К сорока годам Денис пришёл к неутешительному выводу: чем больше стараешься избегать ошибок, тем чаще их совершаешь. Сверхсильные старания приводят к суете, невнимательности, отвлекают от главного. Шесть месяцев ушло на смену работы и две недели, чтобы понять, что ошибся. Новая работа оказалась колоссальным понижением всего, чего достиг на старой. Конечно, сегодняшнее состояние нельзя назвать абсолютным отчаянием, но на моральное угнетение оно вполне тянуло. Угнетённый разочарованием, необходимостью принимать новое решение, опять бороться с нерешительностью, Денис отгонял предательские мысли о том, что он не способен на правильные решения. Ведь это последнее, абсолютно неправильное, было принято, как казалось, с холодной головой и тщательным анализом всех плюсов и минусов. Что с ним не так? Откуда взялась уверенная неудачливость? Сколько можно ошибаться?
Угнетённость сегодня - заслуженный бонус. Или предупреждение -лучше больше ничего не менять. Все равно, ничего хорошего не получится.
Отчаянное положение хорошо тем, что позволяет некоторое время воздержаться от новых решений и ничего не делать. Каждый проигравший помнит пассивное безразличие, когда неизвестно, что лучше - бежать или не двигаться. Активных действий пока не требуется, потому что вчерашние активности уже не актуальны, а новые не имеют смысла. Пока нет понимая, куда плыть дальше. И надо же было опять быть примерным сыном и поделиться с матерью угнетённым состоянием. Мать - мастер по затаптыванию самооценки в землю по самую макушку; до матери она ещё хоть как-то выкарабкивалась.
Мать не считала нужным соблюдать границы, потому что, обожая сына, понимала, что он способен только на ошибки. Он - ходячая мишень для объюзеров, манипуляторов и потребителей - не потому что мир жестокий и несправедливый. Потому что сын бестолков и доверчив. Добродушный и нерасчётливый, ничего не понимает в коварстве и лицемерии. Ожидать от него можно только разочарований. При всем материнском уважении и опыте (более пятнадцати лет проработала кассиром в отделе чулочно- носочных изделий), не уставала ежедневно напоминать сыну, что он - олух. Вот и сейчас, бестолочь, поменял хорошую позицию в банке на сомнительную. Мать - лучший в мире угнетатель и отчаиватель. Нередко после бесед с ней хотелось вешаться, потому перспектив на другую деятельность не оставалось. Было бы легче реже общаться, но мать не теряла бдительность и проводила угнетающие семинары ежедневно. После встреч с матерью приходилось собирать себя по частям. Оптимизм и самооценка загибались, как невостребованные элементы. Подверженный мощному влиянию, несколько часов после общения Денис передвигался как зомби, в поисках смысла. Затем природное любопытство и жизнерадостность воскресали. Не так, как птица Феникс, конечно, но постепенно и неуверенно.. Денис умолял себя не быть примерным сыном. Не делиться с мамой, хотя бы, актуальным положением. Самое сносное, в её глазах становилось безнадежным. Как и сейчас, когда мама окончательно убедилась, что банкир из него некудышный. Должность вице президента банка сыну больше не подходит. Она сама найдет ему работу в садово огородном товариществе. Где, кстати, подышится и невеста, потому что в сорок лет уже пора. Нет никаких вопросов к материнской любви, она уникальна. Люди без матерей не имеют иммунитета и часто болеют. Есть вопросы к правильному воспитанию: допускает ли оно некоторую скрытность? Чтобы, например, ябедничать маме не сразу, в чуть погодя? Чтобы ей не приходилось беспокоить председателя товарищества просьбой о трудоустройстве. Кумовство кумовством, но никакое товарищество не нуждается в бестолковых сотрудниках.