1 Что такое «ясак»?
Ясак – это тюркское слово, обозначающее «закон». С правовой точки зрения ясак – это рента или подать, т.е. плата, за пользование землёй и тайгой.
Как вид повинности существовал на территории Сибири до прихода русских людей: татары пользовались словом «ясак», калмыки и монголы – словом «албан» (алман).
Бахрушин С.В. (1927; С. 2) так определяет ясак: «Ясак – это подать, установленная законом, уложенная, принудительная в отличие от добровольного приношения «поминков». Ясак – по преимуществу дань, которую платят покоренные победителю; он является поэтому признаком подданства и сопряжен с понятием чего-то позорящего. Такой характер ясака чувствовался и сознавался туземцами Сибири очень определенно».
Сбор ясака в пользу московского царя представлял собой не организацию системы и методики сбора ясака, сколько изменение «ясакополучателя». В некоторых территориях Сибири смена «ясакополучателя» формировалась на основании договорённостей между «ясакополучателями»: одни годы ясак собирал один «ясакополучатель», другие года – на этой же территории другой ясакополучатель. Со временем на всех сибирских территориях остался только один «ясакополучатель» – московский царь.
Первый ясак с жителей Восточной Сибири был получен в 1607 году березовским казаком Михаилом Кашмыловым, посланным из Мангазеи на реку Нижнюю Тунгуску. Ясак уплатили 19 тунгусов в размере по 2 соболя каждый. Дальнейший сбор ясака показал, что это были поминки* [Миллер Г.Ф., 1941; С. 24].
Ясак платился до начала ХХ века. Власти всегда стремились максимальную долю ясака получать в мехах. Эта доля постоянно снижалась и к середине XIX века доля ясака, уплачиваемого пушниной не превышали 9 % от совокупного размера ясачных платежей. Накануне Октябрьской революции доход от сибирских земель обеспечивал царскому правительству четверть всех доходов. На долю ясака и оброчной подати с «инородцев» проходилось 2,2 % доходов царского правительства.
2 Технология сбора ясака
2.1 Роль учёта.
Сведения об ясакооблагаемой территории формировалась на основании ведения ясачных книг. Единицей податного обложения выступал охотник в возрасте 18–50 лет. Налог оплачивался натуральным товаром – пушниной. Первые десятилетия в качестве пушнины собирались только шкурки соболя. Позднее собирались меха многих животных.
Плательщики ясака по признаку географического соседства были объедены в «десятку» ясакоплательщиков. Во главе каждой такой «десятки» стоял десятник. Десять «десяток» налогоплательщиков объединялись в «сотку» налогоплательщиков. Во главе «сотки» стоял «лучший человек» – сотник или один из десятников, прописанный в ясачной книге. Это были «лутчие» люди. Как правило, «лутчими» были служивые люди.
С изменением «ясакополучателя» принцип деления налогооблагаемых территорий не менялся и служил основой для формирования волостного принципа сбора ясака. На территории волости, как правило, находилось, одна или две сотни налогоплательщиков. В более позднее время – в 1620-е годы и позже – на территории Сибири наблюдалась реорганизация административного деления ясакоплательщиков по географическому принципу.
2.2 Специальные должности для сбора ясака: князец, ясаул.
В некоторых сибирских территориях существовали должности «князец» (множественное число: «князцы»). Территориально это были ответственные за сбор ясака в пределах волости. Иначе они назывались «лучшие люди». Помощниками «князцов» в деле сбора ясака являлись «ясаулы»*. Можно считать, что на момент объясачивания сибирских территорий в таком виде существовала и поддерживалась власть муниципального уровня. За оказываемые услуги «князцы» и «ясаулы» имели привилегию: не платить ясак в годы службы.
2.3 Периодичность сбора.
Ясак мог собираться ежегодно или один раз в несколько лет.
2.4 Сбор у кочующих народов.
Был в достаточной степени затруднён. Особенно у северных народов. Кочующие народы платили ясак на основе принадлежности к улусу. Каждый улус представлял из себя разросшуюся семью, род, во главе которого стоял родовой старшина, по имени которого и назывался улус. Эти улусные родовладыки именовались князцами (у некоторых народов – башлык; у бурятов – шуленга).
2.5. Ясачные льготы.
В первые годы объясачивания от ясака освобождались родственники князцов и местная знать. В последующем от ясака освобождались инородцы, перешедшие в христианскую веру.
2.6 О существовании шерта*.
Одним их средством понуждения туземцев к уплате ясака была «шерт», т.е. присяга. «Шертью» русские называли всякую присягу нехристианского вероисповедания. Мусульмане «шертовали» на куране, монголы – «по своей бусурманской вере» – по ламантскому обряду. Труднее было с северными кочующими народами Севера, являвшихся с религиозной точки зрения язычниками и фетишистами (фотография № 2.1).
Тут за основу присяги брались суеверные обряды, заключавшие в себе наивно аллегорический смысл. Например, остяки клялись перед медвежьей шкурой, на которую клали топор, нож и другие «страсти орудия».
2.7 О зимовьях.
Следует понимать, что система зимовий, возникшая в Сибири, возникла не как удовлетворение потребностей проживания в тайге (для охотников, для обозных людей и т.д.), а как часть системы сбора ясака и поминок. В определённое время года для каждой местности волости (например, по окончании пушной охоты в период снегопадов и последующий период зимних морозов) в зимовьё заезжал сборщик ясака в лице «лучшего человека» (князца) или его помощника (ясаула). Рядом проживающие плательщики ясака обязаны были прибыть с ясаком на зимовьё. Большую часть года зимовьё стояло пустым и закрытым от входа на замок.
Вот как об это было сказано в книге 1622-1623 года [Бахрушин С.В, …; С. 16]: «Ясачные сборщики сказывали, что собирают они государев ясак, сидя в зимовьях, а кто, иноземцы, к ним в зимовья, что ясаку принесут, то они и возьмут, а с кого именем скажут и на который год взято, то они у себя в книги и напишут; а в которых зимовьях государев ясак платят за аманаты без имян и кто иноземцы имянем к ним в зимовья принесут и с кого тот ясак и на который год взят, не сказывают».
2.8 Существование системы аманатов.
Для сбора ясака существовала система заложников – аманатов (в ед. числе: аманат*, т.е. заложник). Чтоб аманаты не бегали, их не только держали в тюрьмах, но даже по зимовьям возили скованными в ножные кандалы. Дикари, как дикие звери, изощрялись в том, чтобы перегрызть путы и бежать в лес или в тундру.
Яков Зубов, казак Тазовского города, собиравший ясак по Нижней Тунгуске так объяснял значение аманата [Бахрушин С.В.,1927; С. 19]: «где я с ним сяду, – тут его род и придет, я и с них ясак возьму». Казак отмечал, что, если будет к аманату хорошее отношение в содержании, то ясак будет сдаваться вовремя и больше нормы.
Однако наличность аманатов сама по себе далеко не гарантировала правильного поступления ясака и даже миролюбия туземцев. Например, в 1679 году красноярские служивые люди жестоко расправились с тувинскими аманатами, говоря: «тубинские-де аманаты в Красноярском сидят на аманатном дворе, а сами-де тубинцы Красноярской воюют и разоряют» [Бахрушин С.В.,1927; С. 21].
2.9 Подарки за ясачный платёж.
«Подарки состояли из тех товаров, которые имели наибольший спрос среди дикарей. В Мангазейском, Енисейском и Якутском уездах это были, во-первых, всевозможные виды бисера …, олово в блюдах и торелах, а также «в прутье» (слитками); медь зеленая и красная в котлах и тазах; железо «в прутье» и железные изделия: топоры, ножи, железца ножевые, реже пилы, иглы; наконец, предметы роскоши: медные перстни, гребни» [Бахрушин С.В.,1927; С. 22].
2.10 Политика организации сбора ясака.
Сбор ясака не был событием случайным. Если проанализировать предыдущие пункты данного раздела темы, то становится очевидной наличие определённой царской политики – политики недопущения столкновения пришлых людей и аборигенов в процессе сбора ясака. Дело было организовано так, чтобы ясак непосредственно у охотников-аборигенов собирали другие аборигены.
Можно отметить, что в первые десятилетия объясачивания местного населения Западной и Восточной Сибири достаточно широко использовалась политика снижения размера ясака против ранее уплачиваемого размера ясака.
3 Объем ясака
Московское правительство различало два вида ясака: окладной и неокладной.
При окладном ясаке его объем был заранее фиксирован по размеру дани, вносимой каждым отдельным плательщиком. Он измерялся в количестве шкур, подлежащих взносу в казну. Например, 7 соболей с плательщика. Была разница для женатого и холостого: с женатого брали больше, чем с холостого. Например, 10 соболей с женатого и 5 соболей с холостого.
Оклад был не выгоден для казны: в зависимости от качества меха и сохранности шкурки цена колебалась от 10-15 рублей до нескольких алтын. Со временем и по мере истощения запасов соболя стали переходить на неокладной ясак, т.е. ясак на определённую сумму денег в несколько рублей. Некоторым волостям назначался оклад для волости, а воевода распределял эту сумму по волостям с учётом охотничьих ресурсов этих волостей. Иногда устанавливалось количество соболей для волости и количество шкур других зверей, равноценных шкурке одного соболя. Так в конце XVII века в Мангазее действовали следующие тарифы: 1 шкурка соболя равнялась 1 шкурке лисице или росомахи, 1 шкурке выдры, 2 голубым песцам, 16 песцам белым, 100 белкам.
Вместе со сдачей ясака как принудительной дани в Сибири практиковался такой вид, как «поминки», т.е. добровольный дар. Идея дара заключалась в том, что при получении дара предполагался «отдарок»*, т.е. встречный дар. Например, в Мангазее некоторые самоедские князьки платили в счёт «поминок» по одной шкуре соболя (или бобра). За этот «поминок» они получали «отдарок»: по 4 пуда муки из государевой казны. Поминок мог быть «государевым», а мог быть «воеводским». Воеводские поминки по их возникновению запрещались. Известна царская грамота Бориса Годунова в Сургут от 30 августа 1601 года, в которой воеводам повелевается, чтобы они «поминков на себя не собирали, а кто сверх ясаку принесет вам челом ударити и вы-б у их то имали и клали в нашу казну».
По непроверенным данным доля ясака была установлена ещё Чингисханом и не могла превышать 10 % от произведённого (добытого). Ему приписывается следующее высказывание на эту тему о том, что «если свинью часто брить, то щетины не будет».
4 Процедура сдачи ясака
Бахрушин С.В. (1927; С. 27) так описывает процедуру сдачи ясака: 1) «Обычно плательщики ясака не решались входить в зимовье, т.е. в избушку, в которой сидели ясачные сборщики и скованный аманат; обмен производился через окно. В 1643 г. мангазейские ясачные сборщики говорили воеводе Григ. Орлову и дьяку Василию Атарскому: «Как придут (иноземцы) с государевым ясаком и имян у себя не сказывают и в зимовье к нам (ясачн. сборщикам) ходити не смеют, ясак подают окном, потому что они, тунгусы, блюдутся, чтоб их ясачные сборщики в аманаты не поймали, а они-де, ясачные сборщики, им, тунгусам, из окон дают государево жалованье, олово и одекуй». Соболи протягивались через окно на шесте или на копье». 2) «Иногда практиковалась наиболее примитивная форма: метание ясака издали».
С сегодняшней точки зрения, опуская различные факты и детали, можно утверждать следующее: 1) собирающие ясак вели себя жёстко и жестоко; 2) сдающие ясак вели себя жёстко и жестоко.
5 О современных картинках на тему «сдачи ясака»
В настоящее время достаточно часто появляются картинки, отражающие какой-либо элемент процедуры сдачи ясака (фотография № 5.1).
Следует сказать, что их сюжет полностью придуман и не соответствует действительности. Не соответствуют от слова «вообще».
6 О «мягкой рухляди».
6.1 Пушника, собранная, как ясак, на территории современного Мотыгинского района собиралась служивыми людьми Рыбинского острога. Хранилась в отдельном амбаре, именуемом пушной амбар, а затем – вместе с описью этой «мягкой рухляди» – она доставлялась воеводе в Енисейский острог. С исчезновением острога и служивых людей при остроге функция кумуляции собираемого пушного налога в Рыбинской волости перешла к старосте Рыбинской волости, который проживал в селе Рыбном. На собранную пушнину составлялась опись и пушнина вместе с описью доставлялась воеводе в Енисейский острог. Если обратить внимание, то в составе внутриострожных строений каждого острога XVII века был амбар для ясачной пушнины. Следует понимать, что пушнина собиралась по нескольким видам налогов, в том числе и по ясаку.
«Мягкая рухлядь» сортировалась по виду пушнины: соболь, бобёр, горностай, песец, лисица, белка и т.д. Для каждого вида пушнины предполагалось выделение трёх сортов качества: «лутчий зверь к лутчему, а середний к середнему, а худой к худому». Шкурки скреплялись попарно: голова одной шкурки к голове второй шкурки, затем из этих попарно связанных шкурок вязались «сороки» («сорока» – это двадцать попарно связанных шкурок одного качества).
На каждую шкурку «сороки» полагалась своя этикетка, в которой указывалось: вид и сорт меха, вид мехового сбора (ясачная, поминочная, пенная), наличие или отсутствие хвоста, цена шкурки. Эти индивидуальные данные каждой шкурки вносились в составляемую опись.
Партия пушнины из енисейского воеводского острога один раз в год отправлялась в Москву. На партию пушнину, упакованную в «сороки», составлялась единая опись. Партия пушнины направлялась в Москву в Сибирский приказ с приложением описи всей партии пушнины в виде «ценовней росписи».
6.2 В Сибирском приказе партия оценивалась на сохранность государевых печатей, соответствие «сорок» описи по числу, виду и качеству меха. Затем производилась переоценка меха по московским ценам. Считается, что минимальная разница составляла около 100 рублей на партию товара, оценённого в Сибири на 500 рублей, т.е. не менее 20 % от стоимости поступающего товара. По данным исследователей величина разницы товара могла достигать 200-300 рублей, а иногда и 500 рублей. Большая разница в цене товара указывала на служебное рвение соответствующего сибирского воеводы [Яницкий Н.Ф.,1912].
Кроме ясака, царская меховая казна пополнялась ещё и посредством десятинной таможной пошлины, уплачиваемой купцами при торговле мехами. Она называлась таможенной мягкой рухлядью и доставлялась в Москву вместе с ясачной мягкой рухлядью (фотография № 6.2.1).
6.3 Царская казна являлась «первым продавцом пушнины». Это следовало из того, что монополия пушной торговли принадлежала царской казне. Например, в XVII веке существовал ряд документов, разрешавший купцам покупать в Сибири только «худых соболей», т.е. соболей, которых в пределах данной публикации произвольно определены, как соболя третьего сорта. Аналогичной монополизации были подвергнуты многие виды пушного товара.
Монополизация достигалась целым рядом, так называемых, «стеснений» [Яницкий Н.Ф.,1912]: 1) на отдельные года вводились более строгие запреты по закупке меха в Сибири; 2) запрещалась скупка меха в стойбищах, скупка разрешалась только в городах и только в гостином двору (на жилецких дворах – запрещалась); 3) имелся целый ряд ограничений продажи меха иностранцам; 4) продажа меха купцами разрешалась только по окончании торговли государева меха; 5) существовала и поддерживалась государственная мена товара на меха; 6) существовала система учета и контроля за ввозимым и продаваемым товаром; 7) существовала система борьбы с контрабандой мехом и т.д.
6.4 Про объемы.
Известно, что в конце XVI в. из Мангазейского и Енисейского уездов за год в Москву было вывезено около 1,5 тысяч шкурок соболей, в 1629 году – 85 тысяч шкурок. В 1643 году оборот соболя по Якутску составил 38 тысяч шкурок соболей.
Максимальная среднегодовая добыча сибирского соболя пришлась на 1640-е годы, когда она составляла 145 тысяч штук шкурок/год. В 1690-е годы этого же века она упала до 42,3 тысяч шкуров/год.
Всего за период 1621 – 1690 годы в Сибири было добыто 7 248 000 соболей.
В 1640-50-х годах пушнина давала не менее 20 % доходов государственного бюджета, а в 1680 году – не менее 10 %.
Основным направлением хозяйственной деятельности Енисейского острога в XVII веке являлась добыча пушнины. Уже в первые годы острога ежегодный сбор десятинной пошлины в Енисейской таможне составлял около 500 рублей. Неконтролируемая добыча пушнины к 1660-м годам привела к сокращению пушной торговли. В 1684 году появился указ о запрещении охоты на соболей в уездах, входивших в Енисейский разряд и в Якутии. Торговля мехами переведена в государственную монополию. Свобода внутренней торговли пушниной была возвращена указом от 26 июня 1727 года.
7 Почему соболь?
7.1 О соболе.
Соболь – это пушной зверь и таёжный хищник семейства куньих с огромным ареалом обитания, совпадающим с таёжной местностью Евразии (фотография 7.1).
Его мех обладает двумя ценными качествами одновременно: мех красивый и прочный. Если говорить о мехе зайца, лисы, белки, то у них мех красивый, но не прочный. Например, женская беличья шапка очень красивая, но на втором году носки такая шапка выглядит уже неказисто. Есть мех прочный (мех волка), но он не красивый.
Соболиная шапка в Сибири – это женский головной убор: красиво смотрится, лёгкая, тёплая, носится 3-4 года, уступая по носкости только норке. В доперестроечное время, например, в 1980-е годы, шкурка соболя стоила 25-50 рублей. В зависимости от фасона на женскую шапку требовалось не менее 2-3 хороших шкурок. С учётом выделки шкурки, работы, расходных материалов стоимость женской норковой шапки составляла не менее 150-200 рублей. Таким образом, соболья шапка была демонстрацией определённого уровня достатка. Одним из материально благополучным посёлком района был посёлок Первомайск (фотография № 7.2).
На вышеприведённой фотографии выявлено 31 лицо женского пола. Их головные уборы имеют следующую структуру: 1) шапка из соболя – 10 женщин (32,3 %); 2) шаль – 8 (25,8 %); 3) шапка из кролика – 6 (19,4 %); 4) шапка из песца – 5 (16,1 %); 5 и 6) по 1 шапке – из норки (3,2 %) и лисы (3,2 %).
Поэтому не случайно, что из-за красивого и прочного меха соболя называют царём дикой пушнины. Изображение соболя можно встретить на гербах русских городов: Иркутска, Якутска, Верхотурья, Ревды.
Большая часть далее представляемой в разделе информации приведена по интернет-статье «Каждый сибиряк обязан был отдать царю по соболю» /www.vsp.ru/2015/12/08/kazhdyj-sibiryak-obyazan-byl-otdat-tsaryu-po-sobolyu-2/.
В зависимости от климато-географической среды обитания формируются особенности меха. Если рассматривать мех как пушно-меховую шкурку, то в ней выделяют кожу и волос. Волосяной покров включает в себя три основных вида волоса: направляющий, остевой и пуховой (до 99 % от всего волосяного покрова). Пуховые волосы меха самые тонкие, извитые, они образуют собой основную массу всей шерсти, влияют на эксплуатационные свойства материала. Взаимосоотношение этих параметров определяется как кряж. Всего по характеристикам волосяного покрова промысловые соболя подразделяются на 10 кряжей: камчатский, алтайский, баргузинский, тобольский, енисейский, минусинский, сахалинский, якутский, тувинский, амурский. Чем морозней и продолжительнее зима, тем больше и равномерное по шкуре развит пуховой волос. Поэтому самый шелковистый, густой, нежный и тёплый мех у баргузинского и якутского кряжа. Кряж № 3 отдан шкурке камчатского соболя, а кряж № 4 – енисейскому соболю. Наиболее грубый мех у тобольского соболя, проживающего в условиях непродолжительной и относительно несуровой зимы. На географической карте с указанием таёжной местности эта закономерность выглядит так: чем дальше с востока на запад проживает соболь, тем грубее мех. В итоге соболь исчезает и появляется куница. В массовой продаже можно встретить мех камчатского, амурского, баргузинского и енисейского соболя.
Любой кряж соболя имеет 7 основных цветов: от светло-песочного до темного, бурого, иногда почти черного. Цвет № 1 – эксклюзивный, очень темный, в природе встречается очень в редких случаях. Такие шкурки очень дороги. Цвет № 2 чуть светлее, чем первый, но на рынке он также представлен в малом количестве. Цена на шкурки соболя в шубном наборе такого типа окраса очень высока. Цвет № 3 еще более светлый, такие шкурки более распространены на рынке, но все-таки очень дороги. Далее цвета все так же классифицируются, вплоть до седьмого оттенка, самого светлого, близкого к песочному.
Ещё не так давно стоимость шкурки сильно зависела от цвета. Самым дорогим и ценным считался тёмный соболь. Очень редко встречался и очень дорого ценился седой соболь, имеющий чёрно-серебристый окрас. Однако сегодня на международном российском аукционе «Союзпушнина» шкурки всех цветов продаются практически по одной цене. Всё изменилось с тех пор, как далеко вперёд шагнули технологии крашения, позволяющие получить мех любого оттенка.
7.2 О разведении соболя в неволе.
В Советском Союзе существовала масштабная программа по разведению чёрного клеточного соболя. В Российской Федерации также запущена аналогичная программа, на которую выделено около 1 миллиарда рублей.
Клеточное разведение соболя экономически неэффективно по нескольким причинам. Причина № 1: Соболь, в отличие от норки, позже вступает в репродуктивный период. Причина № 2: Соболь гораздо больше ест.
Только по этим двум причинам себестоимость клеточного соболя фактически равна или даже превышает его реализационную стоимость. При этом цены на шкуру дикого и шкуру клеточного соболя совершенно совпадают.
Финансовые вложения в производство шкурки дикого соболя формируется только в рамках затрат охотника на его добычу и составляют на территории Сибири около 1 тысячи рублей при продажной стоимости в 4-5 тысяч рублей. Профессиональный охотник за сезон ловит около 100 соболей и может заработать до полумиллиона рублей, сдав их по 4-5 тысяч рублей/шкурку. Поэтому доля шкурок клеточного соболя в РФ составляет около 5 % от общей массы реализуемого соболя.
Соболь водится в дикой природе. Сейчас его численность в РФ составляет около 2 миллионов особей и численность его растёт. На отдельные торги «Союзпушнина» выставляется по 700 тысяч шкурок соболя, чего не бывало раньше никогда. Данная ситуация стабильна и прослеживается на протяжении пары десятилетий, несмотря на наличие квадроциклов, снегоходов и современного оружия у населения. Мал экономический стимул добычи соболя. Если во времена СССР заброс и сбор охотников на удалённые охотничьи участки осуществлялся вертолётным способом, то сейчас эти участки пустуют и соболь на этих участках размножается и мигрирует на свободные территории, т.е. в сторону населённых пунктов.
Оборот на аукционе «Союзпушнины» в лучшие годы достигал 5 миллиардов рублей. Цены торгов зависят от ряда факторов, но до сих пор пушнина настолько ценный товар, что динамика изменения её стоимости почти напрямую связана с динамикой цен на золото. В первую очередь, изменение цены связано с экономическими кризисами. Обрушение рынка происходило именно в годы экономических кризисов. Максимально средняя цена за шкурку соболя на Санкт-Петербургском аукционе доходила до 220 долларов. За последние пять лет минимальная цена опускалась до 118 долларов, и сейчас – в 2020-е годы – она не очень высока. Зато цены на топ-лоты могут доходить до 4-5 тыс. долларов за шкурку. Лучших соболей, как правило, покупают греки и англичане. Идея покупки супердорогих лотов проста и аналогична анекдоту про дорогой пирожок, потому что мясо сделано из говядины и рябчика в пропорции 1:1. Однако эта пропорция не весовая, а штучная: одна туша говяжья и 1 туша рябчика: крупные шубно-швейные компании покупают дорогие лот, покупка активно рекламируется, а под видом этой рекламы продаются сотни обычных шуб, якобы сделанных из шкурок топ-лота.
Закупочная цена относительно велика на соболя. Остальная пушнина не пользуется большим спросом на международном рынке и объёмы её добычи регулируются внутренним потреблением, а внутренне потребление невелико и внутренний рынок недорогой пушнины развит плохо, цены на прочую пушнину совсем невысокие. Например, в Красноярске на сезон 2023-2024 года действует прайс 2022-2023 скупки пушнины у населения со следующими средними ценами: шкурка соболя – 3,5 тысячи рублей, шкурка белки – 40 рублей, шкурка росомахи – 2 тысячи рублей, шкура лисицы красной – 400 рублей, шкура ондатры – 90 рублей.
Дикая пушнина сильно разнится по кряжу и цвету, а следовательно не технологична для швейного производства. Поэтому современная пушнина и, прежде всего, импортная, это пушнина клеточного производства.
8 Технологический путь «пушное животное – шкурка – меховое изделие».
Принципиально технология производства меховых изделий не поменялась [Патушинский О.Б., 1931]. Животное надо добыть и добыть его надо так, чтобы шкурка имела минимальные повреждения или отсутствовали вообще. Желательно до окоченения туши животного следует снять шкурку с соблюдением необходимых требованиям по принятым линиям разреза. Затем шкурка обезжиривается, растягивается на правиле и высушивается.
После завершения сушки подбираются одновидовые и одноцветные шкурки в количестве необходимом для пошива желаемого изделия. До подготовки шкурки к раскрою отобранные шкурки должны быть «выделаны» и растянуты. Растяжение шкурки для некоторых мехов – соболя, ондатры – является даже обязательным, т.к. это растяжение делает мех более мягким, а изделие – более красивым и лёгким. Очень часто в таком состоянии шкурки покупаются и принципиальным моментом является ответ на вопрос «Растянута шкурка или нет? Если растянута, то насколько?». Можно сориентироваться по состоянию кожи шкурки, но это сложно сделать, если шкурка выделана и хорошо выделана. Дело решается самым простым способом: шкурку надо «продуть». Для этого надо взять шкурку в руки и с расстояния в 15-20 см после глубокого вдоха тонкой струйкой воздуха подуть на мех. Если мех соболя, белки, ондатры можно продуть так, что через волосяной покров видна кожа шкурки, то шкурка однозначно растянута и растянута достаточно хорошо. Мех нерастянутой шкурки продуть практически не возможно.
О качестве меха и шитья из личного опыта в районе могу сказать, что мастера были и есть. Меховым мастером для нашей семьи была тетя Вера Мутовина, проживавшая в Ангарском переулке Заречки и работавшая медсестрой в Мотыгинской ЦРБ. Всё красноярское студенчество 1984-1990 годов отходил в трёх ондатровых шапках: двух ушанках и одной формовке. По состоянию на 2024 год две из «живы»: живут на даче и функционируют по назначению. Мех заношен по околу шапки: в области лба, ушей, затылка, потянулись швы на подкладе, но незаношенная часть меха выглядит отлично, фетр, как вчера с прилавка, прорывов меха по швам или порыва шовных ниток на фетре нет. Шапки мне не нужны: их давно пора выбросить, но не могу – память!
В завершении замечу, что среди наиболее оригинальных меховых изделий несколько раз доводилось видеть мужскую шапку-ушанку из шкурок бурундуков. Если правильно помню, то на мужскую шапку-ушанку требуется около 150-200 шкурок бурундука.
P.S. По данной теме не смог найти ответов на ряд вопросов, необходимых для контента: 1) Как физически упаковывались «сороки» для транспортировки в Москву, например, из Енисейского уезда. Как объединялись «сороки» между собой? 2) Если пушнину отправляли всего один раз в год, то когда из Енисейска уходил этот «пушной» груз? Логично, что груз должен был уходить по холоду, т.е. по началу зимы. 3) Как долго он шёл? 4) Куда ставились государевы печати на этом грузе?
Список литературы
1) Бахрушин С.В. Ясак в Сибири в XVIIвеке. – Новосибирск, 1927. – 35 с.
2) Дамешек Л.М. Ясачная политика царизма в Сибири в XIX–XX вв. – Иркутск, 1983.
3) Каждый сибиряк обязан был отдать царю по соболю / www.vsp.ru/2015/12/08/kazhdyj-sibiryak-obyazan-byl-otdat-tsaryu-po-sobolyu-2/.
4) Миллер Г.Ф. История Сибири. – Т.2. – М.–Л.: АН СССР, 1941. – 637 с.
5) Патушинский О.Б. Как охотнику снять и выправить шкурку. – Иркутск: ОГИЗ, 1931. – 35 с.
6) Яницкий Н.Ф. Торговля пушным товаром в XVII в. Реферат из семинария проф. М.В. Довнар-Запольскаго. – Киев: Имп. ун-т св. Владимира, 1912. – 33 с.
7) Ясак в Сибири в XVIII – начале XX века / Л.М. Дамешек, И.Л. Дамешек. – Иркутск: ИГУ, 2014. – 303 с. – С. 11.