-Посмотрите-ка, а, что ж это такое-то?- услышала я возглас женщины, которая спешила не встречу к подругам, а те сидели в парке, на скамеечке, немного поодаль от меня. Они, похоже, прогуливались и, видимо, присели в тенёчке отдохнуть.
-Привет, Надежда, что случилось-то?-спросила одна из них.
-Чуть не наехал на меня на своём этом велосипеде, или как он там называется,-продолжила та, которую назвали Надеждой.
-Электроскутер это. Опасная, я вам скажу вещь!-продолжила третья подруга.
-Конечно, опасная. Чуть с ног меня не сбил! А мог и сам слететь с этого "мопеда". Почему хоть родители позволяют им кататься на них? Так ведь и стоит, наверное дорого,- продолжала возмущаться Надежда.
-Так дети нынче какие? Им всё позволено, их так и воспитывают. И далеко ходить не надо, вот моя племянница родила одного, но, чтобы как-то воспитывать, прививать навыки какие-то, нет. Ребёнок что захотел, то ему и купили. Может, на этих скутерах и "ездить" нельзя лет до шестнадцати или до четырнадцати,- вступила в разговор третья подруга.
-Да-да, так и есть, а подростки не понимают что можно и что нельзя.
Подружки и дальше развивали бы вопросы воспитания и, похоже, собирались долго обсуждать эту, волнующую их, тему, пока одна из них не остановила обсуждение своим рассказом.
-Я вспомнила случай, который произошёл со мной в молодости. Училась я в небольшом городке Центральной России. Было это ещё в советское время.
Паспорт тогда получали в шестнадцать лет. Вручали его в местном отделении милиции. Днём я была на учёбе, затем на спортивной секции, за паспортом пошла уже вечером, перед шестью часами, перед самым закрытием.
Конечно, принарядилась, надела самое лучшее платье, босоножки на каблучках, было приятно, что мне уже шестнадцать, и мне будут вручать паспорт, ощущение праздника было налицо.
Сейчас, конечно, не помню, как это было в тогдашней милиции, как вручали паспорт - тоже не отложилось в памяти, было ли это в торжественной обстановке или по-другому.
Может, я где-то задержалась или ходила куда-то после получения паспорта, но решила срезать дорогу и оказалась на незнакомой улице, а были уже сумерки, осень.
Машин в то время было мало, я шла по проезжей части, когда переходила дорогу. На другой стороне, по тротуару, шла компания, подростки 12-13 лет. Их было много, человек восемь.
Не знаю, чем я им не понравилась, но они начали кидать в меня камушки. Вначале просто так, камушки до меня не долетали. Но, видя, что я иду дальше, не обращая на них внимания, они осмелели, камушки уже стали долетать до меня. А на улице, как назло, ни одного прохожего.
Не сказать, что было страшно, ничего не сказать. Я прекрасно понимала, что подростки неадекватны, что их много, они могут меня избить, покалечить... Они глупы, не понимают, что делают, но от этого было не легче.
Я помню свои мысли тогда: "Надо снять босоножки, чтобы убежать. А каблуком могу кому-нибудь из них голову проломить, если будут нападать". И я реально понимала, что могу не убежать от них, хоть и быстро бегаю.
Они мальчишки. И их много. А они продолжают подходить ко мне ближе и ближе, кидая камешки. Не знаю, что мной двигало, но я заговорила:
-Да, конечно, я понимаю, вас много, вы можете меня избить. Мне одной с вами не справиться. Но, запомните, я вас найду, буду целенаправленно искать с милицией. Пойду по школам, по классам, на уроки приду, но найду! И ещё, сейчас - я, хоть одного, но.... загрызу!
Я говорила это с такой злостью, даже страх куда-то пропал. От отчаяния, может быть, может от того, что никто мне в этой ситуации не поможет...
- Валя, не тяни, рассказывай дальше,- проговорила одна из подруг после того, как рассказчица замолчала.
-Не знаю, что на них подействовало, слова ли мои, или кто-то появился из пешеходов, но они от меня отстали после того, как один из них проговорил: "Да, ну её, дуру, пусть дальше идёт..."
-Это вот что такое было, а? До сих пор вспоминаю с очень неприятным чувством. Это воспитанные были подростки? И они ведь не одни такие были,-продолжила та, которую подруги назвали Валей.
-А ты потом этих мальчишек никогда не встречала? Ведь это могло повториться. Надо было в милицию, всё же, идти. Может их на учёт надо было ставить, а, может, они уже на учёте стояли,- продолжила одна из подруг.
-Нет, я их больше никогда не видела. Какая милиция, мне было шестнадцать лет, я о них, как-то очень быстро забыла. Ходить по городу не боялась, молодость, беспечность. Сейчас вспоминаю и то страшно. Я, как-будто, снова эти моменты проживаю. Так что, девоньки, во все времена подростковый возраст был сложным.
