала жилищных проблем, – когда появился второй ребенок, семья уже имела трехкомнатную квартиру недалеко от метро.
В середине 90-х Леонид растерялся. Работы не было, денег катастрофически не хватало. Выручила теща. Она была профессиональной массажисткой и однажды на месяц приехала в Москву, чтобы здесь поработать. Массаж делала качественно, и вскоре благодаря сарафанному радио от клиентов не было отбоя.
Такие приезды на некоторое время стали регулярным, и это было подспорьем для семьи. Но неугомонная теща постоянно доставала Леонида.
- С ума сошел, – набросилась, узнав, что тот спит отдельно, – для женщины в сорок лет очень важен регулярный с@кс, а ты в кусты...
Леонид злился. Одновременно его смущало вмешательство тещи, пусть и медика по профессии, в интимную сферу. В итоге срывался на жене, к которой перестал чувствовать мало-мальский мужской интерес, – жил вместе по привычке, будучи ленивым по натуре и не желая что-либо менять.
Хамоватость отца перенял младший сын, который тоже мог обозвать мать и даже причинить ей физическую боль. Ирина по-прежнему смеялась, что впоследствии вызывало искреннее недоумение у невестки (в 45 лет она уже стала бабушкой).
- Она как дурочка, – говорила невестка своей матери, – смеется вместо того, чтобы дать отпор хамам или хотя бы обидеться.
- Наверное, поняла, что ничего не изменит, поэтому не видит смысла рвать себе душу, – рассудила та. – Для нее смех как защитная реакция.
Невестка внешне была похожа на Ирину в молодости, и они часто откровенничали.
- Знаешь, как я рада, что разошлись с мужем по разным комнатам, – однажды призналась свекровь. – Терпеть не могу его запах, едва выдерживаю, когда приходится быть рядом.
- Вы что?! – удивилась невестка. – Я такого не слышала, чтобы жене не нравился запах мужа. Мама с папой всю жизнь спят вместе, и никто никогда не говорил ни о каком запахе.
- Если люди любят друг друга, так должно быть, – вздохнула Ирина. – А если нет, тогда и чувствуешь запах нелюбви.
Невестка долго не могла взять в толк, как это понимать. Когда сидели со свекром за столом – невестку он жаловал, даже пыталась уловить, есть от него запах или нет. Не чувствовала ничего. Однако, глядя на взаимоотношения свекров, Ирину жалела – у той было все, но она совсем не казалась счастливой.
Кстати, слова свекрови настолько засели в памяти невестки, что невольно стала обращать внимание на запахи людей. Не духов или туалетной воды, а именно природные запахи. С удивлением однажды почувствовала запах от близкой подруги – он не был неприятным, но был необычным. И от сына Ирины его уловила. К тому моменту почти десять лет были в разводе, но бывший муж, судя по всему, ее не забывал, хотя ушел из семьи сам.
Однажды при встрече хотел поцеловать бывшую жену в щечку, и она вдруг почувствовала запах, о котором, наверное, говорила Ирина, – запах нелюбви, очень неприятный и отталкивающий. Так отпрянула от мужчины, что он даже обиделся...
***
Ирина с Леонидом до сих пор вместе. По-прежнему живут под одной крышей, но - как чужие. Выйдя на пенсию, перебрались в родительский дом на юге, который она перестроила под себя.
Мужа стало подводить здоровье, и Ирина заботится о нем. Делает это на автомате, не вкладывая душу. Ездит к младшему сыну, у которого родился ребенок, чтобы помочь, – сын, к счастью, изменился по отношению к ней. Общается с подругами, «зависает» в телефоне и увлекается играми, удивляя старшего внука-подростка.
Для нее это спасение от одиночества, которое чувствует, живя вдвоем. С мужем близких отношений, в том числе интима, нет давно. Ей самой неприятна даже мысль об этом. Запах нелюбви – штука злая...
Любите и будьте любимы, это самое большое счастье, которое может быть у человека.
#влюбленность #нелюбовь #одиночествовдвоем #чужие
Спасибо за то, что были со мной и моими героями.